Одна маленькая ложь - К.-А. Такер

«Эштон – придурок».

Ответ приходит мгновенно:

«Редкий придурок».

Тут же отвечаю, будто играю с ней в слова, как в детстве, только не стесняюсь в выражениях:

«Редкий похотливый придурок».

«Редкий похотливый придурок, который играет на своем члене, как будто это банджо».

Хихикаю, представив себе подобную картинку, и продолжаю печатать:

«Редкий похотливый придурок, который играет на своем члене, как будто это банджо, и поет про старого Макдональда».

В ответ приходит фотография: Эштон в салоне тату, а над ним трудится чернильных дел мастер. Эштон скривил лицо, изображая нечеловеческие муки.

На меня нападает приступ хохота, и напряжения как не бывало. Кейси всегда найдет способ мне помочь. Продолжаю хихикать, печатая ей ответ, и слышу, как скрипит входная дверь. Зажимаю рот ладонью.

– Видела, кто там? – спрашивает чуть гнусавый женский голос.

– Если ты имеешь в виду Эштона, то… разве такого можно не заметить? – отвечает другой голос, и раздается звук льющейся воды.

У меня ушки на макушке. Отправляю Кейси эсэмэску, в которой пишу, что люблю ее и скучаю. Потом вырубаю звук телефона.

– Кстати, он сидит за столиком с двумя девицами, – замечает второй голос.

И теперь все складывается: они говорят про моего Эштона. То есть… не то чтобы он был мой, но… Щеки горят. Наверное, зря я все это слушаю. Но теперь уже поздно, я не могу выйти. Я одна из тех «девиц».

– Ну и что? В прошлый раз, когда я была здесь, он тоже был с какой-то девицей, а домой пошел со мной, – высокомерно заявляет первый голос, и я представляю себе, как говорящая склонилась к зеркалу, чтобы подкрасить губы.

– Вот это была ночка! – стонет она.

Нет, только этого мне не хватало! Меньше всего я хочу слушать про подвиги Эштона в постели. Интересно, а ее он тоже отлавливал в аудитории, рисовал в учебнике сердце и писал номер телефона?

То ли она не заметила, что одна кабинка занята, то ли ее это не волнует, но девица продолжает:

– Мы трахались с ним на веранде. Под открытым небом. Нас могли увидеть! – возбужденно шепчет она. – Ну ты же меня знаешь… Я девушка приличная… – Закатываю глаза и решаю, что за этой особой долго гоняться Эштону не пришлось. – Но с ним… Боже мой, Кайра. Я вытворяла такое, о чем и помыслить не могла.

Кто бы сомневался, шлюшка!

Зажимаю рот ладонью, когда до меня доходит, что за слова я мысленно говорю и сколько в них злости. На миг приходит в голову – а вдруг я произнесла их вслух?

Похоже, нет, потому что гнусавый голос продолжает:

– Мне все равно, с кем он сюда пришел. Уйдет он сегодня со мной.

Закрываю глаза и обхватываю себя руками, страшась чихнуть, кашлянуть или пошевелиться, чтобы они не поняли, что я их слышу, а потом бы увидели меня с ним за столом, когда я вернусь. Тогда они поймут, что я подслушивала.

К счастью, они зашли исключительно подправить макияж и потрещать об исключительных сексуальных достоинствах Эштона, так что очень скоро выходят из туалета, а я вылезаю из кабинки и мою руки. И все думаю, удастся ли таинственной незнакомке осуществить свой план. Может, и удастся. От подобной перспективы меня тошнит.

– Вот ты где. – В туалет врывается Риган. Тяжко вздыхает и гладит меня по плечу. – Если ты будешь так реагировать, он от тебя никогда не отстанет. Давай-ка спускай все на тормозах.

– Я знаю, Риган. Знаю. Ты права. Просто я в этом полный профан. – И это удивительно: ведь рядом со мной такой крутой специалист, как Кейси. Нет, если я не сумею должным образом обращаться с Коннором, который пока что настроен «не торопить события», он очень даже торопливо сделает ноги.

– А ты делай вид, будто тебе тоже смешно, – советует Риган, гладит меня по плечу, и мы выходим из комнаты отдыха.

И тут я вспоминаю про фотографию Эштона, которую мне только что прислала сестра. Понимаю, что это ребячество, но достаю телефон и с торжествующей улыбкой говорю:

– А что я тебе сейчас покажу! – Когда мы возвращаемся к столу, мы так хохочем, что слезы текут по щекам.

Коннор выдвигает мне стул, и в глазах у него не то удивление, не то удовольствие.

– Что так весело? – спрашивает он. Не могу понять, подействовала ли на него последняя реплика Эштона.

– Да так, ничего особенного, – с небрежным видом говорю я, допиваю остаток своего коктейля и тянусь за новым, который мне заботливо заказали в мое отсутствие. Стараюсь не обращать внимания на пристальный взгляд Эштона.

– Ливи, покажи ему фотку, – с озорной улыбкой предлагает Риган. И добавляет: – Как говорится, долг платежом красен…

Улыбаюсь и поднимаю телефон.

Никогда в жизни еще не слышала, чтобы трое взрослых парней гоготали так, как это делают Коннор, Грант и Тай.

– Давайте увеличим фотку, сделаем постер и повесим дома на стену! – предлагает Тай друзьям и пытается изобразить гримасу Эштона, который понятия не имеет, что происходит, поскольку я намеренно держу экран так, чтобы ему не было видно.

Эштон пытается выхватить у меня телефон, но я предусмотрительно засовываю его в карман. Беру в рот соломинку и продолжаю потягивать коктейль. Ребята всё веселятся, а я с преспокойным видом делаю глоток, опускаю соломинку и откидываюсь на спинку стула. Исподволь бросаю взгляд на Эштона: он покусывает нижнюю губу, а в глазах у него лукавый огонек. Наверняка обдумывает, какой ответный удар нанести. Мне становится страшновато: мало ли что он сейчас выдаст, а вдруг опять унизит меня?

– Привет, Эштон. – Поднимаю глаза и вижу роскошную латиноамериканскую красотку. Стоит и хлопает накрашенными ресницами перед Эштоном. Тут же узнаю голос, который я слышала в кабинке, только теперь в нем недвусмысленно звучит «пойдем со мной».

Эштон не торопится ей отвечать. Не спеша поворачивается на стуле, а рука так и остается на подлокотнике. Потом поднимает глаза и окидывает взглядом ее аппетитные формы.

Как же мне хочется треснуть его по голове!

– Привет, – наконец отвечает он, и, судя по его тону, это что-то вроде: «разве мы знакомы?» или «ну и что тебе от меня надо?».

Похоже, девица тоже озадачена: нервно облизывает ярко-красные губы.

– Мы… мы с тобой познакомились в прошлом году. Захочешь поболтать, я сижу вон там. – Она показывает и маняще кивает головой, взмахнув черной шелковистой гривой. По голосу заметно, что она чуть погрустнела и явно утратила уверенность в своих чарах.

Неспешно кивнув, Эштон вежливо улыбается – именно вежливо, а не игриво, – и говорит:

– Ладно, спасибо. – Опускает руку, устраивается поудобнее и снова поворачивается лицом к столу. Делает глоток из своего бокала и проверяет телефон.