Во главе конца - Лия Арден

– Не хочешь приводить девчонку, приведи Гипноса и дай нам поговорить с тем, кто может оценить ситуацию, – вмешался Хел.

Кай застыл, лишь его глаза сместились в сторону Хела. У меня поползли мурашки по спине от странной галлюцинации. Лицо Кая оставалось спокойным, но внезапно по нему будто прошла тень, и он напомнил мне нечто пугающе неживое, как онир, принимающий образ чужого страха. Я осознал, что напряжённая тишина зазвенела, когда один из советников Хела неловко кашлянул, прервав её.

– Сивиллы не обычные даорийки, они ближайшие советницы царей, – увереннее продолжил глава Клана Воды, не услышав возражений. Я же не мог раскрыть рот и приказать ему заткнуться, хотя ощущал, что мы на краю опасной черты.

Кай пугающе медленно направился к нам, казалось бы, готовый выслушать.

– Отнятие дара у сивилл – это нанесение вреда нашим подданным, и ни один из царей не оставит это безнаказанным. Поэтому, чтобы не начинать ссору, я пришёл предложить мирное урегулирование сложившейся ситуации. Если Гипнос способен забрать, то может и подарить способности. Пусть вернёт девушкам дар прорицания, и мы забудем о произошедшем, словно ничего и не было, – выдвинул условие Хел.

Кай остановился буквально в двух шагах от нас и несколько раз лениво моргнул, глядя на царя Воды.

– А если не вернёт? – с намёком на издевательскую улыбку уточнил Кай.

– То мы будем вынуждены объявить Палагеде войну из-за причинения вреда нашим сивиллам.

– Нет, не будем! – порывисто возразил я, огрызнувшись на Хела, и вновь обратился к Каю. – Просто позволь поговорить с Гипносом. Нам не нужна война с Палагедой.

– Война с Палагедой? – со смешком повторил Кай, не спуская глаз с Хела.

– Нравится насилие, раз мысль о войне тебя забавляет? – с неприкрытой издёвкой парировал Хел. – Там будет побольше потерь, чем один какой-то бездельник.

Ни я, ни Хел, ни наши охранники не успели среагировать на косой удар ребром ладони Кая по солнечной артерии царя. Взгляд Хела остекленел, он зашатался и отступил на пару шагов, дезориентированный.

– Да как ты… смеешь… – заплетающимся языком пробормотал Хел, а Кай, не моргнув и глазом, сделал шаг вперёд и опрокинул его ударом в лицо.

Хел отключился на земле с разбитым носом. Тион дёрнул меня в сторону, стражники Хела бросились к Каю, но замерли, как только в его руке появилось копьё Фобетора, металл которого испускал неестественно чёрный дым. Острый конец он направил в горло царя Воды.

– Дёрнитесь, и ему конец.

– Остановись, Кай! Хватит! – прикрикнул я, раздражённый поворотом разговора. Я отмахнулся от Тиона и вернулся на своё место, встав напротив палагейца. При желании он с лёгкостью может убить и меня, но я почти уверен, что Кай не станет. Кассия ненавидит меня ещё не настолько сильно, и он об этом знает. – Не разжигай войну между Палагедой и Даорией!

– У вас и нет войны с Палагедой, – холодным тоном возразил Кай. – У вас война со мной. Можешь передать это всем своим царям. За нападение на Кассию и Весту. За смерть Элиона и Сирши. За то, что покалечили Иво. С этого дня у вас война со мной! – оскалившись, зло выдал Кай. – И ты меня не слушал, Микель. Впредь не будет никаких переговоров и перемирия. Вам был дан шанс. И Кассия к тебе не выйдет, потому что Кассии нет!

– Что значит «нет»? – опешил я.

– Она исчезла на Переправе неделю назад. Её не могут найти даже Гипнос и эринии, – признался он. – Кассии нет, и тебе не у кого просить понимания и терпения, а моё вы уже исчерпали.

Я лишился дара речи, поняв, что оценил обстановку изначально неправильно. Думал, что Кай в гневе, но теперь в его взгляде я разобрал ещё и отчаяние. Похоже, он растерян, испуган и в бешенстве от бессилия.

8

КАССИЯ

Сознание наполнилось паникой, я сжала губы, стараясь удержать остатки кислорода, и принялась грести. Меня охватил ужас, не позволяя понять, где верх, а где низ. Гребу ли я в верном направлении или остаюсь на той же глубине, и есть ли у меня вообще шанс достичь воздуха? Лёгкие жгло от напряжения, тело молило сделать вдох, несмотря на уверенность в отсутствии кислорода. Я активнее задвигала руками и ногами, ощутив чуть большую лёгкость и слабый свет, поддалась давлению воды, которая должна вытолкнуть меня на поверхность. Я вынырнула, с протяжным хрипом втягивая воздух.

Стоило оказаться на поверхности, как глубина под ногами исчезла, и я нащупала дно. Ругаясь в голос, поднялась, и воды стало по пояс. Из-за боли в лёгких и понимания, что чуть не утонула в каком-то непонятном водоёме, глубина которого внезапно сократилась до полутора метров, я выругалась громче. Меня трясло от пережитого страха, ноги ослабли, и я буквально на карачках выползла из воды на песчаный пляж.

– Я не умерла… не умерла. А если и умерла, то это какой-то кошмар. Никто не должен так страдать после смерти, – неразборчиво бормотала я себе, развалившись на песке и глядя в небо.

То могло показаться обычным, если бы не его странный лазурный оттенок и множество близких планет. Четыре. Бледные силуэты висели над головой наподобие спутников, у одной красноватой планеты были различимы кольца.

Я лениво моргнула, сейчас меня волновал только тот факт, что могу дышать. Я провела рукой, но вместо песка ощутила траву и, резко сев, рассмотрела изменившийся пейзаж. Море и песчаный пляж исчезли, демонстрируя знакомые маковые поля. Я торопливо проверила запястье, но браслет Весты пропал, а вся моя одежда и волосы высохли, будто я никогда и не была в воде.

– Нет-нет-нет! Я не могу опять оказаться на земле Морфея! Не пытайся обманывать! – громко приказала я и недовольно прибила кулаком несколько цветков мака.

Ничего не изменилось, но я чувствовала, что это не настоящие маковые поля. Это обман. Переправа притворяется тем, чем не является.

Пошатываясь, я встала, выбрала первое попавшееся направление и зашагала. Двигалась, прислушиваясь к звукам и гадая, как Кай нашёл копьё Фобетора. Ощутил ли он артефакт, или Переправа сама его привела к оружию?

Я упрямо шла дальше, озираясь, пока не приметила маленькую фигуру вдалеке. Сгорбившись, она торопливо разрывала руками землю. Я побоялась приближаться, не понимая, что она делает. Сама поза, происходящее и копна длинных белых волос подсказывали, что я знаю. Будто уже видела эту картину. Вторя моим мыслям, девочка положила семя в землю и размашистыми гребками засыпала трофей. Для пущей убедительности она похлопала по насыпи, что-то приговаривая. Я невольно сделала несколько шагов к ней, девочка резко вскочила на ноги и