В постели с принцем - Сабрина Джеффрис

— Да, верно, — пробормотал Дрейкер, — моя сестра замучила меня этой сумасбродной идеей — организовать сезон для нее. Я говорю ей, что из этого ничего не получится. Кто оплатит расходы? И кроме того, после того как мать распространила обо мне столько лживых слухов, к Луизе будут относиться как к прокаженной.

— Но если вы не организуете для сестры сезон, — заметил Алек, — она быстро сбежит с первым встречным, кто выкажет к ней хоть немного чувства.

— Какое это может иметь отношение к делу? — резко спросил Дрейкер.

Алек пристально посмотрел на Берна:

— Если нужны лишь деньги и приглашения, то Берн знает нескольких лордов, которые… гм… обязаны ему, и это поможет уговорить их самих, а также их жен сделать то, о чем мы их попросим.

— Мы?— удивленно переспросил Берн.

— Да, мы. Благодаря нашему общему родителю мы были лишены преимуществ, которые имеют большинство нормальных семей, — дружбы, верности, бескорыстной помощи друг другу. Однако это не должно нас разуверить в успехе. — Воодушевленный тем, как внимательно его слушали, Алек продолжил: — Каждый из нас имеет то, в чем нуждается другой, поэтому я предлагаю создать союз. Мы будем действовать как одна семья — в конце концов, мы единокровные братья. Вместе мы способны изменить наши судьбы. Мы можем помочь друг другу обрести все то, что каждый из нас желает.

Берн вскинул бровь:

— Обратимся к тому, что желаете вы. Но если вы думаете, что я одолжу вам деньги в силу того, что мы все состоим в родстве с принцем…

— Я не хочу никаких кредитов от вас, — перебил Берна Алек. — Граф оставил меня в долгах по самые уши.

— Однако вы должны чего-то хотеть от нас. А поскольку мы определенно не относимся к числу любимцев принца, то вряд ли вы сможете питать надежду на то, что нам удастся получить от него деньги.

— Совершенно не рассчитываю на это, — ответил Алек. — Я вообще сомневаюсь, что принц знает о том, что я его сын, и я предпочел бы, чтобы так все и оставалось. К тому же у него нет такого количества денег, в которых я нуждаюсь.

Дрейкер прищурился:

— О какой сумме вы говорите?

— Чтобы привести Эденмор в достойный вид и отремонтировать дом, чтобы в нем можно было жить… — Алек сделал паузу. — Понадобится, грубо говоря, семьдесят пять тысяч фунтов. Возможно, и больше.

Дрейкер тихонько присвистнул.

— Вы совершенно правы: никто не даст взаймы такую сумму, — сказал Берн. — Я сомневаюсь даже в том, что вы сможете выиграть ее в карты.

— Если попытка занять деньги еще глубже затянет меня в трясину, то игра в карты просто похоронит, — заключил Алек и поставил свой бокал на стол. — Я тщательно все обдумал и пришел к выводу, что выход только один: я должен жениться на богатой наследнице.

— Вы не получите Луизу, если вы намекаете на это, — резко проговорил Дрейкер.

Алек закатил глаза.

— Упаси Бог, я не хочу в жены девчонку, только что покинувшую школьный класс. Я предпочел бы зрелую женщину, которая хорошо знает правила английского общества: делать то, что тебе нравится, если все шито-крыто. Не важно, что творится за закрытыми дверями, если ты хорошо ведешь себя на публике. Притворяйся, что это брак по любви, хотя все знают, что он заключен ради денег и положения.

— Звучит довольно цинично, — заметил Дрейкер.

— Тем не менее очень точно. Иначе почему вы избегаете общества и отсиживаетесь в своем имении в Хартфордшире? — Видя, что Дрейкер нахмурился, Алек добавил: — Я не осуждаю вас. Я пытался оставаться за границей, вместо того чтобы возвратиться сюда и требовать свою долю, когда достиг совершеннолетия. Именно по этой причине я потерял почти все. — Алек печально улыбнулся. — Я извлек урок. Ты должен играть по их правилам, по крайней мере на публике, если планируешь получить то, что хочешь. А я хочу восстановить Эденмор. Если для этого нужно охотиться за богатой невестой, как это делают другие безденежные лорды, то я стану это делать.

Дрейкер грустно покачал головой:

— Каждая наследница с такими деньгами вооружена до зубов против охотников за приданым. Если не она сама, так ее отец.

— Этот охотник за приданым — граф, — возразил Дрейкеру Берн. — Многие купцы с готовностью приплатили бы за то, чтобы их дочери сделались графинями.

— За такую сумму? — Алек подошел к камину и пошевелил кочергой тлевшие головешки. — Какой болван отдаст свою драгоценную дочь и еще семьдесят пять тысяч фунтов охотнику за приданым с репутацией человека, покинувшего семью в поисках удовольствий? Я не могу рассказать правду о своем времяпрепровождении за рубежом, не объясняя истинной причины моей разлуки с отцом.

Некоторое время Алек молча смотрел на пламя в камине.

— Однако одни лишь слухи не ухудшат мои шансы, если я скрою свою нужду во время ухаживания. Я планирую завладеть наследницей прежде, чем она узнает о моем финансовом положении. — Он не повторит ошибки, совершенной старым графом: тот сообщил своей нареченной о том, что женится на ней ради денег. Это привело лишь к неприятностям.

Отряхнув руки, Алек снова посмотрел на собеседников:

— Именно поэтому мне нужна ваша помощь. Я должен заполучить наследницу раньше, чем правда о моем финансовом положении достигнет Лондона. Беда в том, что я никого не знаю. До отъезда я был слишком юн, чтобы вращаться в обществе, а сейчас у меня мало времени для того, чтобы узнать, кто есть кто. — Алек обратил свой взор на Берна: — Вы вращаетесь в этих кругах, имеете дело с деньгами каждый день и могли бы дать мне необходимую информацию.

Видя, что Берн сохраняет каменное выражение лица, Дрейкер, откашлявшись, проговорил:

— Поскольку я пребываю вне общества половину своей жизни, то не могу представить себе, чем бы мог вам помочь.

Оторвав взгляд от Берна, Алек без обиняков ответил:

— Вы могли бы одолжить мне карету. Это не столь дорогая вещь, которую я мог бы получить в кредит.

— У вас даже кареты своей нет? — недоверчиво спросил Берн.

Лицо у Алека сделалось каменно-холодным. Господи, как не любит он это попрошайничество!

— Мой отец продал обе наши кареты вместе с городским домом в Лондоне, именно по этой причине я живу здесь, в отеле «Стивене». Я могу сохранить в тайне свое местожительство, но мое постоянное появление в наемном экипаже может вызвать подозрение. — Он устремил взгляд на Дрейкера: — И я подумал, что, поскольку вы…

— Поскольку я не появляюсь в обществе, — закончил Дрейкер, — то могу одолжить вам карету.

Алек коротко кивнул:

— Обещаю вам содержать ее в полном порядке.

Судя по всему, Дрейкера это все скорее забавляло, чем оскорбляло.

— И если вы еще пообещаете, что не будете запрягать в нее совершенно неподходящих кляч…