Жена лучшего друга - Хельга Нортон

Дейзи закрыла ему лицо руками, чтобы прекратить опьяняющее действие его ласк.

— Почему же ты ничего не говорил мне раньше?

Шон пожал плечами.

— Не было подходящего момента.

— Не было подходящего момента? — Дейзи высвободилась из его объятий и, привстав, оперлась на локоть. — Давай расставим все точки над «i».

Шон попытался определить, что слышалось в голосе Дейзи: недоумение, раздражение, боль?

— Значит, я много лет нравилась тебе, но у тебя не нашлось подходящего момента сказать мне об этом, так?

— Дейзи, когда я встретил тебя, ты была еще девчонкой, а я взрослым, — сказал Шон, решив противопоставить ее неожиданному и непонятному волнению спокойную рассудительность. — Поскольку твой отец был полицейским, тебе, разумеется, известно, какой срок дают за совращение малолетних…

Дейзи преувеличенно громко вздохнула.

— Но потом-то я выросла, Шон. Что тогда тебя остановило?

— Множество причин, — сказал он, чувствуя, что его слова звучат не очень убедительно. Но как объяснить ей, что любовь издалека казалась ему в те годы гораздо романтичнее, чем простое ухаживание. Что не знал он тогда: чувство к Дейзи единственное настоящее чувство, ниспосланное ему на всю жизнь. — Я получал степень бакалавра, ты поступала в колледж… Я думал, у меня еще уйма времени. Но потом…

— Что — потом?

Шон помолчал, ласково провел рукой по ее спутанным волосам.

— Потом ты начала встречаться с Мэттом.

— С Мэттом… — эхом отозвалась она, садясь на кровати.

Шон вздохнул, сразу ощутив образовавшуюся пустоту. Ну вот, мы еще не были по-настоящему близки, а я уже теряю ее, пронеслось у него в голове. Конечно, не следовало упоминать имя Мэтта, но, если бы я этого не сделал, память о нем так и стояла бы между нами.

— Мэтт был моим близким другом, Дейзи. Он мне доверял. Я не мог… — Шон вздохнул. — Я не мог разрушить его веру в меня.

Дейзи кивнула, бросила на него быстрый взгляд и, отвернувшись, вздохнула так, что у нее поднялись плечи.

— И ты утверждаешь, что все это время… хотел меня?

— Да. — Шон опять потянулся к ней.

Дейзи вздрогнула, когда его пальцы коснулись ее плеч, и он чуть отстранился, оскорбленный ее реакцией.

— Мэтт мертв, Шон. Мертв уже два года, — тихо напомнила ему Дейзи.

— Мне казалось, что…

Дейзи взглянула на него изумрудными глазами, потемневшими от обуревавших ее чувств.

— Ты считал, что любишь меня, и в то же время умножал число своих побед…

— Послушай, ты же не думаешь, что…

— Именно это я и думаю. — Она встала с кровати и направилась к двери, на ходу собирая свою одежду. — Мы говорим не о нескольких женщинах в твоей жизни, Шон. Мы говорим о дюжине… или больше.

— Не смеши меня! — сказал он, не зная, как реагировать на это заявление. — У меня никогда не было столько женщин.

— Ха! — Дейзи подобрала туфлю и стояла, размахивая ею как шпагой. — Кого ты дурачишь?

Шон, не зная, что сказать, ошеломленно смотрел на Дейзи. Одно он понимал, что в ее теперешнем состоянии она вряд ли способна воспринять его объяснения и уж тем более не поверит ему, если он скажет правду: что слишком любил ее, слишком боялся потерять, а потому предпочитал считаться хотя бы ее другом. Но теперь, когда она знает о его чувствах, он не собирается отступать.

Шон быстро вскочил с кровати.

— Дейзи, дорогая…

— Пожалуйста, не называй меня дорогой, — сквозь зубы попросила она, держа перед собой платье как шит.

Шон скрипнул зубами.

— Послушай, я могу все объяснить…

— Не хочу слышать никаких извинений и объяснений. Я их уже наслушалась. — Ее голос дрожал, глаза полнились непролитыми слезами.

Наслушалась? Шон смутился. Каким-то непонятным образом он обидел ее. И очень сильно. Неужели ничего нельзя изменить?

— Дейзи, прости меня.

Она отшвырнула со своего пути упавшую на пол подушку.

— Знаешь, если бы каждый раз, слыша эти слова, я брала по центу, то стала бы одной из богатейших женщин Америки.

Шон смутился еще больше. Почему-то ему казалось, что они говорят не о нем и не о том, что происходит здесь и сейчас. Дейзи глубоко уязвлена и обижена. Но, похоже, он тут ни при чем. Тогда в чем же дело?

Дейзи нашла вторую туфлю, подобрала ее и направилась к двери.

Шона охватила паника. Он не может позволить ей уйти. Только не сейчас. И не в таком состоянии, в каком она находится.

Шон схватил ее за руку и попытался остановить. Дейзи показалось, что ее кожа задымилась от этого прикосновения.

— Пожалуйста, подожди. — В его голосе звучала тихая мольба.

— Мне кажется, я ждала достаточно долго. — Дейзи выдернула руку. — Если ты говоришь серьезно о своей… — она замялась, подбирая нужное слово, — привязанности ко мне, ты должен был сказать об этом задолго до сегодняшней ночи.

— Дейзи, ты ведь не думаешь, что…

— Да, Шон, именно это я и думаю. — Голос Дейзи дрожал. — А потому, как ни обидно тебе это слышать, я отказываюсь бросаться на шею мужчине, который не способен признаться в любви. — Не сказав больше ни слова, она повернулась и исчезла.

Звук защелкнувшегося замка эхом отозвался в его ушах. Бушевавший в душе Шона ураган чувств обратился в гнев. В нем будто что-то взорвалось.

Что она себе позволяет?! Я говорю ей о своих чувствах, а она возмущается, не хочет ничего понимать… Вышибить бы эту дверь и заставить ее слушать! У меня есть на это право — я слишком ее люблю и потому не позволю вот так просто закрыть за собой дверь и забыть о моем существовании!

В два прыжка Шон оказался у двери. И тут, уже положив руку на ручку, он услышал тихие сдавленные рыдания. Дейзи плакала.

Шон уперся лбом в дверь и закрыл глаза. Дверь была холодной, твердой и неприступной — как Дейзи. Что это взбрело ему в голову? Заставить ее насильно слушать. Вольно или невольно, но он причинил ей достаточно страданий за один вечер. Пусть она придет в себя. Да и ему неплохо бы навести порядок в собственной душе. Может быть, тогда он наконец поймет, что же произошло сегодня. Ты ждал больше десяти лет, сказал себе Шон, можешь подождать еще немного.

Он отошел от двери и, подойдя к кровати, нажал на кнопку ночника. Зачем он это сделал? Зачем растревожил только что полученную рану? Смятое покрывало, разбросанные подушки… Ему представилась лежащая на кровати пара — он и Дейзи…

Видение их незавершившейся любви было таким мучительным, что Шон быстро выключил свет и приказал своим мыслям остановиться. Завтра будет новый день, и завтра он обо всем подумает.