Враг семьи - Юлия Юрьевна Бузакина

— Родные что, тебя не поздравили?! — изумилась Марта.

— Конечно, нет! Все сделали вид, что сегодня обычный день, — Я тряхнула головой, и длинные волосы рассыпались по плечам золотой волной.

— Хочешь совет? Не снимай пальто, чтобы не выделяться из толпы, — снисходительно посоветовала подруга, и машина сорвалась с места. — А уж твой день рождения мы отметим с размахом!

Разметая колесами сбившиеся по обочине дороги желтые листья, ее «Опель» понес нас в ночной клуб «Дункан».

У «Дункана» уже собралась внушительная толпа желающих хоть одним глазком увидеть Макса Звездного.

Приглашения, помеченные меткой «ВИП», имелись только у счастливчиков, которыми являлись и мы с Мартой. Я получила приглашения, нагло воспользовавшись связями отца за его спиной, и теперь мы ловко проталкивались ко входу, минуя неудачников, которым не удалось приобрести билеты.

Толпа напирала, охранники у входа долго и придирчиво проверяли наши приглашения на концерт, и это не могло не нервировать.

— Проходите, все в порядке, — наконец, кивнул один из охранников и поставил на приглашения печать «проверено».

— Поверить не могу: у нас с тобой будет столик в зоне ВИП! — сжимая мой локоть, пищала от восторга подруга, когда мы торопливо бежали по узкому темному коридору.

Я тоже ликовала. Мне удалось сбежать со скучного мероприятия, посвященного отцовскому самолюбию, и попасть в «Дункан»! Я увижу Макса! Возможно, он даже заметит меня со сцены, и я еще долго буду вспоминать его пламенный взгляд!

Наш столик в зоне ВИП стоял близко к сцене. Листая меню с коктейлями, мы с замирающими сердцами ждали начала выступления. Публику подогревали красивые танцовщицы, и все вокруг бушевало дикой, неконтролируемой энергией. Вот где бурлила настоящая жизнь! Это место было не сравнимо с тем помещением, в котором проводился фестиваль в поддержку предвыборной компании отца. Здание городской ратуши скорее напоминало старинный склеп.

Официантка поднесла к нашему столику маленький бисквитный тортик с цифрой двадцать один.

— Это мне? — я с восторгом смотрела на розовую глазурь и свечи.

— Тебе от меня, — довольная произведенным эффектом, хихикнула Марта. — Пришлось заказать заранее, но все получилось. Сейчас принесут коктейли, и можно будет задуть свечи!

Я с грустью взглянула на сцену. Как же я хотела быть такой же свободной, как Марта! Порхать по клубам, наслаждаться жизнью, которая проходила мимо меня из-за самодурства отца…

— Хозяева клуба тоже здесь! — возбужденно шепнула подруга...

Глава 3

— Хозяева клуба тоже здесь! — возбужденно шепнула подруга и указала мне на ВИП-ложу в самом центре. — Обожаю их!

Я подняла глаза и напряженно сглотнула. В ложе усаживались двое мужчин и женщина.

В одном из мужчин я узнала Амира Удугова. Кожа в том месте, где ее касались его губы, снова вспыхнула, а сердце сжалось от неясного, инстинктивного страха.

Властность и легкая, небрежная вальяжность мужчин подчеркивала их статус. Женщина была старше. Ее яркий, крикливый наряд, обилие косметики и длинные шелковистые волосы цвета воронова крыла выдавали в ней коварную хищницу.

— Жанна и Карим Удуговы – центр управления всей империей, — возбужденно шептала Марта. — Они близнецы, представляешь?

Я рассеянно взглянула на хищницу и сидящего рядом с ней мужчину с ястребиным профилем. Если они и были похожи, то очень отдаленно. Одинаковый профиль, да. Острый, ястребиный взгляд. Глаза насыщенного карего цвета. Но не более того.

— А тот красавчик в черной рубашке с голубыми глазами? Он третий брат-близнец? — хмыкнула я.

— Нет, что ты… Амир Удугов младший брат. Он вернулся в семью после траура.

— Траура? — недоверчиво переспросила я.

Марта с укором взглянула на меня.

— Вал, ты совсем не интересуешься жизнью города?

— Ты же знаешь – щупальца моего отца простираются по всему моему личному пространству! Я не имею права интересоваться жизнью отцовских врагов.

— Именно поэтому ты сейчас сидишь в ВИП-зоне их ночного клуба? Потому что они враги? — хихикнула Марта. — Ладно, не тушуйся, я тебя просвещу. Два года назад у Амира Удугова погибла жена.

— И от чего она погибла? От передозировки? Ничего удивительного.

— Нет. Она была фанаткой спортивных автомобилей. Обожала носиться по трассе со скоростью ветра. В день своего рождения в самый разгар вечеринки она села за руль подаренного любимым мужем новенького спортивного авто, на глазах у аплодирующих ей гостей разогналась и не справилась с управлением. От машины почти ничего не осталось. Его красивую жену хоронили в закрытом гробу.

Приоткрыв свой хороший ротик, я во все глаза смотрела на подругу.

— В день рождения? Серьезно?

Марта печально кивнула.

— Говорят, после этого Амир оборвал все связи с семьей и скитался по миру. Даже Жанне Удуговой не удавалось выйти с ним на связь, а она в их семье – мозг, центр управления. Удивительно, что сегодня он появился в клубе вместе с братом и сестрой! Видимо, пришел в себя. А может, Жанне удалось достучаться до него. Как знать…

Напряженно сглотнув, я осторожно взглянула на ложу. Услужливые официантки как раз устанавливали там кальян на столик. Та, которую Марта назвала Жанной, увлеченно что-то рассказывала брату. Амира Удугова в ложе уже не было.

— Отличная байка из склепа в мой двадцать первый день рождения, не находишь? — буркнула я.

Внезапно брат-близнец яркой Жанны взглянул на наш столик. В его глазах сверкнула ярость.

Нехорошее предчувствие полоснуло по сердцу, и я вжалась в свое место.

Карим что-то шепнул Жанне, и поднялся нам навстречу.

Мгновение, и он больно схватил меня за локоть.

— Что здесь делает дочь Якоби?! А?! — мне в лицо пахнуло острым ароматом виски.

— У нас п…приглашения… мы пришли на концерт… — запинаясь, заступилась за меня Марта. — Вот, посмотрите! Мы все оплатили!

И всунула ему под нос наши пропуски на концерт.

— Карим, успокойся, — раздался женский голос за моей спиной. Тягучий и властный, он проникал сквозь кожу и заставлял затаить дыхание.

Обернувшись, я увидела Жанну вблизи. Ястребиный профиль совсем не делал ее привлекательной, а обилие яркой косметики производило отталкивающий эффект. Я вдруг заметила на ее левой щеке тщательно замазанный тональными средствами рваный шрам, который тянулся до самой шеи. Внутри неприятно кольнуло: наверное, тяжело жить, зная, что твое