Тринадцатая невеста, или попаданка на драконью голову - Милен Маквил

— Родители? — протянул он. — Лорд Аркуэль взял в жены мою маму, принцессу светлых эльфов Атаетэль, ради политической выгоды. Их брак был чистой формальностью, и когда она родила ему первенца Моинэля, их общение практически прервалось. А спустя время принцессу ещё и умудрились похитить. Кто это сделал до сих пор так и не выяснили, а принцесса не сказала, но поговаривают, что от связи… любовной связи… родился я. Лорд Аркуэль после возвращения жены из плена и обнаружения, что она беременна, отправил её жить в горный лес, невзирая даже на протесты короля. Моя мама была его седьмым ребёнком из десяти и при этом шестой дочерью. Так что, король не долго впрягался за принцессу, и мы остались жить в лесу. Там я и родился. Жили мы с ней хоть и вдали от всех, но в достатке и ни в чём не нуждались. А потом мама заболела очень тяжелой, но редкой болезнью. Лекари говорили, что спасти её может лишь сок цветка Антакуин, но где его взять? Ведь этот цветок уже исчез с лица земли благодаря алчным браконьерам и коллекционерам… Через год она умерла в мучениях от боли, а я так и не смог ей помочь. — Из его глаз покатились слёзы.

Мне захотелось его утешить, ведь мама — это самое дорогое, что есть у человека, да и не только у человека, хотя не все это понимают, а если и понимают, то поздно.

Подхожу к нему и протягиваю руку, что бы хоть как-то утешить, но тут же передумала. Вдруг не так поймёт, а чтобы как-то отвлечь его, спрашиваю:

— А других близких у тебя нет?

— Нет! Ни лорд, ни брат так и не появились ни в день похорон, ни позже. Да и король, мой дед никогда не бывал у нас. Есть лишь дроу Тауриль, она моя наставница. А больше там вообще никого нет.

" Это, как же они там живут? " — подумала я, удивляясь такому безразличию родственников. Можно понять нежелание лорда воспитывать чужого ребёнка, да и его брата могли настроить против него, но родственники по матери, где?

— Значит, ты решил, что одинок и поэтому решил умереть? — стараюсь выяснить я. — А как же друзья?

— Да кто с полукровкой будет дружить? — возмутился он.

— Хм. Да причём тут кровь? Главное что ты сам представляешь из себя, — возмутилась я.

— Вот у меня в классе из двадцати пяти одногруппников; трое украинцев, двое белорусов, четыре дагестанца, кореец и даже один цыган.

— Ээ.

— Главное ведь то, что все мы друзья и готовы помогать друг другу всегда, а ты нюни распустил, что полукровка.

— Нюни? — удивился он.

— Не важно. Надо бороться за жизнь, а не сдаваться после первой же неудачи! — воскликнула я, воодушевлённая своим же примером.

— Тебе легко говорить, у тебя есть друзья и семья, а меня, между прочим, отравили. А вот если бы ты пожила в моей шкуре, то по-другому говорила бы.

— В твоей шкуре?! С удовольствием! Я бы пожила в любой шкуре лишь бы жить.

— И кто это ко мне пожаловал? — раздалось откуда-то сверху.

Мы подняли головы, и бестелесный дух тут же опустился на колени.

— О, Великая Селдарина, мы прибыли к тебе, чтобы выбрать свой дальнейший путь, — заявил он склонив голову.

Смотрю в небо ошарашенно, а там лицо девушки, которая выглядывает из голубого неба. Красивая, с бирюзовыми глазами и огненно-рыжими волнистыми волосами. С прямым носом и пухлыми губками.

— А ты кто? — спрашиваю я её.

Женское лицо улыбается мне, в то время пока Скамиэль пихая меня, шепчет:

— Ты что? Это же великая Селдарин! Склонись перед ней.

Как-то на колени становиться не хотелось. Да и кому-то она великая, а кому-то и нет.

— Это ты стремишься помереть, а я жить хочу. И жить свободно, независимо от чьей-то воли. Да и на колени я становиться не буду. Я даже перед мамой не становилась, а тут незнакомое мне создание.

— Ээ. — удивлённо протянул эльф.

Богиня, по-прежнему улыбаясь, заметила:

— Значит, мальчик, который может жить века, хочет уйти за грань, а девочка, которой суждено умереть из-за слабости тела, хочет наоборот жить. Вот значит, какая ты. Мне о тебе рассказывала богиня Оиляла. Думаю, действительно интересно было бы посмотреть, как бы ты — Астрид, справилась в жизненной ситуации, в которой жил этот мальчик.

— Легко! — уверено заявила я.

— Даже учитывая, что его жизнь на грани смерти.

— Даже так!

— Что же, перед вами раскинулась долина моих цветов, выберите один и сорвите. Этот цветок укажет вам ваш дальнейший путь, — сказала богиня.

— А тебя за что убить то хотят? — спрашиваю я так, на всякий случай.

Эльф пожимает плечами.

— Я то, откуда знаю?

Смотрю в небо, она то наверняка знает, но богиня уже куда-то исчезла.

" Что же, разберусь по ходу сама", — решила я, смотря в след эльфу.

Тот подошел к первому же чёрному цветку и сорвал его. Его со всех сторон окружил туман, неизвестно откуда взявшийся, пока тот не стал за ним невиден, а потом минут через пять он рассеялся, а эльфа там уже не было.

" Вот интересно, я увижу его когда-нибудь или нет? " — подумала я, направляясь искать свой цветок.

Вскоре я поняла, что выбор-то небольшой.

В долине действительно росли только маки, и предстояло выбрать лишь из цветовой гаммы.

Чёрные мне показались слишком необычными и мрачными. Красные наоборот очень яркие и какие-то, что ли праздничные. Были здесь ещё и голубые, розовые, фиолетовые и даже желтые, но я решил сорвать белые. Они вроде необычные, но в тоже время спокойные и ненавязчивые.

Отрываю цветок и притягиваю его к своему лицу.

Вдыхаю, как такового аромата не почувствовала, но всё же еле уловимый сладковато-травяной оттенок с дурманящими нотками присутствует. Меня, как и того эльфа начал окружать туман, пока он не стал плотным, каким и был, когда я только попала сюда.

Меня посетила мысль, что может я и бродил по долине в своеобразном коконе из тумана, пока не наткнулся на дерево. Оборачиваюсь, дерево уже не видно, вообще ничего не видно.

Чувствую, что меня начинает клонить в сон и как я с ним не старалась бороться, тряся головой, он всё же завладел моим телом, и я уснула.

Удивительно, ведь в Безвременье нет места времени, а значит, я не должна была хотеть спать или это не сон, а что-то другое?

Глава 4. Руки в ноги и