Все, что она хочет. Эротика - Ирина Лем

Свернув губы набок, выпустила густую струю дыма, сказала негромко:

- А ты красавчик...

- Мисс Джонсон, давайте перейдем...

- Скажите, мистер адвокат, нельзя ли снять с меня эту штуку. - Качнула ногой, показала глазами на обруч.

- Я посмотрю, что можно сделать.

- Тогда мы встретились бы в другой обстановке. На пляже Эл Матадор в Малибу есть отличный бар «Сиамский шалаш». Мы звали его «Сиам». Там вместо пола песок - танцуй до упаду, ноги не устанут. Подают самый вкусный на побережье коктейль Коко-Локо в настоящем кокосовом орехе. Знаете, как его приготовляют? Берут кокос, срезают верхушку...

Марк начинал раздражаться. Скользкая дама, с ней следует быть начеку, иначе не успеешь оглянуться, окажешься в центре скандала. Его еще Грибс предупреждал, что мисс Джонсон - редкая манипуляторша. Ну, пусть она на ком-нибудь другом упражняется, Марк рисковать карьерой ради ее второсортных прелестей не намерен.

Проще, конечно, психануть и уйти с пустыми руками, но это не выход.

Надо перенастроиться. Посчитать про себя - от двадцати пяти в обратном порядке: двадцать пять, двадцать четыре, двадцать три... Пока считал, осушил стакан наполовину, достал ноутбук, раскрыл, включил.

Вроде успокоился, но про себя решил: если она еще раз слишком близко подойдет или будет провоцировать по-другому, он прекратит разговор и попрощается.

Когда вдова замолкла, чтобы сделать затяжку, Марк проговорил деревянным голосом:

- Мисс Джонсон, у меня мало времени, давайте по существу. Наша фирма защищает ваши интересы в деле об убийстве мистера Салливана. Мне необходимо в подробностях восстановить картину происшествия. Насколько возможно. Протоколы я читал, теперь хочу услышать от вас. Для того и приехал. - «О чем уже пожалел», - добавил про себя. - Прошу, будьте со мной откровенны. Полностью. Не бойтесь, я ваших тайн не выдам. Все, что будет произнесено в этой комнате, в ней и останется. - Посмотрел на клиентку: поняла ли она его или все еще занята какими-то своими идеями?

Она не поняла и не хотела.

- Скажите мистер... Не разобрала вашей фамилии.

- Руттенберг.

- А по имени можно?

- Нельзя.

- Хорошо, - согласилась охотно и без обиды в голосе.

- Вы поняли, что я сейчас сказал?

Она рассеянно кивнула. Кажется, не поняла, ну неважно. Надо с ней пожестче. Продолжил:

- Не собираюсь вас осуждать или давать оценки. Это неважно. И прошу не обижаться на мои вопросы. Задаю их не из праздного любопытства, а из желания выслушать ваше мнение о случившемся. - Сделал паузу и спросил влоб: - Вы участвовали в убийстве мистера Салливана?

- Нет, - не моргнув глазом, ответила Мэри Эллис и дернула головой в сторону.

- Где вы были, что делали в тот день?

- Была в гостях у друзей в Лондейле. Целое утро пыталась Бобу дозвониться. Безуспешно. Оставляла сообщения на автоответчике.

Да, именно они послужили алиби, мысленно подтвердил Марк. По данным с телефонной вышки, ее сообщения поступили примерно в предполагаемое время убийства, из места за двадцать пять километров от дома Салливана.

- Зачем вы звонили? Кажется, вы собирались разводиться?

- Да, собирались. Но это не значит, что были врагами. Мы с Бобом знаем... знали друг друга много лет, еще со школы. Договорились поддерживать дружеские отношения. В тот день - вторник, кажется, собирались встретиться. Но у меня не получалось. Хотела перенести на следующий день.

- Для чего понадобилось встречаться?

- Чтобы обсудить условия развода, финансовые вопросы.

- И что это за условия?

- Боб должен был поддерживать меня финансово, так как я не работаю. Также платить алименты на детей и кредит за жилье.

- То есть полностью вас обеспечивать. - Марк сделал пометку в ноутбуке. -Насколько я понимаю, убивать его не было в ваших интересах?

- Абсолютно не-е-ет, - протянула Мэри Эллис с выражением «Как вы могли предположить такую глупость?».

- Знаете Мэтью Крюгера?

- Кто это?

- Понятно. Перейдем к другому вопросу. Ваша дочь проходит в деле свидетелем. Она дома? Можно с ней побеседовать? В вашем присутствии, конечно.

Дама напряглась. Перестала беззаботно качать ногой, бросила на гостя хмурый, почти враждебный взгляд и жестко проговорила:

- Фиби не совсем здорова. Лежит у себя.

- Мисс Джонсон. Напоминаю, это не праздный разговор. Вы подозреваетесь в двух убийствах. Фиби - важнейший свидетель. Ее будут допрашивать в суде. Она должна знать, что можно говорить, что нет. Я подскажу. Нам троим необходимо договориться, чтобы не противоречить друг другу. От одного неудачно произнесенного слова может зависеть ни много ни мало ваша жизнь. Пожалуйста, позовите Фиби. Я ее надолго не задержу, - проговорил Марк и уткнулся в компьютер.

24.

Мэри Эллис поднялась и с недовольным видом отправилась к лестнице на второй этаж - все той же прыгающей походкой, шлепая босыми ступнями по доскам пола. Марк не смотрел ей вслед, уткнулся в экран ноутбука и поднял голову только тогда, когда услышал голоса.

К дивану шла девочка, в том переходном возрасте от подростка к девушке, который они так ненавидят.

У Фиби было бочкообразное туловище, его усугубляли чрезмерно узкие джинсы - наверняка она надевала их лежа, а когда встала, живот выпер вперед. Его бы скрыть под просторной майкой, но она выбрала обтягивающую, вдобавок с тонкими бретельками, которые выставили на всеобщее обозрение полные плечи. Она шла, округло расставив руки, похожая на тяжеловеса, приближающегося к штанге. Бросила «привет» и тяжело плюхнулась на мамино место, обдав Марка запахом застарелого пота. Как пахнет свежий - он знал и не считал отвратительным.

Постарался не сощуриться.

- Фиби, я ваш адвокат и хотел бы задать несколько вопросов. - Сделал паузу. Фиби не произнесла ни слова, глядела, насупившись, выжидающе, как на клоуна, приглашенного ее развлекать. Если не справится, получит в лоб. - Где ты была в момент гибели мистера Салливана?

Ответила не сразу. Подняла глаза к потолку, вспоминая.

- Мы целый день тусовались в Хермоса-Бич. До обеда сидели в Макдоналдсе, потом пошли на пляж... - скованно проговорила Фиби и посмотрела на мать. Та утвердительно кивнула.

- Как ты узнала об убийстве?

Снова молчание. Думала или просто имела замедленную реакцию? Вряд ли она приучена думать прежде, чем говорить. Просто как все толстые люди не любила торопиться.

- Мне мама позвонила.

- Ты видела приемного отца мертвым?

- Видела.

- Когда, при каких обстоятельствах?