Еще ближе - Юлия Леру

Пятнадцать лет — большой срок. Многие уже стали забывать о демонах, угрозе, нависшей над миром, о том, что сын уже пожилого правителя Марканта отправился на другой конец галактики, чтобы вернуть последнюю из демонов. Слишком коротка человеческая жизнь, и слишком много в ней более мелких, но не менее насущных забот.

— Керр будет там? — спросила я, имея в виду второе воплощение Трайна.

— А он тебе там нужен?

Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь скрыть свою реакцию на его слова. Я любила его, и он это знал. Но то не была любовь, которая заставляет забывать обо всем и бросаться в объятья любимого. Я не была невинной на Земле, и я знала, чего ждать от мужчины, но я не могла побороть страх, охватывающий меня каждый раз, когда я видела в глазах Трайна желание.

— Трайн, — сказала я. — Давай не будем…

— Пришли вести от вампиров, — сказал он резко, почти перебив. — Именно потому Аргента и хочет, чтобы ты появилась на похоронах. Лакстерн и его люди нашли демоническую девочку и уже идут домой.

— Когда они вернутся?

— Где-то через два лунокруга. И я хочу, чтобы к моменту его возвращения ты стала моей женой.

Снова эти слова.

— Послушай…

— Нет, это ты послушай, — снова перебил Трайн. Его глаза вспыхнули уже знакомым мне вишневым пламенем, и я поняла, что мы снова возвращаемся к разговору, который повторялся уже не раз. — Ты говоришь, что любишь меня.

— Да.

— Что же тебя останавливает? Может, ты просто ждешь возвращения Терна, чтобы снова бегать за ним, как послушная собачонка?

Я залилась краской от его слов.

— Я никогда…

Он остановил меня взмахом руки, отвернулся, справляясь с собой, потом снова посмотрел мне в глаза.

— Одн-на. Может, ты не знаешь, но вся деревня судачила о тебе все то время, пока ты лежала, бездыханная, у матери дома. И когда я приехал, чтобы забрать тебя, мне многое рассказали. Как ты бегала на свидания к Терну в сторожку охотника, как вы проводили там ночи, позоря родителей. Твоя бывшая подруга Арка посоветовала мне держать ухо востро. Она сказала мне, что у тебя нет принципов, и что Пану наверняка подговорил прикрыть твое предательство околдованный тобой Терн. Удивлена?

Я слушала все это с открытым ртом. Я никогда еще не видела Трайна таким, он никогда не позволял себе хоть словом, хоть полусловом осудить Терна и мое прошлое. Я знала, что могу рассказать ему все — и он поймет. Пятнадцать лет назад он держал меня за руку и говорил, что знает, каково это — потерять любимого человека. Он смотрел мне в глаза — и я видела там только искренность и ясность.

Оказывается, он все это время просто сдерживался.

— Я не хочу говорить об этом, — сказала я, отступая на шаг от стола. — Ты не знаешь, что там было…

— Так свиданий не было?

Я не ответила, и Трайн все понял.

— Я помню эти слова, как сейчас. То, что ты вступила в связь с мужчиной до брака, я бы простил…

Он замолчал, словно ждал возражений. Но их не было. На Земле я жила с мужчиной, который не был моим мужем. Мы спали вместе и делали все то, что делает живущая вместе влюбленная пара. Но с Терном все было иначе. Мы ложились ночью на узкую кровать, лицом друг ко другу, и просто лежали, глядя друг другу в глаза. Целовались, говорили всякие глупости, обнимали друг друга так, словно завтра — смерть, но ни разу не позволили себе перейти границы.

И я, может, сказала бы об этом Трайну, но тон, которым он выронил это «я бы простил», заставил меня вскипеть. Оправдываться за свою любовь я не собиралась. Тем более, просить за нее прощения.

— Не понимаю, ты хочешь, чтобы я извинилась перед тобой? — сказала я. — За то, что было восемь лет назад? Разве ты не знал всего этого, когда говорил, что хочешь быть со мной вместе?

Я отвернулась от него и подошла к кровати, пытаясь справиться с рвущимися наружу словами, о которых мы оба потом пожалеем.

— Я пойду к Запретному лесу утром. — Он наверняка слышал, как дрожит от напряжения мой голос. — Спасибо, что принес новости. Уже поздно, и мне нужно…

Его руки обожгли мои плечи огнем сквозь плотную ткань рубашки. Я почувствовала в своих волосах тепло его дыхания, а спиной ощутила жар тела. И замерла, не в силах справиться с пронзившей меня дрожью.

— Прости меня, — забормотал Трайн, обнимая меня и разворачивая к себе лицом. — Я просто с ума схожу, когда думаю о том, что ты снова будешь с ним.

Он провел руками по моим волосам, словно пытаясь пригладить и их, и заодно мои мятущиеся мысли.

— Я не буду, — произнесла я слова, в которые верила.

Он долго смотрел мне в глаза, словно пытаясь пробраться сквозь черное зеркало зрачков в самую душу, потом притянул к себе и поцеловал в макушку.

— Я верю тебе, — сказал он. — Клянусь ангелами, я верю. Но чтобы успокоить меня, ты должна выйти за меня замуж.

На моем лице, должно быть, что-то отразилось, потому что Трайн покачал головой и быстро продолжил:

— Одн-на, я прошу тебя, хватит со мной играть. Я — взрослый мужчина, я хочу жену, пока еще не слишком стар. Ты заставляешь меня унижаться на глазах моих детей. Я просто хочу определенности: да или нет.

А потом он уложит меня в постель и сделает беременной в мире, где от детей не избавляются, и я стану матерью еще одного такого, как я — выродка с демонической кровью.

Я подняла голову и посмотрела Трайну в глаза. Почему бы мне не сказать «да»? Я сама не знала.

— Пообещай мне только одно, Трайн.

— Что угодно.

— У нас не будет детей.

Он, казалось, ждал чего угодно, только не этого. Взглядом обежал меня сверху донизу, задержался на лице, заглянул в глаза. Он не спросил, почему — это было очевидно.

— Мы поженимся после возвращения, — сказал Трайн твердо, и я поняла, что решение принято.

Он приподнял мое лицо за подбородок и поцеловал меня в губы. Его руки настойчиво пробежались по моей груди, скользнули в волосы, запутались там.