Беги, крольчонок - Дженика Сноу

В одном из коридоров я остановилась перед простой на вид дверью. Она оказалась не украшена и не пугала. Оглянувшись, я снова посмотрела в коридор. Может, именно в нем я найду выход и встречусь с Бэттани. Однако я все же открыла дверь, решив проверить, не крылся ли мой путь на улицу там.

Сделав несколько шагов вглубь комнаты, я заглянула за стеллажи, ища за ними хоть какой-то проход. Дверь позади захлопнулась. Какое-то мгновение я стояла неподвижно. Очевидно, я оказалась в большой кладовке, вход и выход из которой только один

Вокруг раскидано множество коробок с украшениями, словно кто-то рылся в них в спешке. Лампочка наверху мигала, словно ее следовало поменять или подкрутить. Все это почему-то испугало меня куда сильнее, чем вся мишура в коридорах.

— Дерьмо, — я вернулась к двери, но когда нажала на ручку, ничего не произошло. Я начала дергать ее и оттягивать все ниже, сердце забилось быстрее, а меня начала охватывать паника.

Я взаперти.

Отпустив ручку, выждала минуту, чтобы успокоиться и отдышаться. Я потерялась, и меня наверняка будут искать. Я ведь на карнавале в доме с привидениями. Конечно, рано или поздно кто-то из сотрудников меня обнаружит.

Прижавшись ухом к двери, я почти ничего не услышала, лишь отдаленные крики и смех. Неужели я забрела так далеко, но даже не приблизилась к выходу? Почему меня никто не остановил? Как они могли позволить посетителям заходить в помещения для персонала? Ни в коридоре, ни на самой двери даже не было предупредительного знака.

Я снова подергала ручку и начала колотить по двери.

Остановилась, только когда отбила ладонь. Глубоко вздохнув, я вытащила телефон.

Сперва попыталась дозвониться до Бэттани, но понимала, что вряд ли она ответит. Наверное, из-за шума подруга даже не услышит звонка.

После я набрала еще несколько номеров, но никто не ответил.

— Черт, — выругалась я и обернулась, решив осмотреть тут все. Может, где-то все же скрывалось окно.

Но ничего. Совсем ничего, мать вашу.

Паника уступила место раздражению, на смену которого вновь пришла тревога. Стоя спиной к двери, я осматривала полки в поисках хоть чего-то, чем можно ее открыть, но тут услышала щелчок.

Оглянувшись, поняла, что дверь открыта, и обрадованно шагнула к ней. Впрочем, моя радость длилась недолго, поскольку — к моему полному замешательству — дверь снова начала закрываться.

Охнув, я бросилась вперед, но ничего не вышло — нога угодила в один из ящиков. Уже приготовившись к падению, я почувствовала, как меня сзади подхватили за талию.

Вскрикнув, я извернулась, отталкивая того, кто меня поймал. Инстинкты кричали, чтобы я немедленно бежала к двери, пока она снова не закрылась. Но когда мой взгляд упал на твердую грудь под черным одеянием, я медленно подняла взгляд и увидела пугающую маску-череп.

Прорези для глаз были закрыты черной сеткой, так что он мог видеть меня, а вот мне разглядеть его было нереально. Но я знала кто это. Тот самый человек, которого я уже видела прежде. Тот, кто возвышался над толпой.

Тогда он был со своей свитой, а сейчас один. От него пахло кожей и сладковатым дымом. Руки оказались закрыты кожаными перчатками, а капюшон по-прежнему скрывал голову. Впрочем, несмотря на наряд, я прекрасно видела, какой мужчина крупный. Мускулистый. Мощный.

Я инстинктивно отшатнулась.

Он же сделал шаг вперед.

Хотя мое сердце билось быстро и сильно, я старалась дышать ровно. Мне не хотелось, чтобы мужчина увидел мой страх. Но такова была мгновенная реакция. Я снова отступила. И снова.

Он подходил все ближе, следуя за мной и двигаясь, как громадный дикий зверь.

Ощутив спиной дверь, я остановилась и выставила вперед руку с телефоном.

— Я буду кричать, — хотя и понимала, что это не поможет. В этом доме было слишком шумно. Никто даже не услышал, как я барабанила в дверь.

Его рука метнулась вперед со скоростью змеиного броска. Когда он схватил мой телефон, я закричала, пытаясь вернуть его, но мужчина был слишком быстр. Секундой позже он схватил меня за горло, а другой убрал мой сотовый себе в карман.

— Ш-ш-ш, — шепнул он. — Ты можешь кричать…

Но все, вероятно, решат, что это лишь часть представления.

На долгое мгновение мы застыли на месте. Я просто смотрела на его череп-маску, а он держал меня за шею. Мое сердце отбивало ритм у меня под ребрами, будто скаковая лошадь.

— Я видел, как ты пялилась, — его голос оказался низким и проникновенным — таким глубоким, как никакой до него.

Я заметила, как он сунул руку за спину. И когда достал нож, готова была поспорить, что мужчина не только почувствовал пальцами, но и услышал мое судорожное сглатывание при виде матового черного лезвия. Рукоятка ножа оказалась достаточно большой, чтобы удобно лечь в его ладони.

Мужчина поднес нож ко мне ближе, и я затаила дыхание, широко распахнув глаза.

Верхний свет блеснул на кончике лезвия — единственной части, где стерлось матовое покрытие. Внутри что-то перевернулось, а в животе потеплело. Переступив с ноги на ногу, я прижалась спиной к двери.

Возможно, он смог понять язык моего тела, потому я услышала его грубый смешок. По телу пронеслась новая волна тепла.

Медленно вытянув руку, он настолько приблизил к моему лицу нож, что я резко втянула воздух. Я не смела даже пошевелиться, напуганная тем, что мужчина собирался сделать… и тем, что ощутила в этот момент.

Я дрожала, но, по правде, не могла сказать, что именно испытывала. Это казалось неправильным, с какой стороны ни посмотри. Передо мной стоял маньяк, размахивающий ножом, а мои трусики уже начали намокать от страха. И возбуждения.

Я крепко зажмурилась, как только мужчина прикоснулся острым кончиком к моему горлу. Он приставил его к точке, что была точно над веной. Я знала, что мужчина наверняка видел, как она пульсировала прямо под ухом. Понимал, как бешено колотилось мое сердце, словно я сама стала кроликом, бегущим по лесу ради спасения жизни.

— Посмотри на него, — пробормотал он, и я, хоть и не видела, но почувствовала, как мужчина приблизил свое лицо почти вплотную к моему. Я даже услышала его тяжелое дыхание.

Лезвие заскользило вниз по моей шее, прошлось вдоль ключиц, потом по вздымающимся грудям. Мой топ едва прикрывал холмики, и оказалось бы достаточно одного взмаха руки, чтобы разрезать его пополам.

— Ты напугана, но уже потекла. Я прав, моя маленькая шлюшка?

Отвернувшись, я выдохнула и всхлипнула. Мне было очень страшно, но вместе с тем я чувствовала