Очаровательная лгунья - Барбара Картленд

Удивительно было другое – он тоже влюбился в нее.

– Я была просто поражена, равно как и все те, кто знал Каролину, – тихо проговорила миссис Вейкфилд, – когда узнала, что она сбежала с этим капитаном Д'Арси Фэаберном, прихватив с собой и свою дочку.

– Неужели, мамочка, все были так уж удивлены? – спросила Ноэлла.

– Ну конечно! – воскликнула мама. – А граф вообще был вне себя от ярости. Да и любой на его месте чувствовал бы то же самое!

– А что случилось потом? – спросила Ноэлла.

– Каролина написала мне, что собирается уехать за границу. Сначала они отправились в Париж, потом исколесили всю Европу, и повсюду капитан Фэаберн играл в карты.

– А почему граф не разошелся с ней? – поинтересовалась Ноэлла.

– Все от него только этого и ждали, – ответила мама, – но он был человеком гордым и не смог бы вынести скандала, который неминуемо разразился бы, дойди это дело до палаты лордов.

– А дальше?

– Дальше Каролина как сквозь землю провалилась, и я несколько лет понятия не имела, где она и что с ней.

В голосе миссис Вейкфилд прозвучали горестные нотки, не укрывшиеся от ее дочери.

– Как-то на Рождество я получила от нее письмо, – продолжала миссис Вейкфилд, – в котором она написала мне, какая красивая у нее дочка, и добавила, что ей очень хотелось бы знать, похожи вы с ней или нет.

– Ну конечно, похожи! – воскликнула Ноэлла.

Но об этом она узнала позже.

А тогда продолжала слушать мамин рассказ. Мама поведала ей о том, как кузина Каролина отказалась от титула, полученного ею при замужестве, и стала именоваться просто миссис Фэаберн.

– Она надеялась, – пояснила миссис Вейкфилд, – что большинство людей, с которыми она познакомится за границей, не узнают о том, что на самом деле капитан Фэаберн никакой ей не муж.

– А что стало с ее сыном, которого Каролина бросила? – спросила Ноэлла.

– Она оставила его с отцом, поскольку он являлся единственным наследником титула. Я часто думала о том, – со вздохом произнесла миссис Вейкфилд, – как ему, бедному, живется без мамы. Наверное, тоскливо и одиноко…

Вот такую Ноэлла узнала историю – увлекательную, однако несколько запутанную.

Услышанное довольно быстро изгладилось из ее памяти, и она так никогда и не вспомнила бы обо всем этом, если бы год назад так называемая миссис Фэаберн со своей дочкой Ноэллой нежданно-негаданно не свалились к ним, как снег на голову.

Случилось это одним ранним вечером, когда Ноэлла с мамой сидели перед камином в гостиной.

Они как раз ломали голову над тем, как из старенького платья сделать что-нибудь более свежее и модное, когда раздался стук в парадную дверь.

– Интересно, кто бы это мог быть? – воскликнула миссис Вейкфилд.

– Я открою, мамочка, – сказала Ноэлла. – Нянюшка на кухне готовит ужин и наверняка не слышит.

И она, выскочив из маленькой гостиной, пробежала по узенькому холлу к входной двери и распахнула ее. Никакой кареты, к ее удивлению, у дверей не оказалось. На пороге стояла какая-то дама, закутанная в накидку – на улице было довольно холодно, – а рядом с ней молоденькая девушка. Несколько секунд Ноэлла молча смотрела на них. Незнакомка первой нарушила молчание.

– Ты, должно быть, Ноэлла! – воскликнула она.

В этот момент в холле показалась миссис Вейкфилд. При виде незваных гостей, она вскрикнула от удивления:

– Каролина! Неужели это и в самом деле ты?

– Да, это я. Ах, Эверил! Я приехала к тебе за помощью!

Женщины расцеловались, а Ноэлла в это время с изумлением разглядывала свою тезку.

У нее было такое ощущение, словно она смотрела на себя в зеркало. У Ноэллы, которую Каролина обычно звала Ноэлли, были такие же светлые волосы, такие же темно-синие глаза и такая же улыбка.

– Мы с тобой точь-в-точь как сестры-близнецы, – заметила Ноэлли. Миссис Вейкфилд потащила гостей к камину, а возница наемного экипажа принялся вносить их багаж. Немного погодя Каролина поведала кузине свою историю.

И хотя она старалась говорить шепотом, Ноэлле было слышно каждое слово. Грустный это оказался рассказ. Капитан Д'Арси Фэаберн с годами стал играть в карты все более и более безрассудно. В результате он вынужден был, чтобы оплатить свои счета, занимать деньги у женщин, а это уже само по себе достойно порицания. А потом, в один черный день, за карточным столом произошел страшный скандал, виновником которого оказался капитан, и его вызвали на дуэль.

Каролина извелась от тревоги за мужа, хотя и пыталась себя убедить, что ему не привыкать к дуэлям, – так что одной больше, одной меньше никакого значения не имеет. К сожалению, страхи ее оказались обоснованными. Капитан Фэаберн был уже не тот, что раньше. Он стал старше, а противник его, человек молодой и отлично владевший пистолетом, сумел показать великолепный класс стрельбы. В результате капитан Фэаберн скончался от полученной раны через три дня после дуэли.

Каролина и Ноэлли остались практически без средств к существованию.

– Мы в то время жили в Неаполе, – рассказывала Каролина. – И я всегда считала, что у меня там много друзей. Но после случившегося они все куда-то испарились, как утренний туман. И тогда я поняла: единственное, что нам с Ноэлли остается, это вернуться в Англию.

– Конечно, это было самым разумным, – поддержала миссис Вейкфилд.

– Денег у нас нет, – продолжала Каролина, – и я понятия не имею, где их раздобыть.

– Вы можете оставаться в нашем доме столько, сколько пожелаете, – ласково проговорила миссис Вейкфилд.

– Эверил, дорогая, я знала, что ты мне это предложишь. Но мне страшно не хочется вас обременять.

– Ну что ты! Вы нам вовсе не будете в тягость! Я так рада снова видеть тебя.

Ноэлла понимала, что общение с кузиной Каролиной приносит маме истинную радость, да и ей самой было приятно находиться в обществе Ноэлли.

Хотя девушки были похожи как две капли воды, Ноэлли, пожившая на континенте, казалась старше. Ей приходилось встречаться со многими людьми и немало времени проводить в самых разнообразных казино. Она говорила о таких вещах, о которых Ноэлла и слыхом не слыхивала, и относилась к жизни с некоторой долей цинизма.

Подобное отношение наложило свой отпечаток и на ее прекрасное лицо.

– Папа умел только тратить деньги, – сказала она как-то Ноэлле.

Ноэлла уже знала, что Ноэлли звала капитана Фэаберна папой, хотя он и не был ей родным отцом.

– Должно быть… тебе пришлось нелегко, – нерешительно проговорила Ноэлла.

– Еще как! Бременами просто ужасно! – воскликнула Ноэлли. – Мы частенько жили в долг. Иначе пришлось бы голодать.