Входящая в сознание - Мари Штерн

Теперь они были в безопасности. На суше. Кир устало упал на каменный пол, крыльями, словно коконом, накрывая трясущихся детей, и кажется, перестал двигаться. С его тела ручьями текла кровь. Регенерация не справлялась.

— Берегись! — выкрикнули сверху.

Я быстро перевела взгляд в сторону чудища и оцепенела. Оно было прямо напротив меня. Шевелило своим огромным острым как заточенные камни хвостом, но не двигалось. Шумно сглотнув, я бегло взглянула в сторону Кириана, надеясь на его помощь, но парень не подавал признаков жизни. Лишь его магия грозно защищала Дафну и Давида, не позволив воде и моему холоду прикоснуться к ним.

Холод. Все сковал холод. Лед порастал инеем, замораживая стены и воду, стекающую по ним. Огромные сосульки начали спускаться с потолка, устремляясь к полу и грозясь проткнуть защиту Кириана, а вместе с ней и ребят. Вода, покрываясь сначала слабой коркой, начала леденеть быстрее. Я оказалась в ловушке, пойманная собственной силой.

Ноги находилась под водой, а тело наверху. Я попыталась пошевелиться, но не смогла сдвинуться и на сантиметр.

«Спокойно! Спокойно, Эви! Дыши глубже!».

Пытаясь отогнать панику, я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Мое тело била дрожь: и от страха, и от холода, и от осознания безысходности. Монстр был прямо напротив меня, но почему-то не спешил нападать. Чего-то выжидал. Или пытался прочувствовать мою магию.

Я попыталась втянуть свои силы обратно, забрав льды и холод, но ничего не произошло. Вместо этого я получила сильным импульсом по вискам, после чего крепко зажмурилась, пытаясь вытерпеть боль.

— А-а-а! — ноги коснулось что-то острое, отчего я вскрикнула, пораженная резкой, обжигающей болью.

Жжение повторилось в области внутренней стороны бедра. Ощущение показалось куда более болезненным и нестерпимым. Я дернулась, пытаясь пошевелиться нижней частью своего тела, но осталась в том же положении, что и была. Слезы от боли потекли по обмороженным щекам.

«Больно, как же больно!». — шипела я.

Все, чего мне хотелось, это оказаться в безопасности в объятиях папы. Спрятаться в его руках и больше никогда не ощущать подобной боли. Больше не бояться.

«Трусиха! Трусиха! Трусиха!». — шептало подсознание.

— Нет! Нет! Нет! — завизжала я, упираясь руками в лед, когда мое тело что-то начало утаскивать под него, утягивая с такой силой, что мне стало больно кости.

Я не знаю, как получилось проскользнуть в тот прорубь, который образовала моя магия, но под воду я все же ушла. Моя энергия захлопнула ловушку и мой единственный выход на спасение.

Все, на что хватило моего ума — создать волшебный пузырь, благодаря которому не утонули малыши. Я жадно задышала, заполняя легкие кислородом, с помощью которого и мозг заработал быстрее. Лихорадочно прокручивая мысли в голове, я начала вспоминать заклинания, способные мне помочь, но шестое чувство подсказывало, что на данный момент моя магия — мой враг. Она делает все против меня.

Последнее, что мне осталось — это жалкие попытки вырвать конечности из крепких щупалец зверюги, утягивающей меня все глубже. Ноги кровоточили, раны жгло, но это уже не имело значения. Спасение — меня интересовало только оно.

Организм начал слабнуть, словно из меня медленно, но верно выкачивали силы. Это осознание треснуло по голове так, что зарябило в глазах. Вот теперь действительно стало непросто страшно и боязно, а до чертиков жутко. Этот монстр крал мою магию, нагло забирая ее через щупальца, впившиеся в мои ноги.

Пузырь начал растворяться, и за каких-то несколько секунд исчез полностью, растворившись вместе с остатками магии в темной воде. Я даже вдоха не успела сделать, как осталась с тем количеством кислорода, что было до этого. То есть почти что ни с чем.

Горло и легкие обожгло. Будто лава растекалась по ним. Я задергалась, забилась, запиналась, пытаясь вырваться, но все было тщетно. Силы утекали слишком стремительно, как песок сквозь пальцы. Кислород кончался.

Против воли я начала закрывать глаза. Где-то на грани с тьмой осознавала, что все. Конец. Силы иссякли, бороться больше не было ни возможности, ни смысла. Все кончено.

Я так думала…

Пока мое тело не окутала теплая, до сумасшествия притягательная энергия. Меня словно в чан с горячей водой окунули. Легкие обожгло от воздуха, пробившегося сквозь сорванное горло.

Темнота скрывала все, что творилось около меня, но она не могла утаить ощущения легкости и безмятежности. Первая реакция на эти чувства — я умерла, но боль, раздирающая ноги, говорила об обратном. Я была жива. И почти в безопасности.

Сознание было как волны. То покидало меня, то возвращалось вновь. Я не знаю, кто спас меня, вырвав из пучины кровавой воды, но отчетливо чувствовала кого-то близкого.

А его урчание вообще казалось родным и таким любимым.

***Эвирисса***

10 лет спустя

Спеша перепрыгивая сразу по две ступеньки, я бежала в кабинет к папе. Дафни сообщила, что пришли новости с отбора в отряды стражей, и мне натерпелось узнать, добилась ли я того, о чем грезила почти десять лет с того случая в катакомбах. Именно он стал толчком, изменившим меня.

Я думала, что умру. Захлебнусь в той алой, пропитанной моей кровью и магией воде, но меня спасли. Он спас. Вытащил из пучины тьмы, вырвал прямо из ее лап и позволил вдохнуть полной грудью. Когда мое сердце почти остановилось, он заставил его забиться вновь с еще более пущей скоростью.

Из лап забвения меня вырвало его утробное рычание, а тепло тела отогрело каждую мою обмороженную клеточку. Я смогла распахнуть глаза, лежа на сыром каменном полу, и увидела над собой красивое обеспокоенное лицо мужчины. Дракона. Его крылья коконом закрывали меня от всего, что творилась вокруг. Они защищали и грели меня. Они возрождали во мне жизнь.

После возвращения в замок, как и ожидалось, мы с Кирианом получили по шее и были наказаны почти на полгода блокировкой магии. Но если друга такая перспектива отнюдь не порадовала, мне же пришлась по душе. Из-за того, что приключилось в том озере, я больше не доверяла своим силам и боялась их.

Вскоре я узнала имя моего спасителя и его статус. Тогда-то я и поняла, что с этим мужчиной мне ничего не светит. Тем более он был академическим другом мамы и ее бывшим напарником, и на меня смотрел чисто как на глупую маленькую дочку своей подруги. Я же решила доказать обратное.

Когда мне вернули мою силу, я не отвергла ее, как желала поступить, а усиленно начала заниматься с папой. После, когда мои умения нужно было улучшать, я