Совсем не "тонкая штучка" - Татьяна Полунина

— И сегодня ты видела его в парке? — спросил Гаранин.

— Да.

— А мозг у тебя есть? Они же могли тебя узнать! Все, кроме Инкова тебя видели!

— Ну, я не рассчитывала, что придет мужик из подъезда. А Бухтияров видел меня ночью с красными волосами. Не узнали они меня. Зато я их сфотографировала.

— Выдрать бы тебя хорошенько! — вздохнул Валерий, паркуясь у дома моих родителей.

Он помог мне выйти их машины, достал подарок, и мы вошли во двор.

* * *

В доме было уже полно гостей. Родители встретили нас в прихожей.

— Папа, познакомься, это Валерий, мой парень, — собравшись с силами сказала я.

Отец пожал руку Гаранину и ответил:

— Рад познакомиться, Михаил Дмитриевич.

— Юленька не совсем точно меня представила, — начал Валерий, — я ее жених. И надеялся, что при нашей первой встрече я смогу попросить руки вашей дочери. Но, не будем путать праздники. Мы с Юлей хотим поздравить вас с днем рождения. Это вам!

Гаранин протянул отцу большую коробку. Отец принял подарок и вопросительно посмотрел на моего спутника.

— Это палатка для зимней рыбалки. Юля сказала, что вы заядлый рыбак, — пояснил он.

— Ну и ничего себе! — воскликнул отец, — она же очень дорого стоит!

— Пап, — улыбнулась я.

— Спасибо, ребята! — отец еще раз пожал руку Валерию и обнял меня.

Мама была не в своей тарелке.

— Мамуль, что случилось? — спросила я.

— Ты шикарно выглядишь, дочь! — с улыбкой ответила мама, но видно было, что ей не до этого.

— Ребята, — прошептала она, когда отец отошел к гостям, — вы ничему не удивляйтесь и не подавайте виду! Пожалуйста!

Мы вошли в комнату, где находились гости. Было несколько семейных пар — друзья родителей, мамина сестра с мужем и тот самый мужчина, с которым мы видели маму в кафе.

— И что он здесь делает? — шепотом спросила я у мамы.

— Я сама не ожидала, — прошипела она, — боюсь, что все раскроется.

— Ну уж то, что я не твоя сестра, точно, — хмыкнула я.

— Ну добей мать!

— О нет! это без меня, — с улыбкой сказала я, так как к нам подошла семейная пара.

Это были единственные гости, которых я не знала. Высокая седовласая женщина с гордо посаженой головой. На ней было длинное бархатное темное платье. В ушах крупные серьги с сапфирами, которые повторяли цвет ее глаз. Муж тоже высокий и седовласый, чем-то напоминал льва своей прической.

— Фаина, СтанИслав, познакомьтесь, это моя дочь Юля и ее жених Валерий. Юлечка, ты, наверно, помнишь Фаину Евгеньевну и СтанИслава Андреевича? Они в Прибалтике жили. Мы все время созванивались.

— Помню, — кивнула я.

— Как выросла девочка! — всплеснула руками Фаина, — я тебя помню совсем малышкой!

Я улыбнулась, но улыбка исчезла с лица, когда я увидела, что к нам направляется мужчина, которого я видела с мамой в кафе. Я сделала шаг назад, а Валера взял меня за плечи и прижал к себе.

— Ой, — воскликнула Фаина, — а вот и Кирюша! Кирилл, вы не знакомы! Это Юлечка, дочка Михаила и Екатерины.

— А мы знакомы, — ответил мужчина, приподняв бровь и с ног до головы разглядывая меня, — познакомились на днях в кафе. Она так же красива, как и ее мама!

— А это жених Юлечки, Валерий, — продолжила Фаина.

Кирилл пригляделся и спросил:

— Гаранин?!

— Гаранин, — вздохнул тот и пожал протянутую руку.

— Так, гости дорогие! — раздался голос папы, — что стоим? Хозяйка, приглашай к столу!

Вечер прошел в теплой и дружественной обстановке. Правда, Валерию пришлось раздавать автографы и фотографироваться со всеми желающими. Отец был доволен подарками, поздравлениями и тостами и ничего не замечал вокруг. Мама была поглощена своими проблемами, поэтому даже не обратила внимания на изменения в моем имидже. Кирилл же, напротив, не сводил с меня глаз.

— Он мне не нравится, — прошептал мне на ухо Гаранин.

— Мне тоже, — улыбнулась я.

— А мы можем отсюда сбежать? — спросил он.

— Запросто.

Я подошла к отцу, пошептала ему на ушко, поцеловала в щеку, и мы с Валерой сбежали.

Глава двадцатая

Мы вошли просторное светлое помещение. Везде горел свет. Валерий помог снять мне пальто, повесил его в белый встроенный шкаф. Достал с полки тапочки, присел на корточки, снял с меня туфли.

— Я без тапок, — сказала я.

— Не волнуйтесь, Юленька, — услышала я женский голос, — это совсем новые тапочки. Этот мальчишка приволок сегодня три пары. Какие вам понравятся.

— Юля, познакомься, это Маргарита Петровна, она помогает мне по хозяйству.

— Здравствуйте, — пролепетала я.

— Валера, еда в холодильнике. Я пойду? — спросила с улыбкой Маргарита.

— Да, спасибо, Маргарита Петровна, — завтра мы целый день дома, сами справимся. Уедем в воскресенье после обеда.

— Хорошо, Валера. Если что, позвони. До свидания, Юленька.

Женщина накинула на плечи пальто, сунула ноги в туфли и вышла за дверь.

— Валер, а ничего, что поздно уже? Как женщина одна пойдет? — спросила я.

— У нее дом здесь же на участке. Небольшой однокомнатный со всеми удобствами, — улыбнулся Гаранин, — идем, покажу свою берлогу.

Берлогой это назвать было никак нельзя. Высокий двухэтажный с покатой стеклянной крышей на высоте второго этажа. Я стояла посреди огромного белого холла. Разглядывая через потолок темно-синее звездное небо.

— Справа вход в кухню, слева санузел, — прокомментировал Валерий, беря меня за талию и проводя вперед.

Посреди холла было несколько колонн, которые являлись опорой для второго этажа, слева была лестница с белыми мраморными ступенями. Вторая часть холла первого этажа была освещена по периметру подсвечена красивыми хрустальными светильниками. Два огромных панорамных окна на стене, а между ними большой камин с каминной полкой и старинными тяжелыми часами на них.

Я ошарашено молчала.

— Странно? — спросил Валерий. Мне нравятся свободные пространства и минимализм, но очень люблю классические камины. Не совсем сочетается, но мне нравится.

Я молча кивнула.

— Идем, покажу нашу спальню.

Мы поднялись по удобной лестнице на второй этаж. Большое открытое помещение с такой же стеклянной крышей. Вместо стены второй этаж от первого отгораживала каменная балюстрада.

— И это никак не закрывается? — удивилась я.

— Я живу один. Ночевать никогда никто не остается. Я ценю уединение.

— А как же я?

— Ты — другое дело, — улыбнулся он, обнимая меня сзади за талию и целуя в макушку.

Вдоль дальней стены был большой встроенный шкаф с белыми фасадами, справа большая