Наследие прошлого - Энн Мэтер

Девушка сидела на диване и листала журнал, поедая шоколадные конфеты из стоявшей рядом роскошной коробки. Когда в ее комнате возник отец, она лениво улыбнулась ему. Он был мрачен, как грозовая туча, так что Мария не стала задавать лишних вопросов. Много лет назад она отучилась от любопытства, поскольку в ответ могла получить далеко не вежливую отповедь.

— Привет! — поздоровалась она на английском. — Вот так сюрприз. — Они часто, когда оставались вдвоем, говорили по-английски, поскольку для Николаса этот язык стал родным.

Отец устало опустился в просторное кресло.

— Налей мне выпить, — резко сказал он. — Ты знаешь, что я люблю.

— И как ты это любишь, — безмятежно заметила дочь, соскользнув с дивана. Она выглядела такой свежей и спокойной, что у Николаса сразу потеплело на душе. Ну почему Диана Скотт не может быть нормальным, уравновешенным ребенком?

— Вот, папочка. — Она протянула ему стакан с прохладным напитком. Она нахмурилась. — Ты себя хорошо чувствуешь?

— Я чувствую себя раздавленным! — помотал головой он, еще сильнее нахмурившись.

Мария невозмутимо вернулась на диван и снова взялась за журнал. Николас сердито воззрился на нее:

— Где мисс Сайкс?

— В своей комнате. Ты хочешь ее видеть?

— Нет, — угрюмо буркнул Николас. — Чем ты занималась, кроме того, что неумеренно уничтожала шоколад?

— Да ничем особенным. Мы гуляли утром — но это ты и сам знаешь, потом пили кофе в настоящей английской чайной комнате. По крайней мере, так нам назвали это место, но, я думаю, это было просто милое маленькое кафе. Там было здорово. — Она улыбнулась.

Николас был раздосадован и чувствовал себя ужасно. Напряжение последних суток дало себя знать ломотой в костях, и он ощутил, что последнюю ночь практически не спал. Словно дикий зверь, запертый в клетку, он принялся ходить взад-вперед по комнате. Мария поняла, что произошло что-то очень серьезное, поэтому ласково произнесла:

— Ну хватит метаться, папа. Ты заставляешь меня нервничать.

Николас, проигнорировав ее замечание, продолжал бродить по комнате. Налив себе еще выпить, он спросил:

— На машине прокатиться хочешь?

— Ну я… я думаю, мы могли бы. А ты уверен, что именно меня хочешь взять с собой?

— Абсолютно, — гневно пробормотал он.

Мария, пожав плечами, встала с дивана:

— Судя по твоему настроению, я не тот человек, с которым тебе хочется сейчас побыть.

Николас нахмурился еще сильнее, чем прежде:

— Что, черт возьми, значит это твое замечание?

— Ну… женское общество… внимание любящей женщины, — замявшись, начала она.

— Черт побери, — проворчал он. — Ты ошибаешься.

— А что с Маделин? — не сдержалась Мария.

— Забудь про Маделин, — холодно посоветовал он. — Ты будешь переодеваться?

— Конечно. Только не будь таким злюкой. Я Мария… помнишь?

— Помню. — Глаза его на мгновение потеплели. — Ладно, красавица. Не заставляй меня долго ждать.

Он легонько шлепнул ее по спине, поторапливая, а она весело улыбнулась ему; что бы ни произошло между отцом и Маделин, сейчас было не время разговаривать об этом.

Мария переоделась в белые брюки из тяжелого шелковистого джерси и белый, с ярко-красной отделкой жакет. В этом наряде она выглядела лет на восемнадцать, а уж пятнадцать ей точно никто бы не дал. Когда она присоединилась к Николасу, он почувствовал прилив гордости за дочь — уверенную в себе стройную красавицу. Он на некоторое время позабыл о неприятностях, с удовольствием глядя на нее.

Красный «шеридан» ждал их, припаркованный у гостиницы, и Мария с удовольствием скользнула на сиденье. С тех пор как она приехала в Англию, отец уделял ей не так уж много времени, и она радовалась неожиданно подвернувшейся возможности подольше побыть с ним.

На торговой площади Оттербери в воскресенье было многолюдно. Повсюду прохаживалась, смеясь и болтая, веселая молодежь, и Мария позавидовала их беспечности. Дома в Италии у нее было много друзей, и практически все выходные она проводила с ними на озерах. Она скучала по своим друзьям — в Оттербери друзей у нее еще не было. Но, одернула она себя, здесь она была, с Ником и Харви, а это не так уж и мало.

Внезапно она подалась вперед:

— Ой, это же друг Дианы Скотт. Выглядит так, словно он кого-то ждет. Как думаешь, может, Диану?

— Вполне вероятно, — сухо ответил Николас. — Если так, то ждать ему придется долго и напрасно. Вряд ли она придет. Она в постели. — Голос его был так ироничен, что Мария мгновение пристально смотрела на него.

— Она заболела?

— Говорит, что заболела, — вцепившись пальцами в руль, проворчал Николас.

— Тогда тебе не кажется, что мы должны остановиться и сказать ему об этом? По-моему, ему уже изрядно надоело ждать, наверное, он уже долго стоит здесь.

Николас пожал плечами. У него не было совершенно никакого желания разговаривать с кем бы то ни было, но, чтобы избежать дальнейших расспросов со стороны Марии, он согласился.

Объехав площадь, он подрулил к тому месту, где стоял Джефф.

Мария опустила стекло.

— Эй! — позвала она Джеффа, тот немедленно повернулся — их массивный красный «шеридан» сразу же привлек к себе всеобщее внимание. — Ты ждешь Диану? — Джефф торопливо направился к автомобилю; он был удивлен и польщен одновременно. Мария, понизив голос, быстро обратилась к отцу:

— Можно пригласить его прокатиться с нами?

— Наверное, можно. — Голос у Николаса был совсем не радостным.

— Для разнообразия мне не помешало бы пообщаться с кем-нибудь молодым, — заметила Мария легкомысленным тоном.

— Ну спасибо, — буркнул Николас и бросил на дочь такой взгляд, что она рассмеялась.

— Знаешь, я не имела в виду, что ты старый, — прошептала она, когда Джефф уже вплотную подошел к машине.

— Да, — сказал он, наклоняясь к окну, — я жду Диану. — Глаза его с удовольствием обозревали прекрасную картину — прелестная Мария, сидящая в шикарном автомобиле, и внезапно он решил, что вовсе не расстраивается по поводу того, что Диана не пришла на свидание.

— Она заболела и лежит в постели, — лукаво сверкнув глазами, сообщила Мария. — Наверное, теперь тебе ждать нечего?

Джефф прищурился:

— Полагаю, что так.

— Тогда как насчет того, чтобы поехать с нами? Правда, я не знаю, куда мы направляемся, но все лучше, чем просто так болтаться здесь.

Лицо Джеффа вспыхнуло.

— Но я… — Он бросил быстрый взгляд на Николаса. — А твой… э-э… друг не возражает?

Мария расхохоталась.