Как подскажет сердце - Джоанна Линдсей

Рыцарь склонился и обнял Брижит.

— Моя маленькая драгоценность, — неожиданно нежно произнес он, — ни один мужчина не в состоянии любить женщину так, как я тебя. Ты навсегда будешь моей. Ничто на белом свете не сможет помешать этому теперь, когда я знаю, что у меня есть твоя любовь. — Он глубоко заглянул ей в глаза. — Но ты уверена? У тебя не осталось сомнений?

— Я уверена, совершенно, совсем уверена. — Брижит улыбнулась, глядя в его сильное, красивое лицо.

Роланд посмотрел на запыхавшегося Вольфа и счастливо рассмеялся:

— Что ж, спасибо тебе, дружище. Теперь мы можем ехать домой.

Квентин не удивился, увидев, как Брижит и Роланд, тесно прижавшись друг к другу, вошли в зал, и рука Роланда по-хозяйски обнимала ее за талию. Но вид сияющей от счастья сестры потряс его.

Они дошли до середины зала. Роланд осторожно взглянул в сторону Квентина, и тот быстро вскочил на ноги.

— Ради Бога, Роланд. Я же не злодей какой-нибудь! — добродушно улыбнулся он. — И не такой упрямый, чтобы не признать свою не правоту. Мне просто хотелось, чтобы Брижит была счастлива. И теперь вижу, что счастлива она может быть только с тобой.

— Значит, ты нас благословляешь?

— Я благословляю вас и желаю долгой и счастливой жизни, — тихо ответил Квентин.

— Теперь ты понимаешь, почему я так люблю Квентина? — улыбнулась Брижит, подойдя к брату и обняв его. — Спасибо.

— Не благодари меня, малышка. Мне очень жаль, что ты так долго была в разлуке с человеком, которого любишь. Но я надеюсь, ты простишь меня.

— Конечно, я прощаю тебя. Теперь у меня есть он, и ничто не разлучит нас снова.

Квентин с обожанием улыбнулся.

— А ты ему еще не говорила о…

Брижит повернулась к Роланду и взяла его за руку.

— Пойдем. Ты должен увидеть…

И она потащила его за собой вверх по лестнице, потом по коридору, к закрытой двери, перед которой лежал лохматый зверь. Он встал, чтобы пропустить ее.

— Я надеюсь, ты притащила меня сюда не для того, чтобы показать Вольфа, — насмешливо сказал Роланд.

Она ласково улыбнулась ему.

— Нет, не его.

— Ну тогда это может подождать, — пробормотал он и, нежно прижав ее к себе, поцеловал.

Но Брижит высвободилась из его объятий.

— Роланд, ну пожалуйста. — Она улыбнулась, покачала головой и, осторожно открыв дверь, попросила не шуметь. В середине комнаты стояла детская кроватка, украшенная пышными белыми кружевами. Он мог ожидать чего угодно, но только не этого.

— Дети? Ты привела меня посмотреть на детей?

— Разве они тебе не нравятся?

— Пожалуй, нравятся.

Она наклонилась над кроваткой, и малыш схватил ее за палец.

— Они похожи, правда? — Похожи.

— Точная копия.

Он переводил взгляд с одного маленького личика на другое, увидел пушок светлых волос и темные маленькие глазки. Совершенно одинаковые лица. А потом, поняв, рассмеялся:

— Ха! Близняшки!

Брижит была разочарована. Он ничего не понял.

— Эти близнецы — особые. — Она взяла одного на руки и протянула Роланду. — Это Джудит. Держи.

— Нет, — испугавшись, отступил он.

— Не бойся, Роланд, — улыбнулась Брижит. Он свел брови.

— Она такая маленькая, я могу ей что-нибудь сломать.

— Чепуха.

Но Брижит не настаивала. Он, очевидно, никогда не держал на руках ребенка. Ничего, научится. Она положила Джудит обратно, взяла другого.

— А это Арланд.

— Мальчик? — недоверчиво спросил он.

— Мальчик.

— Но ты же сказала, что они близнецы.

— Так они и есть близнецы. Он стал рассматривать внимательнее обоих детей и нерешительно спросил:

— А как ты их различаешь?

Брижит игриво потрепала Арланда по животику.

— Различаю, Роланд. И ты тоже будешь различать. Она выжидающе смотрела на него, но он ничего не понимал. И тогда она сказала:

— Мне кажется, они оба похожи на тебя. Роланд, наконец начиная понимать, побледнел.

— Так эти твои… И мои?..

— Наши дети, любимый.

Он притянул ее к себе, глядя на детей, лежавших перед ними.

— Подумать только! Ты прошла через все это без меня! Я никогда не думал… — И потом он вдруг отодвинулся от нее. — И ты собиралась отпустить меня, ничего не сказав?

— Я должна была бы, — кивнула она, вздернув подбородок хорошо знакомым ему движением. Роланд покачал головой.

— Упрямая колдунья, — вздохнул он.

— Да, — согласилась Брижит. Он снова притянул ее к себе. В голосе была сама нежность.

— Но ты моя упрямая колдунья. Моя! — Он прижал ее к себе. — И они мои! Мальчик и девочка. Две маленькие драгоценности от моей драгоценности. Как я тебя люблю! Боже мой, как же я тебя люблю! И никогда никуда не отпущу!

Он скрепил клятву поцелуем, и поэтому Брижит не смогла сказать, как сильно она его любит. Но она ему скажет потом. И будет повторять всю жизнь.