А что дальше? - Эйлин Колдер

– По чашечке чаю, а заодно и поговорить по душам, – язвительно закончила Клеменси. Он даже не пытался скрыть, что виделся с бывшей любовницей, и это еще больше подливало масла в огонь ее ревности.

Ленард остановил машину и выключил двигатель. Повернувшись к Клеменси, он сказал:

– Беатрис заходила ко мне в офис, чтобы сообщить о крахе своего брака.

– Как это трогательно! Полагаю, вы обменялись семейными новостями: она рассказала тебе о своем разводе, а ты поведал ей о нашей сделке. Не так ли?

– Я никогда и никому ни словом не обмолвился о нашей договоренности.

– Лжец! – негодующе бросила Клеменси. – Эта женщина знает все подробности моего прошлого. Ей известно о моем отце-картежнике и о финансовых проблемах, которые были у меня накануне встречи с тобой.

– Клеменси, я никогда не рассказывал ей об этих вещах! Даже намеком… – Он вздохнул и на минуту задумался. – В тот вечер, когда ко мне пришел твой отец просить отсрочки выплаты долга, Беатрис была у меня в гостях. Я попросил ее подождать на веранде, пока мы разговаривали о Робом. – Ленард пожал плечами и потер лоб. – Но во время беседы твой отец не выдержал, раскипятился, ну и… Одним словом, мы оба перешли на повышенные тона. И Беатрис все слышала. Послушай, Клеменси, – сказал Ленард уже в доме, – Я думаю, тебе не надо волноваться относительно того, что Беатрис вдруг расскажет кому то о твоем отце. Я убедительнейшим образом просил ее никому не говорить о том, что она услышала. И мне сдается, ничего нет страшного в том, что она сообщила об услышанном разговоре тебе.

– Но мне это очень неприятно.

Клеменси возмущал сам факт, что Ленард старался как-то оправдать, выгородить женщину, которая вызывала у нее только отрицательные эмоции.

Она развернулась и посмотрела ему прямо в глаза, а в следующее мгновение вдруг ощутила страшную слабость. Клеменси поймала себя на мысли, что уже не в состоянии выдерживать те эмоциональные и психологические нагрузки, которые обрушивались на нее в последние дни.

– Дорогая, что с тобой? – Встревоженный Ленард бросился к ней и обнял за плечи. – Успокойся, давай поднимемся наверх. Тебе надо отдохнуть.

Клеменси даже не пыталась возражать и послушно побрела к лестнице. В спальне, усевшись на кровать, Клеменси сразу почувствовала облегчение.

– Утром я позвоню первым делом доктору Барни, – сказал Ленард, помогая ей снять туфли.

Клеменси протянула руку и нежно коснулась копны его черных волос. Она вдруг вспомнила тот вечер, когда Ленард сделал ей предложение. Ее мечты о том, что когда-нибудь он полюбит ее, оказались несбыточными – теперь она четко осознавала это.

– Если ты себя чувствуешь не настолько хорошо, чтобы самой добраться до клиники, тогда можно пригласить доктора домой, – продолжил Ленард. – Тебе следовало наведаться к нему давным-давно, сразу после первого же недомогания.

– Я наведывалась.

Он как-то странно взглянул на нее и переспросил:

– Ты была на приеме у доктора Барни?

Она кивнула и сделала глубокий вдох. Наступило самое время открыть правду, подумала Клеменси, открыть именно теперь, когда у меня не осталось никаких иллюзий насчет нашего общего будущего.

– Я беременна, Ленард…

На какую-то долю секунды ошеломленное выражение его лица показалось ей почти забавным.

– Беременна?

Она кивнула.

– Почему ты скрывала это от меня? И какой же у тебя срок?

– Около десяти недель… Послушай, произошла ошибка, но ее допустила я, я же ее и исправлю, – сказала Клеменси, стараясь придать своему голосу бодрость и уверенность.

– Что ты имеешь в виду под выражением «я же ее и исправлю»?

Клеменси уловила в его голосе угрожающие нотки.

– Я имею в виду, что это мой ребенок, и я полностью отвечаю за…

– Ты не сделаешь ничего такого! – безапелляционно перебил ее Лепард. – Смею заверить, что для того, чтобы зачать ребенка, нужны двое – женщина и мужчина. За малыша отвечаешь не только ты, но в той же степени и я.

– Я просто хотела сказать, что не имею морального права привязывать тебя к себе с помощью ребенка.

Ленард покачал головой и отошел к окну. С минуту он стоял молча, о чем-то глубоко задумавшись, потом спросил:

– Когда ты узнала, что беременна?

Она беспомощно пожала плечами.

– Не помню. Но… точно я знала об этом в то утро, когда мы поехали в больницу навестить Кэрри.

– Но ведь с тех пор прошло уже столько времени! – Ленард осуждающе покачал головой. – Меня поражает твоя самонадеянность, твоя надменная убежденность в том, что только ты одна способна принимать решения, касающиеся нас двоих! – Он был в ярости, его глаза метали молнии. – Насколько я понимаю, ты в любом случае не намерена оставаться со мной?

– Я полагаю, общий ребенок – это еще не достаточное основание, чтобы мы оставались вместе, – спокойно ответила она.

– Итак, что же ты задумала? – сквозь зубы процедил Ленард. – Забрать моего ребенка и сбежать с ним в Даллас, к старинному дружку? Вот что я скажу тебе, дорогая. Какие бы бредовые идеи ни приходили в твою голову, этот ребенок мой, и ты никуда не поедешь.

– Ты не имеешь права диктовать мне, куда я могу ехать или не ехать, что я могу делать, а что не могу! – возмутилась Клеменси. – У нас с тобой деловая договоренность. А помнишь, что ты сказал, когда мы только начали обсуждать нашу сделку? Ты сказал, что «о детях речь не идет».

– Я просто пытался быть ответственным, – с негодованием парировал Ленард. – Дети – это обязанности на всю жизнь…

– А по отношению ко мне ты, разумеется, не хотел иметь никаких обязанностей на всю жизнь, – с сарказмом развила Клеменси его мысль. – Я знаю, что поступила как последняя идиотка, подписав этот проклятый контракт и согласившись выполнить вытекающие из него обязательства! Но я тоже не хочу всю жизнь жить в браке без любви!

Несколько секунд Ленард смотрел на Клеменси так, словно видел впервые. Она отвернулась и глухо сказала:

– Прости, если это как-то оскорбляет твое мужское достоинство, но разве я не права? Разве я сказала неправду? И смею заверить тебя, что никаких бредовых идей в моей голове нет – я давным-давно трезво смотрю на жизнь. – Клеменси закрыла глаза и на миг представила, как Ленард заключает в объятия Беатрис…

– А ты сама… хочешь этого ребенка? – вдруг спросил он.

Ее ресницы мгновенно взлетели вверх, их глаза встретились, и Клеменси твердо ответила:

– Разумеется, я хочу его. Так что если ты собираешься подбросить мне идею о том, что бы я отделалась от ребенка, считай, что такая идея мной отвергнута. – Когда она заканчивала фразу, ее голос слегка дрогнул.

– У меня даже в мыслях не было ничего подобного! – в сердцах выкрикнул Ленард и, подойдя к кровати, опустился перед женой на колени, не мигая уставясь на нее. – Я полагал, по прошествии стольких месяцев ты узнала меня чуточку больше, но, оказывается, это не так. – Он взял ее руку. – Неужели ты действительно думала, что я стал бы склонять тебя к тому, чтобы ты отделалась от ребенка, и поэтому решила не говорить мне о беременности?