Тринадцатая невеста, или попаданка на драконью голову - Милен Маквил

Лежать в больнице я не пожелала, если мне суждено помереть, то не там, хочется хоть немного увидеть этот мир своими глазами, а не через интернет, заодно, я начала подыскивать новых хозяев для Армана, родители сказали что им не нужен доберман, а бросать пса на произвол судьбы, я не желала.

Умываюсь, отряхиваю одежду от невидимых пылинок и направляюсь в прихожую, надо выгулять пса перед сном, а лучшее место — это парк.

Благо в районе, где я жила, был и парк, и площадка для выгула собак, а так же набережная реки-Москвы, где я любила сидеть и ощущать на своей коже, легкое дуновение бриза.

— Ну что, Арман, пошли гулять?!

Пёс бы, наверное, завилял хвостом как и прочие собаки, но он просто схватил поводок и подбежал-ка мне.

Забираю его и погладив пса между ушей, говорю:

— Пошли.

Открываю дверь, предварительно надев на Армана повадок и намордник. Сама я не люблю это изобретение человечество, но таковы законы, собака должна быть на поводке и в наморднике, пока идёт до площадки, а уж там, можно и отпустить.

Учитывая что я гуляю с собакой после десяти вечера, то почти никого не встречаю на своём пути.

Арман свободно бегает, на площадке и никто ему не мешает. Пёс с удовольствием выполняет команд, не зря же обучался у кинолога.

После часа прогулки на площадке, я собиралась идти к реке, когда на смартфоне заиграл рингтон. Смотрю на дисплей — мама.

— Да, мам, что случилось? — так поздно, она редко звонила.

— Астрид, доченька, радость то какая… — слышу по голосу её, что плакала, но не тороплю, знаю что сама всё расскажет. — В Санкт-Петербурге донора нашли, через три дня тебя ждут в клинике, я на завтра заказала билеты, так что, собирай вещи, но не много, если что-то понадобиться, там купим.

— Хорошо. — удивлённо сказала я, хотела уже сбросить вызов, но спохватилась. — А Арман?

— Не переживай, отец присмотрит. — ответила мама и добавила. — Всё будет хорошо, вот сделают тебе операцию, ты поправишься и вернёшься к своему бегемоту.

— Мам, он не бегемот, он доберман.

— Да какая разница, жрут то, одинаково.

Улыбаюсь.

— Наговариваешь. Бегемот ест почти всё время своего бодрствования, а моё пёс, ест всего лишь два раза в день, и он благородный, красивый и добрый. — встала я на защиту своего пса.

— Считай что поверила. Всё, не отвлекайся, самолёт в два дня, времени не так уж и много. — сказала мама.

Я секунду помолчала, но потом всё же сказала:

— Я люблю тебя. — я очень редко произношу эти слова, но почему-то, именно сегодня захотелось их сказать.

— И я тебя люблю, доченька. Помни, у тебя всё будет хорошо.

Отключив вызов, выхожу на набережную реки, собраться я успею, а вот попрощаться с рекой, нет.

На набережной дует ветерок, сажусь на ступеньки.

Смотрю на пса, который сел рядом со мной, уныло косясь на намордник, который снова пришлось надеть.

— Потерпи немого, я посижу пару минут, а потом пойдём. — сказала я, погладив его по голове.

Минут через двадцать, когда я уже собиралась вставать, у меня резко закружилась голова и перед глазами закружили тёмные точки.

" Этого мне ещё не хватало. " — подумала я, и хотела сесть обратно, но не успела, понимая что падаю вниз, в чёрные воды реки.

Последнее что я успеваю сделать, выронить поводок, чтоб не потянуть за собой Армана, под воду.

Последнее что я поняла, смерть не собирается меня отпускать, заберёт, если не с помощью рака, то утопит.

Последнее о чём я подумала, что там, в непроглядной темноте, нет никакого света, и я так и останусь в этой темноте.

Последнее о чём я пожалела, это о том, что принесла своим родителям лишь переживания и боль потери.

Глава 3. В Безвремье

Интересно, где это я?

Вокруг меня стоит стеной густой туман и за ним ничего не видно. Покрутилась на месте и замерла, размышляя в какую сторону пойти и идти ли вообще. Но ведь не буду же я здесь стоять вечность?

Решаюсь идти прямо и будь, что будет, а главное может пойму, где нахожусь.

Вытягиваю руки вперёд, словно слепая, чтобы ни на что не напороться и делаю шаг за шагом вперёд. Периодически останавливаюсь, оглядываюсь и иду тем же маршрутом.

И так я шла пока мои пальцы не коснулись чего-то шершавого.

Вздрогнув от неожиданности, отдёргиваю руки, но поскольку, то на что я наткнулся, не рычит и не шипит, то протягиваю их обратно. Кладу ладони на шершавую поверхность и пытаюсь определить, что же это такое?

Шершавое и большое, обхватить руками невозможно.

Так. Пытливый ум тут же подсказывает, что это очень большое дерево, что-то вроде секвойи.

Поднимаю голову вверх и чем выше, тем более чётко я вижу дерево с его стволом, ветками и огромной зелёной кроной, через которую нашли свой путь лучи солнца.

Оглядываюсь назад и вижу долину залитую солнечным светом, где зеленела невысокая трава и цвели белые, красные и чёрные маки.

Только вот странно здесь как-то. Тихо очень. Птицы не поют, насекомые не жужжат и даже ветерок не дует. Странное место.

Когда я узнала, что больна раком, то конечно испугалась, но боролась. Боролась через боль, страх и конечно были моменты, когда я была готова опустить руки, рядом со мной всегда была мама. У меня были те, ради кого я жила. А что теперь? Что мне делать и куда идти?

Да и вообще, где я?

И самое печальное, тут никого нет, кроме меня, спросить даже некого, как отсюда выбраться?

— Хочу попасть в мир, где я смогу пригодиться, где смогу наслаждаться миром, дружбой и где смогу найти свою любовь, самую настоящую, истинную любовь. — сказала я, смотря по сторонам.

— И на что ты готова пойти, чтоб жить так, как ты хочешь? — раздался вопрос справа.

Оглядываюсь и вижу слабого почти невидимого духа, какого-то существа.

— Ты кто? — спрашиваю я.

— Тот кто жил, а теперь ушел, как и ты.

— Где мы?

— Это место называется Безвремье, тут все кто умер, начинают новый путь или уходят навсегда, за грань небытия.

— И что же выбрал ты? — интересуюсь я.

— У меня нет, ради кого стоило бы бороться, я уйду за грань. — сказал этот дух.

— А родители? — про возлюбленную спрашивать не стала, вдруг ему уже