Папочкина зависимость - Би Джей Альфа

— Ммм, так хорошо, — задыхается она.

Двигая рукой, я нежно потираю ее клитор, а когда она прижимается ко мне, шлепаю ее по заднице, и она визжит в ответ.

— Ты будешь моей шлюшкой, маленькая девочка. Ты позволишь папочке использовать тебя. Не так ли?

Наше тяжелое дыхание наполняет ванную.

— Да папочка.

— Такая хорошая девочка, — воркую я, наматывая ее мокрые волосы вокруг кулака, как поводья. Я резко дергаю назад, заставляя ее голову резко подняться, а шею вытянуться. Она вздрагивает, и в этот момент я подношу свой член к ее тугой маленькой киске и врезаюсь в нее, наслаждаясь звуком ее потрясенного вздоха, соскальзывающего с губ.

— Правильно, папочка может делать с тобой все, что захочет.

Я отстраняюсь и врезаюсь сильнее, вода выплескивается через край ванны и заливает пол.

— Возьми все, маленькая девочка. Дотягиваясь до кончика члена, я с силой вхожу вперед с каждым толчком, хватая ее за волосы, чтобы заставить ее стоять на месте, не оставляя другого выбора, кроме как принять это.

— Вот и все… — стискиваю я зубы. — Чертовски хорошая девочка.

Она скользит в ванну и пытается опустить голову вниз. Мои яйца пульсируют и сжимаются при мысли о том, чтобы утопить ее.

— Черт возьми, да, — задыхаюсь я.

Растопырив пальцы на ее затылке, пока ее волосы все еще намотаны на мою руку, я склоняюсь над ней, оказывая давление на ее спину. Она прогибается подо мной, пока я насаживаю ее на себя.

— Хорошая шлюшка.

— О Боже!

Я погружаю ее голову под воду, киска сжимается, а тело сопротивляется мне, но я удерживаю ее на месте, все сильнее трахая членом при каждом движении моих бедер.

— Послушная малышка, — шиплю я.

Затем я поднимаю ее голову вверх, дергая за волосы. Она задыхается, выплескивая воду изо рта, делает еще один глубокий вдох, и я позволяю ей это.

— Папочка смывает всю грязь.

Ее киска сжимается от моих слов.

— Еще раз, маленькая девочка.

Я опускаю ее голову под воду, наслаждаясь паникой ее тела, мечущегося вокруг, когда я врезаюсь в нее. Я опускаю руку в воду и провожу под ней, сильно прижимаясь к ее клитору, заставляя киску сжаться. Но я отказываюсь дать ей кончить. Еще нет.

Я останавливаюсь и снова тяну ее на поверхность, чтобы она всплыла.

Ее тяжелые вдохи и удушье заставляют мои яйца сжиматься.

— Папочка, — плачет она.

Я вырываюсь, вонзаясь глубоко в нее.

— Не говори мне, черт возьми, остановиться, — врезаюсь в нее. — Я не остановлюсь.

Я не уверен, кого я пытаюсь убедить больше: ее или себя. Она пытается покачать головой, но я отказываюсь это принимать. Каждый мускул напрягается от напряжения и потребности, защищая меня от надвигающегося оргазма. Я отчаянно борюсь за то, чтобы сдержать его.

— Папочка собирается утопить тебя, маленькая девочка.

Я снова наклоняю ее голову вниз, и во мне нарастает удовольствие от того, как на этот раз она принимает свою судьбу.

— Но не волнуйся, папочка спасет тебя.

Скрежеща зубами, я прикусываю губу, приближаясь к оргазму. Я подтягиваю ее еще раз, чтобы она могла получить воздух, прежде чем так же быстро толкнуть ее обратно под воду. Ее тело напрягается, и мне становится жаль ее, но при этом головка моего члена набухает.

Дернув ее вверх так, что ее спина сильно ударяется о мою грудь, я наказывающе шлепаю ладонью по ее клитору. Она сжимается от удовольствия, и моя челюсть отвисает, расслабляясь, когда наши оргазмы сталкиваются, а наши тела сгорают во взрыве, таком мощном, что мы навсегда останемся в шрамах.

Глава 18

Джейд

Вчера вечером Томми вынес мое изможденное тело из ванны, шепча любящие, нежные слова, завернул меня в пушистое полотенце и уложил в кровать.

Сидя на краю моей постели, он заключил меня в свои объятия и насухо вытер, затем маневрировал, уложив меня на живот, оседлав мою спину и осторожно расчесывая узлы в моих влажных волосах. Затем он нанес крем на следы укусов на моей коже.

Его твердая длина задевала меня при каждом движении, и хотя я бы не возражала, если бы он снова вошел в меня, но я бы не принимала активного участия. Мое тело слишком вымоталось и болело, чтобы выдержать еще хоть один раунд.

Он осыпал меня благодарными поцелуями и говорил:

— Ты такая хорошая девочка для папочки. Теперь ты вся такая милая и чистая, маленькая девочка.

Затем он перекатился на бок, накрывая нас розовым одеялом с оборками, из которого я уже выросла, и обхватил меня в защитном жесте, обездвиживая.

— Спокойной ночи, маленькая девочка, — прошептал он темноту.

Открывая глаза, я направляю взгляд к часам на тумбочке и внутренне стону, когда понимаю, что уже почти полдень, удивляясь, что Томми позволил мне поспать так долго.

Потягиваясь, я морщусь от дискомфорта в теле. На этот раз даже моя кожа головы не осталась невредимой, но я не могу заставить себя отрицать, что мне это не понравилось. Каким бы извращенным, безрассудным и запрещенным это ни было, это все еще напрягло меня такой эйфорией, что действовало на меня как катализатор.

Снизу доносятся злые, повышенные голоса, и я наклоняю голову, чтобы услышать знакомые звуки, стоящие за ними.

Неужели это мистер Марино? Он сказал, что будет отсутствовать шесть недель. Прошло всего несколько дней.

Я поднимаюсь с кровати и вынуждена схватиться за тумбочку, когда у меня кружится голова и ноги грозят подкоситься. Я делаю глубокий вдох и даю себе минуту, чтобы восстановить контроль над своим своенравным телом.

Оглядывая комнату, я нахожу свои леггинсы и футболку, затем надеваю их. Я натягиваю толстовку, чтобы скрыть следы от укусов на коже, а после собираю волосы в небрежный пучок.

С комом в животе и чувством страха я неохотно открываю дверь спальни и спускаюсь вниз.

Томми

Этим утром я оставил Джейд спать. После прошлой ночи ее тело, должно быть, полностью истощилось. Ощущение контроля над ее телом, даже ее оргазмом, было всепоглощающим, и мне не терпится повторить.

Вместо того, чтобы подать завтрак в постель, я решил приготовить ей поздний завтрак. Я сам накрываю стол и понимаю, что для меня это еще один первый раз.

И все ради маленькой девочки, лежащей на пушистых розовых простынях наверху. Мое сердце сжимается при мысли о том, насколько мы зависим друг от друга. Я знаю, что это вредно для здоровья, но отказываюсь это признавать.

Мой телефон вибрирует, и я смотрю на экран, отмечая, что это служба