Нарушаю все правила - Эми Эндрюс

Трудно было назвать это место сильно оживленным. По крайней мере, народу здесь было не так много, как в лос-анджелесских барах. Но тем не менее половина кабинок была заполнена, равно как занята и половина высоких табуретов вдоль стойки. Возле музыкального автомата толклась кучка людей, еще несколько танцевали на небольшой квадратной площадке рядом с автоматом, очевидно, для этого и предназначенного. Помимо того, через распахнутую настежь дверь видно было, как в соседнем помещении играли в бильярд.

– Привет, Малой!

Переведя взгляд на голос, Би обнаружила симпатичного молодого человека, который широко улыбался им из-за барной стойки. Как и все прочее в этом субъекте, улыбка его была чрезвычайно располагающей.

– И тебе здравствуй, Такер, – со вздохом отозвался Остин, а взгляд Би тем временем скользнул к крепким бицепсам бармена. Это определенно было главным украшением его рабочего места.

Еще двое мужчин, восседавших на табуретах ближе всех к самому привлекательному из всех барменов, что ей когда-то попадались (хотя – стоп! – она ведь пятнадцать лет прожила в Лос-Анджелесе, где почти каждый парень позади барной стойки до невозможности красив, будучи каким-нибудь безработным актером), полуобернулись к ним и тоже поздоровались с Остином.

– Привет, Дрю, – кивнул им поочередно Купер. – Приветствую, шеф.

«Шеф?!» Би поняла, что один из сидящих в баре мужчин и есть тот самый Арло.

– А тебе разве не пора уже идти спать, Малой? – поинтересовался Арло.

– Да ладно тебе, чел, – вмешался тот, которого назвали Дрю. – Зуб даю, у него есть записка от мамочки с разрешением ходить в позднее время.

Би даже оторопела от такой словесной перепасовки. Эти ребята явно привыкли к подобному стилю общения, она же отчасти (причем той самой частью своего существа, что испытывала неловкость из-за их возрастной разницы) готова была уже встать на защиту Остина. Впрочем, сам Купер, вздохнув лишь поначалу, воспринял все это совершенно спокойно и с добродушной улыбкой огрызнулся:

– Да ну вас, придурки.

И Би отпустило. Ну да, это было всего лишь дружеское подтрунивание. И Остин определенно умел за себя постоять.

Когда эта небольшая пикировка закончилась, три пары глаз с интересом уставились на Би.

– Слушай, Остин, мне кажется, ты обязан представить нас своей подруге, – сказал Дрю.

Улыбнувшись ей, Остин произнес:

– Знакомьтесь, это Беатрисс. – Даже перед своими приятелями и полузаполненным баром он привнес в последний слог ее имени такие сексуальные нотки, что Би готова была растаять и растечься на месте.

– Привет, Беатрис, – протянул ей руку Такер.

– Можно «Би», – торопливо добавила она, пожав по очереди руки Такеру и Дрю. Последний особенно показался ей симпатягой – высокий, плечистый и намно-ого ближе ей по возрасту, чем Купер. Как, впрочем, и остальные.

– Арло, вы помните Беатрис? Она на днях у нас побывала.

Шеф на пару секунд нахмурился, явно копаясь в памяти, после чего на него медленно снизошло понимание. На миг он опешил, однако быстро оправился и, галантно улыбаясь, протянул ей руку:

– А, ну разумеется! Прошу прощения, мэм. Не разглядел сперва при этом освещении.

Би едва не рассмеялась, пожимая ему руку в ответ. Арло как мог старался проявить любезность, но Би нисколько не могла его винить за то, что он ее не узнал. В Лос-Анджелесе попадались бродяжки и получше, нежели она в день их первой встречи!

– Я вот все время говорю этому обалдую, – кивнул Арло в сторону Такера, – что людям надо хотя бы видеть, куда идти. Но он, видимо, считает, что приглушенный цвет лишь подчеркивает его загар.

Невозмутимо выслушав подколку, Такер взмахнул ресницами:

– Я думал, ты скажешь «глаза».

Арло театрально вздохнул, не обращая внимания на смех Купера и Дрю.

– Этот тип нарушает не меньше дюжины городских постановлений. Кто-нибудь однажды точно подаст на него в суд!

При упоминании о нарушениях городского устава Би непроизвольно перевела взгляд на своего спутника и обнаружила, что Остин, не отрываясь, смотрит на нее. Да так, что, едва расправившиеся во влажном тропическом тепле бара, соски ее снова сжались и затвердели.

– Так арестуй же меня, дурила, или уже хватит об этом нудить.

– Вот видите, каким я тут пользуюсь уважением? – вопрошающе поглядел Арло на Би, и на его губах заиграла насмешливая улыбка.

В прошлый раз она не слишком хорошо успела рассмотреть начальника отделения, но теперь обнаружила, что Арло на самом деле производил запоминающееся впечатление. С черными, торчащими коротким ежиком волосами и чисто выбритым, угловатым лицом он куда больше походил на Робокопа, нежели Остин с его непринужденным обаянием под девизом: «Мух ловят на мед, а не на уксус». И казалось, именно на плечах Арло, как шефа полиции, держалась безопасность всего городка. К счастью, его могучие плечи, похоже, вполне были готовы нести такой нелегкий груз.

Если эти субъекты – Такер, Арло, Дрю и Остин – были типичными представителями мужского населения Криденса, то, может быть, ей стоило бросить в карту дротик намного раньше?

– Что заказать тебе выпить? – спросил у нее Остин, прервав язвительную болтовню земляков.

– Мне «Бад», пожалуйста.

– Два «Бада», – повернулся он к Такеру.

– Сейчас сделаем, – кивнул бармен.

– Так и что, – заговорил Дрю, едва Би пристроилась на пустовавшем высоком табурете рядом с ним, а Купер взгромоздился на сиденье с ней рядом. Она сделалась небывало сверхчувствительной к присутствию Остина, к его запаху, к теплу его бедра, которое было к ней теперь так близко, что едва не касалось. И Би слегка подвинулась к нему, чтобы их ноги соприкоснулись, потому что… Ну… просто потому что! – Вы здесь проездом, или?..

– Нет, я просто недавно переехала. Из Лос-Анджелеса.

На лбу у Дрю на пару мгновений пролегла морщина, потом исчезла, и глаза у него изумленно расширились:

– Ух ты! Так вы – та самая кошатница!

Би рассмеялась.

– Ну, видимо, да! Хотя, смею вас уверить, у меня нет ни одной кошки.

Такер поставил перед ней на стойку бутылку пива:

– А я слышал, вы тайный агент из Министерства сельского хозяйства.

«Что?! Какого черта?!»

– А что, у Министерства сельского хозяйства имеется собственная шпионская сеть?

Би сделала большой глоток пива. Как бы она ни поглядывала на обворожительного Дрю, как бы с ним ни болтала – этот мужчина никак не будоражил ее естество. Ощущала она лишь присутствие