Как подскажет сердце - Джоанна Линдсей

Года привела Брижит на другой конец двора, в маленькую комнатку для прислуги, которая оказалась ненамного просторнее, чем ее хижина в Луру. Хорошо еще, что здесь стояла чистая кровать со множеством одеял. Убрав свои вещи в старый сундук и выметя из углов паутину, Брижит попросила Году проводить ее в мыльню и принести чего-нибудь поесть.

Горничная не заставила себя уговаривать, за что Брижит была ей крайне признательна. Путешественница просто мечтала о горячей ванне с паром и даже не стала привередничать по поводу того, что придется мыться в ушате для слуг, которым пользовалось бессчетное количество народа. Она и так уже перешла границы дозволенного, прося Году принести еду, поскольку челяди не разрешалось обслуживать друг друга.

Вскоре Брижит уже сидела на кровати и сушила свои волосы, грея ноги возле жаровни с горячими углями, которую принесла услужливая Года. Вдруг Роланд без стука открыл дверь. Это уязвило девушку, но она предпочла не обращать внимания на свои чувства.

— Ну и как тебе нравится новое жилище, мадемуазель? — спросил хозяин после непродолжительного молчания.

— Зачем ты пришел сюда, Роланд? — голос девушки звучал устало.

— Чтобы посмотреть, как ты расположилась. И ты мне пока не ответила.

— Какая разница, устраивает меня эта комната или нет? — с горечью в голосе бросила Брижит.

— Но она будет получше твоей лачуги в Луру.

— Ты ничего не знаешь! — зашипела она. — Ты увидел, как я вхожу в хижину для прислуги, и решил, что это мой дом.

— Ну да, сейчас ты, конечно, поведаешь мне, что это были не твои апартаменты.

— Я не собираюсь тебе ничего рассказывать, — безнадежно произнесла девушка. — С тобой говорить — все равно что с каменной стеной.

Роланд пропустил это замечание мимо ушей.

— Но если то была не твоя комната, Брижит, тогда почему же ты туда вошла?

— Потому что я упряма. Или ты не заметил?

— Ах нет, конечно, я заметил, — усмехнулся рыцарь. — А мне не весело, Роланд, — сухо сказала она. — Ты решил, что я служанка, увидев меня в том положении, до которого я дошла из-за собственного упрямства.

— Что ты имеешь в виду?

— Да ты все равно не поверишь ни одному моему слову, а я так устала от недоверия.

Роланд прошелся по комнате и остановился перед Брижит. Он пальцем приподнял ее подбородок, принудив взглянуть ему в глаза.

— Ну, и не пора ли попытаться изменить в этом что-нибудь? — мягко спросил он.

— Ты играешь со мной, Роланд, и мне это совсем не нравится! — бросила девушка. — Я бы никогда не стала тебя обманывать, будь даже в этом мое единственное спасение.

Роланд взял ее за плечи и поднял на ноги, поставив перед собой.

— Неужто не обманула бы, драгоценность моя? Но ты ведь только этим и занималась. — Он взял прекрасное лицо в ладони и нежно прикоснулся к нему губами. Брижит удивилась приятному ощущению, которое возбудил в ней этот поцелуй, и лишь через несколько мгновений уперлась в грудь рыцаря руками, отталкивая его.

— Если бы ты имел хоть слабое представление о достоинстве, ты бы не превратил меня в средство для удовлетворения своей похоти! — выкрикнула она.

— Ах, Брижит, ты нарушаешь правила игры! — досадой вздохнул Роланд.

— Да я не собираюсь играть с тобой в твои дурацкие игры! — закричала возмущенная девушка. — Называй меня служанкой, но ты не сможешь отрицать, что до тебя я была невинна. Я не стану твоей шлюхой!

— Но ты принадлежала только мне, cherie, и только мне будешь принадлежать. Это не значит, что ты шлюха.

— Для меня значит! Роланд вздохнул:

— Что же мне сделать, чтобы смягчить тебя?

— Ты шутишь, — иронически усмехнулась Брижит. Она вырвалась от него и отбежала к другому концу кровати. Здесь она развернулась к нему лицом, уперев руки в бока и сверкая гневным взором. — Ты изнасиловал невинную девушку и теперь заявляешь, что ничего не произошло. Ты унижаешь меня и принуждаешь себе служить. Неужто ты думаешь, что после всего я могу смягчиться?

— Черт возьми! — прогремел Роланд. — Я пришел сюда мириться, а взамен получаю скандал.

— Ты никогда не выпросишь прощения за то, что сделал, никогда!

— Значит, я зря теряю время. — Он повернулся и гордо зашагал к двери, а потом остановился и мрачно оглянулся. — Предупреждаю тебя, девчонка. Я в состоянии сделать твою жизнь здесь или приятной, или невыносимой — мне это одинаково легко. В твоих интересах смирить свой нрав, поскольку я уже устал от твоего упрямства.

Он хлопнул дверью и ушел. Брижит снова села на кровать, и ею овладела жалость к самой себе. Вольф подошел и лизнул хозяйку в руку.

— Что мне теперь делать, дружище? — удрученно спросила она. — Он хочет, чтобы я добровольно уступила ему и продолжала служить с улыбкой на лице. Но как я могу? — Слезы хлынули из ее глаз. — Я ненавижу его! Надо было оставить его подыхать в лесу! Почему я не сделала этого? Мы должны бежать отсюда, Вольф, должны!