Жена лучшего друга - Хельга Нортон

С мрачной отрешенностью Дейзи воспринимала звуки утра: гулкий рокот прибоя, назойливые крики чаек, веселый шелест занавесок, с которыми играл ветер…

Подходящий денек для венчания, подумала она.

Дейзи взглянула на часы. После бессонной ночи она поднялась засветло и позвонила в аэропорт: попросила перенести свой вылет на более ранний час. И вот теперь менее чем через два часа она будет на пути домой… куда ей так не терпится вернуться.

Вздохнув, Дейзи впихнула косметичку в чемодан и захлопнула крышку. Если повезет, она исчезнет задолго до того, как Шон поймет, что она уехала.

Шон… Ее руки застыли на крышке чемодана. Мысли о Шоне не давали ей уснуть всю ночь. Как она ни гнала их, они снова и снова возвращались к тому, что произошло между ними прошлой ночью. Вряд ли она когда-нибудь забудет, какое это блаженство лежать в его объятиях, ощущать на своей коже жар его поцелуев, их дразнящую, искусительную силу.

Глупо, конечно, но то, что случилось этой ночью, заставило ее вспомнить о Мэтте.

Шон и Мэтт во многом похожи. Оба красивые, уверенные в себе, покорители женских сердец. У обоих поразительный дар убеждения, благодаря чему они всегда выходили сухими из воды. Сколько раз Мэтт лгал ей прямо в лицо, а она все равно продолжала ему верить. Если теперь она подпустит Шона к себе, разве он не станет делать то же самое? Можно ли доверять ему до конца?

Легкий стук в дверь.

Дейзи застыла, будто кролик, пойманный светом фар. Потом глубоко вздохнула и выругала себя: ну что бы ей не уехать раньше, сразу, как только встала?

— Дейзи…

При звуке этого голоса сердце Дейзи забилось сильнее. Голос был усталым и грустным — на такой голос нельзя не откликнуться.

— Минутку! — крикнула она и посмотрела в зеркало.

Господи, зачем я это делаю? Разве не все равно, какой увидит меня Шон? Ведь между нами все кончено. Скорее всего.

Взяв себя в руки, Дейзи открыла дверь.

Вид у Шона был ужасный. Мятая белая рубашка, всклокоченные волосы, налитые кровью глаза, небритый… Будто только что вырвался из ада. Ей захотелось заключить его в объятия, утешить, успокоить, но она подавила искушение.

— Можно войти? — осведомился Шон.

Дейзи задумалась. Несмотря на боль, которую он ей причинил, она ничего не могла с собой поделать. Стоило ей заглянуть в его глаза — и она снова ощутила, как в ней распускается огненный цветок желания.

Видя ее нерешительность, Шон хмуро сказал:

— Мне нужно с тобой поговорить. Я считаю, что лучше это сделать в твоей или в моей спальне, где никто не будет нам мешать. Но если ты хочешь, давай поговорим хотя бы здесь. — Он указал на коридор. — Есть еще один вариант: спуститься к завтраку и обсудить нашу сексуальную жизнь со всей семьей. Тема, безусловно, их заинтересует.

— Нашу сексуальную жизнь?! — воскликнула Дейзи, обретя наконец голос. — О какой сексуальной жизни ты говоришь? — Она схватила его за руку, втащила в комнату и закрыла дверь. — Ты сумасшедший. Тебе это известно?

— Да, я схожу по тебе с ума, — согласился он, схватил ее руку, поднес к губам и стал покусывать кончики пальцев.

Его слова и ласка вызвали у Дейзи новый прилив желания, однако она нашла в себе силы вырвать руку и отступила назад — подальше, подальше от Шона, излучающего магические флюиды. Так она пятилась до тех пор, пока, зацепившись каблуком за край ковра, не шлепнулась на кровать рядом с чемоданом.

Шон перестал улыбаться и недоуменно уставился на чемодан.

— Что это такое, черт побери?!

— Не глупи, Шон, это чемодан, — сказала Дейзи с уверенностью, которой не чувствовала.

Он недоверчиво взглянул на нее.

— Ты уезжаешь?

Во рту у Дейзи пересохло — такое впечатление, будто он набит ватой. Она тяжело сглотнула и, высоко вскинув голову, сообщила:

— Мой рейс через два часа.

— И ты даже не подумала мне об этом сообщить? — спросил Шон таким голосом, что у Дейзи по коже побежали мурашки.

Она нервно рассмеялась.

— Разумеется, подумала. Я оставила тебе записку.

Его взгляд обежал комнату и остановился на листе бумаги, лежавшем на ночном столике. Шон стремительно подошел к столику, схватил записку и прочел: