А что дальше? - Эйлин Колдер

– Как поживает малыш? – вмешался в диалог подруг Ленард.

– Он-то замечательно, а вот я из-за него уже целую вечность не могу выспаться, – шутливо пожаловалась Кэрри.

Ленард улыбнулся.

– И все равно ты выглядишь замечательно.

– Признаюсь тебе честно, Клеменси, я влюблена в твоего мужа, – сказала Кэрри и демонстративно обняла Ленарда.

– Я это уже давно подозревал, Кэрри, – не остался в долгу он, – и, кстати, испытываю к тебе такое же чувство… Но к чему же все это может привести? – лукаво полюбопытствовал Ленард.

– К двум вещам. – Кэрри с улыбкой взглянула на подругу. – Во-первых, я уже попросила Клеменси быть крестной матерью нашего малыша… А сможешь ли ты, Ленард, стать его крестным?

– Почту за честь.

– А во-вторых, – продолжала Кэрри, – мы с Ником приглашаем вас на обед. – И она назвала дату.

Наступило неловкое молчание. Приглашение Кэрри приходилось на день годовщины бракосочетания Клеменси и Ленарда. На день, о котором Клеменси старалась не думать.

– Я… не знаю, Кэрри, – пробормотала она, не осмеливаясь взглянуть на Ленарда.

– Ну что ж, взвесьте все «за» и «против», а потом сообщите о вашем решении. Мы еще будем здесь. – Кэрри пожала плечами. – Просто у нас с Ником запланировано на этот день барбекю… Ничего, правда, особенного не будет. Обычная семейная вечеринка…

Кто-то подошел к ним и отозвал на минутку Ленарда. Кэрри взяла Клеменси под руку и спросила шепотом:

– Разве ты еще не сказала ему о ребенке?

– Не было подходящего момента… Я собираюсь сказать ему об этом вечером.

– Прекрасно. Я просто сгораю от нетерпения сообщить вашу замечательную новость Нику.

К ним приблизился Ник, и Кэрри мгновенно сменила тему разговора:

– Эдвин проплакал вчера всю ночь… – Мимо них проходил официант, и Клеменси взяла с подноса стакан апельсинового сока.

Неожиданно она увидела в другом конце зала Беатрис. Как всегда, та была одета броско, с максимальным эффектом, на публику. Сегодня она явилась в длинном черном облегающем платье с глубоким декольте.

Заметив, куда устремлен взгляд подруги, Кэрри тихо сказала:

– Полагаю, тебе известно, что Беатрис ушла от мужа.

– Я что-то слышала об этом. – Клеменси постаралась сделать вид, будто затронутая тема ей безразлична.

– Не предполагала увидеть ее здесь сегодня, – продолжала Кэрри. – Я слышала, на эти выходные она ездила в Сан-Франциско, Чтобы дать поручение адвокату начать бракоразводный процесс.

Клеменси похолодела.

– Значит, они действительно разводятся? Как ты узнала об этом?

– Ты же знаешь, у нас новости моментально разносятся по всей округе. Ходят даже слухи, будто Беатрис собирается вернуться сюда… хотя она и твердила во всеуслышание, что ей эти места осточертели.

Ей не нравятся эти места, но нравится Ленард, уныло подумала Клеменси. Но в следующую секунду, отбросив мрачные мысли в сторону, она уже вспоминала, как Ленард целовал ее сегодня в спальне, с каким пылом занялся с ней любовью. Но, может быть, этот пыл появился в нем только потому, что Беатрис уезжала в Сан-Франциско? Так сказать, на безрыбье и рак рыба?..

Клеменси была отвратительна самой себе из-за того, что она подозревала мужа в измене. Но, с другой стороны, зная его любвеобильность, ей было трудно пересилить себя. Возможно, Ленард виделся с бывшей любовницей, но не возобновил с ней интимные отношения, потому что хотел оставаться верным ей, Клеменси, до окончания срока их брачного контракта? Или подобное предположение невероятно наивно?

Вдруг Клеменси увидела Ленарда, направлявшегося через зал к Беатрис, и сердце ее сжалось от боли. Как раз в этот момент ее внимание ненадолго отвлек Ник, а когда Клеменси снова обернулась, уже не увидела ни Ленарда, ни Беатрис.

Извинившись перед Ником и Кэрри, Клеменси пошла по залу, внимательно приглядываясь к каждой группе людей. Неожиданно у нее закружилась голова, зазвенело в ушах. Может быть, причиной тому духота в переполненном помещении? А может, паническое настроение? Клеменси отыскала дверь, ведущую на балкон, и вышла, чтобы глотнуть свежего ночного воздуха.

Несколько минут она постояла одна на балконе, стараясь привести в порядок мысли. Щелчок зажигалки заставил ее повернуть голову на звук. На другом конце балкона стояла… Беатрис! Клеменси успела разглядеть ее лицо, когда та прикуривала сигарету от вспыхнувшей зажигалки.

– Это ты, Клеменси?.. Какая неожиданная встреча! – сказала Беатрис и вдруг рассмеялась. – Уж не назначено ли у тебя здесь любовное свидание? Скажем, с Джерри Мэйфлауэром…

Бесцеремонный тон Беатрис на мгновение ошеломил Клеменси, однако она не стала отвечать на грубый намек грубостью и спокойно сказала:

– Послушай, Беатрис, зачем мне заводить любовника, если у меня есть Ленард? Я очень люблю своего мужа.

– Какое трогательное признание! – Беатрис подошла ближе. – А мы-то с Ленардом надеялись, что ты сделаешь нам одолжение и сбежишь с кем-нибудь.

Откровенная наглость Беатрис привела Клеменси в ярость.

– Это ты придумала такую дикую шутку?! – Ее собеседница равнодушно пожала плечами и с издевкой пропела:

– Успокойся, милочка. Ты же знаешь, что нас с Ленардом до сих пор связывает чувство, которое не гаснет. Как только мы опять увидели друг друга, взаимное влечение, страсть снова вспыхнули между нами. Я знаю, Ленард пытался бороться с этим чувством, но оно не проходит.

– Почему бы тебе не сделать мне одолжение, – отчеканила Клеменси, – и не оставить моего мужа в покое? Ведь ты не любишь его.

– Откуда тебе известно? – Беатрис сделала последнюю затяжку и отшвырнула сигарету. – Мы очень близки с Ленардом… как и прежде.

– Если вы так близки, почему же тогда ты бросила его и вышла за Джима? – с негодованием спросила Клеменси. – Если бы ты действительно любила Ленарда, то не причиняла бы ему боль.

На секунду в холодных глазах Беатрис мелькнуло удивление, затем она зло улыбнулась.

– Джим наобещал мне златые горы, но, как выяснилось, все его обещания строились на пустом месте. Это была ошибка, за которую я дорого заплатила, и Ленард простил меня. – Поскольку Клеменси молчала, Беатрис, опять улыбнувшись, поспешила добавить: – Ленард до сих пор любит меня. Понимаешь? О да, он не хотел бы, чтобы ты догадалась об этом, потому что очень заботится о тебе… Ведь он настоящий джентльмен, не правда ли?

Клеменси была в отчаянии и с большим трудом сдерживалась, чтобы не выдать сопернице своего состояния.

– Не занимайся самообманом, Беатрис, – сказала она хладнокровно. – Ленард просто жалеет тебя, потому что ты переживаешь сейчас нелегкие времена. Но поступать так, как поступаешь ты, воспользовавшись ситуацией, могут только презренные люди.