Разрушенная - Рэйчел Ван Дайкен

– С тобой все в порядке?

– М-м… Что?

– Ты нормально себя чувствуешь?

Его рука все еще была вежливо протянута для рукопожатия, и я с каждой минутой смущалась все больше. Да убери же ты ее!

– М-м-м, да.

– Хорошо.

Уэстон наконец убрал руку и вдруг неожиданно дотронулся до меня, точнее, до моей папки. Но я могу поклясться, что чувствовала тепло его тела все время, пока парень вытягивал папку из моих рук.

– Вот, – он снова протянул мне руку. – Так гораздо лучше.

Да что со мной, блин, не так? Не то чтобы я не хотела ответить рукопожатием. Однако мне было так неловко, что я хотела провалиться сквозь землю. Я не понимала: этот Уэстон ведет себя так дружелюбно только потому, что этого требует вежливость, или… Ох, может со мной действительно не все в порядке.

Кашлянув, я наконец пожала его руку. Он усмехнулся, и я разволновалась еще сильнее. Уэстон сжал мою ладонь, потом уставился на наши соединенные руки и что-то пробормотал себе под нос. Когда он выпустил мои пальцы, я сразу почувствовала пустоту.

– Вот видишь? – Парень вернул мне папку. – Это было не так уж сложно, правда?

– Да.

Я сглотнула, и взгляд мой заметался по переполненной людьми лужайке. Я действительно не могу смотреть Уэстону в глаза, настолько он прекрасен! Я никогда в жизни не видела такого красивого человека. Конечно, такие лица мелькали на экранах и на страницах журналов, но этот парень… Это был ходячий секс во плоти. А учитывая, что у меня совершенно нет опыта в этой области, я отгораживалась от него, как только могла, стараясь не забыть дышать.

Это был блондин со светло-голубыми глазами. Его золотистые волосы немного отросли и слегка вились на висках. А его улыбка… наверно, я не забуду ее до конца своих дней. Она была такой открытой, а ямочки на щеках делали ее невыносимо прекрасной.

А еще от парня великолепно пахло. Смесь аромата корицы и чего-то еще невероятного. Меня раздражало, что Уэстон улыбается с такой легкостью, как будто ничего особенного не происходит, в то время как у меня внутри все переворачивается. Он хотел пожать мне руку и узнать, как меня зовут, а я мечтала как можно скорее сбежать и запереться в своей комнате и сидеть, желательно раскачиваясь вперед-назад, пока антидепрессанты не подействуют в полную силу.

– Так, – сказал парень, посмеиваясь, – сначала ты изучаешь мой пресс, потом оскорбляешь нежеланием пожать мне руку, а теперь стоя засыпаешь средь бела дня. Думаешь, это нормально?

– О боже. – Я закрыла глаза. – Извини. Это мой первый день здесь… и все немного нервно, – По крайней мере, мне удалось сказать это нормальным тоном, а не таким, будто я находилась на грани легкого нервного срыва.

– Помочь?

– Я же тебя не знаю! – выпалила я.

– Теперь знаешь.

Я и не заметила, как Уэстон уже стоял рядом и, положив руку мне на плечо, повел в сторону моей спальни. Офигеть. Вот так девочек и соблазняют. Я в панике искала глазами на лужайке Лизу, но ее нигде не было.

– Нет. – Я решительно остановилась. – Мне, м-м-м, надо найти соседку и забрать карточку! Так что сначала я отправлюсь на поиски куратора… – Мои слова звучали как лепет малыша, потерявшегося в парке. Это забавно, потому что большую часть времени я именно так себя и чувствовала. Словно потерявшийся кусочек паззла, который забыл о том, что существует и вся остальная часть. Изгой, одиночка, неу…

– Вроде бы, – парень снова улыбнулся, – я сказал, что помогу тебе.

– Не надо мне такой помощи, – прошептала я.

– Так вот оно что! – Уэстон тоже остановился и громко расхохотался. – Черт возьми, в тебя невозможно не влюбиться!

Мое сердце ухнуло прямо в желудок.

Не переставая смеяться, парень покрепче прижал меня к себе. Ну, по крайней мере, дяде не нужно будет беспокоиться об оплате колледжа, раз меня уже практически хотят похитить. Прямо как в фильме «Заложница», только у меня нет крутого папочки, который мог бы прийти на помощь. Сердце снова екнуло.

– Я не собираюсь тащить тебя в постель, – успокоил меня Уэстон. – Без обид, но ты выглядишь слишком невинной, и еще раз доказала это, когда решила, что я хочу залезть к тебе в трусики.

Мое лицо залилось краской.

– А еще… – я даже не заметила, как мы двинулись дальше, – ты первокурсница. А первокурсницы меня не интересуют. В том смысле, что я с ними не встречаюсь. Честно говоря, я обычно даже им не помогаю, но ты практически сбила меня с ног, и, сколько бы ты это ни отрицала, считала мои кубики.

– Я не…

– Было-было. – Парень мечтательно вздохнул. – Я видел, как двигаются твои губы: раз, два, три… Их, кстати, восемь. Я много работаю над этим.

– Потрясающе, – процедила я сквозь зубы.

– Не смущайся, невинная и такая трогательная овечка.

– Овечка?

– Невинная, – улыбнулся Уэстон, – и потерянная. – Он пожал плечами и кивнул в сторону моего корпуса. – Как маленькая овечка.

– Спасибо, что проводил меня.

Я попыталась быстро прошмыгнуть в дверь, но парень ухватил меня за запястье.

– Не хочешь узнать у куратора о студенческой карте?

– Да, я как раз собиралась сейчас поискать ее. – Я с трудом высвободила руку. – Так что спасибо за… все.

В этот момент я полностью осознала, что в психологии называют антропофобией. Интересно, боязнь людей в моем случае – это еще пограничное состояние или уже нарушение.

Уэстон задумчиво провел языком по губам и снова мне улыбнулся.

– Хорошо, иди спроси у нее.

– Ладно.

Сразу почувствовав облегчение, я поднялась на крыльцо. Ноги дрожали так сильно, что я с трудом сохраняла равновесие. Заходя в дверь, я все еще чувствовала на себе его взгляд.

Я обернулась.

Он смотрел на меня и улыбался.

Я помахала рукой.

Он помахал в ответ.

Серьезно? Что это за странная игра?

Бормоча проклятия, я попыталась разобраться, на каком этаже комната куратора. Вроде бы шестой. Конечно. Я дошла до лестницы и медленно зашагала вверх.

Когда я дотопала до шестого этажа, то была полностью готова променять свой студенческий на салфетку. Один из побочных эффектов моих лекарств. Иногда начинаю засыпать на ходу. А еще у меня бывают такие яркие сны, будто я смотрю «Алису в Стране чудес».

С огромным трудом я заставила свои ноги преодолеть последнее расстояние. Комната номер 666. Это что, шутка? Я дважды постучала в дверь.

Она приоткрылась, и за ней появился…

– Уэстон?!

– Овечка. – Он открыл дверь пошире. – Чем могу помочь?