Во главе конца - Лия Арден

Я сжал и разжал кулак, стараясь не нервничать из-за Лексы. Она передала мне видение, пожертвовала здоровьем ради правды. Три дня она провела в коме, а на четвёртый проснулась сама и без способностей к прорицанию. Я потерял дар речи, глядя в её голубые глаза. Она казалась испуганной, но более здоровой, чем раньше.

Я почти обрадовался, ведь Лекса сама этого хотела, но буквально через час стало известно, что со всеми остальными сивиллами произошло то же самое. Это ввело царей в панику, Хел и Пелий были в гневе, обвиняя во всём Гипноса и Лексу.

– Уходи, Микель. Члены моей семьи начинают тебя узнавать. Ты устроишь переполох, – прервал мои мысли Трой.

Я торопливо поправил капюшон плаща и бросил взгляд вперёд. Напротив, с другой стороны от гроба, родственники Троя действительно зашептались, глядя на меня. Я поправил рукав, скрывая от чужого внимания платиновые браслеты из человеческого металла. Лишь благодаря им, блокирующим мой гул, и неприметной одежде я сумел, как вор, пробраться на похороны друга. Я замялся, не желая так прощаться, но и в то же время мне нечего было сказать. Ни одно из имеющихся слов утешения или прощения не изменят произошедшего. Я поступил эгоистично, прося Троя о помощи, а моё первоначальное решение убрать его подальше от меня и моего Клана было верным.

– Мне жаль, – искренне повторил я и медленно отступил, пробираясь через толпу собравшихся.

Тион смиренно ждал меня у выхода. Он хоть и состоит в Клане Огня, но к семье близнецов не имеет никакого отношения, поэтому не решился оскорблять их своим присутствием.

– Доставили сообщение, кирий, – сказал Тион, протянув мне записку. – Судя по всему, нам лучше поскорее вернуться во дворец.

Я тихо выругался, прочитав несколько строк о том, что ко мне прибудет царь Воды. Только удалось разобраться с Креоном, показав, что есть проблема посерьёзней борьбы за власть, как новой занозой в заднице стал Хел. Недавно он заявился и в открытую обвинил мою сивиллу в отравлении остальных. Якобы это Лекса виновата в произошедшем. Я рассмеялся, а затем разозлился и вышвырнул его вон из моего дома. К Лексе тогда едва вернулся аппетит, но я запретил пускать к ней посетителей и сам не говорил с ней о произошедшем, дожидаясь, пока расскажет сама. За последние дни я лично посетил Круг Старших и выслушал претензии бывших сивилл. Большинство были рады произошедшему, но кто-то всё же разгневан. Они поддержали Хела, убеждая меня в том, что произошедшее не может быть совпадением: возвращение Лексы от Гипноса и последующее исчезновение дара прорицания. К несчастью, все её сёстры знали, что Лекса давно мечтала избавиться от способностей.

Мне нечего было им сказать, враньё стало бы очевидным, потому что я сам ощущал взаимосвязь в произошедшем и всё равно отдавать Лексу на растерзание не собирался. Она остаётся в моём доме под охраной, и если надо будет, я продолжу защищать её всю оставшуюся жизнь. Она и её семья достаточно пострадали из-за моего отца, и, возможно, Лекса единственный оставшийся у меня друг.

Я невольно запрокинул голову, ища Кассиопею. Звезда была настолько яркой, что видна даже днём. Теперь каждый раз, оказываясь на улице, я смотрел на неё, ожидая, что она взорвётся у меня на глазах и можно будет перестать переживать о будущем, так как ничего уже нельзя будет исправить, а тревоги станут напрасными.

Я сосчитал про себя до пяти.

Ничего не произошло.

Я опустил взгляд и последовал за Тионом к нашим лошадям.

– Я предлагаю провести переговоры с Гипносом, – уверенно заявил Хел вместо приветствия.

Его расположили ждать в моём кабинете, и, как только я вошёл, царь Воды резко вскочил на ноги с дивана у стены. Я замер от нервозности его движения. Хел, заметив моё недоумение, с напускной расслабленностью убрал волосы назад, поправляя причёску.

– Мы должны с ним поговорить. Раз он сумел отнять дар сивилл, то способен и вернуть, – продолжил незваный гость.

Я направился к своему столу, сбросив плащ на одно из кресел.

– Если хочешь поговорить с Гипносом, то иди к Переправе и говори. Адрес тебе подскажут в администрации, – с демонстративным безразличием ответил я, уделяя больше внимания свежей стопке расчётов на столе.

Хел старше меня на пятнадцать лет, хотя внешне различия у нас незначительные. Будь на его месте царь Земли Илиос, из уважения к его возрасту я бы подбирал более обходительные выражения, но с Хелом это бессмысленная трата времени.

– Ты с ним знаком!

– Я не знаком с Гипносом. Лишь с его братом – Моросом, который игнорирует меня после моего становления принцем, – возразил я, раскладывая бумаги.

– Именно твоя сивилла виновата в том, что мы лишились прорицательниц! – Хел хлопнул ладонями по столу, встав напротив и вынудив меня поднять взгляд. – Знаю, что она тебе дорога, несмотря на отсутствие дара, поэтому условие я ставлю тебе. Ты поможешь мне поговорить с Гипносом в обмен на снятие обвинений в сторону твоей сивиллы.

Хел не предлагал. Он угрожал.

Я стиснул челюсти, недовольный поворотом.

Царь Воды всё заметил, но продолжал уверенно опираться на мой стол, вызывающе глядя мне в глаза.

– Нет никаких обвинений, – медленно проговорил я.

– Это тебе так кажется.

У меня заныли зубы от того, как сильно я их сжал. Пелий тоже обвинял Лексу. На чью сторону встанут Баал и Илиос, мне неизвестно. У нас всего десять лет на масштабный проект, а они забивают свои головы белибердой.

– Нам известно будущее, которое необходимо предотвратить. Прорицание сивилл нам в этом не поможет, и сейчас нет времени с ним разбираться, – как можно ровнее ответил я, откладывая документы, чтобы не смять их в кулаке.

– Ты юнец, забавлявшийся в Санкт-Данаме, абсолютно не понимаешь устройство власти. Сивиллы – это статус и контроль над будущим. Они рассказывали не только глобальное будущее для всей Даории, в первую очередь они служили во благо каждого из Кланов. Сивиллы были всегда.

Его речь меня не впечатлила.

– Теперь уже нет. Времена меняются.

– Тогда через неделю увидишь свою сивиллу в петле. Это я тебе обещаю! – рявкнул Хел и развернулся к выходу.

Металлические ручки стола искривились, и я торопливо втянул воздух сквозь стиснутые зубы, чтобы успокоиться. Мне нельзя выходить из себя. Нападение на другого царя будет расценено как нападение одного Клана на другой. Я не могу позволить себе роскоши даже ударить его.

– Чего ты хочешь? – затолкав гордость куда подальше, спросил я.

Хел замер, не дойдя трёх шагов до двери. Он демонстративно медленно обернулся, глядя на