Измена. Простить или отомстить - Дана Блэк

— Сонь, привет. Прости что сразу не подошла и не поздравила с юбилеем ресторана. А Денис где? — спросила, поцеловав подругу в щеку.

— Денис?

— Сюрприз, наверное, готовит. У вас же в пятницу праздник?

— Да, даже двойной, — изогнула Соня губы в грустной улыбке. — Юбилей ресторана сегодня, а в пятницу… Ах, нет, у Дениса свой праздник, а на наш с ним он плюнул. Ладно, прости, — махнула она рукой. — Спасибо за поздравление, Лиль.

— У тебя что-то случилось?

Соня затравленно посмотрела на меня. Никогда я её не видела в подобном состоянии. Она всегда была в гармонии с самой собой и с остальными. Видимо, семейные проблемы, или еще что-то…

Соня сжала мою ладонь, и вдруг ахнула.

— Давид пришел. Ты посмотри на него! — кивнула она мне за спину.

Глава 32

Мамочки.

Я предупреждена и была готова, но как же он до ресторана доехал?

На месте Давида я бы плюнула на все договоренности и рванула ссадины обрабатывать, а он…

Все уставились на моего мужа. Он, будто по красной дорожке идет, окруженный вспышками и журналистами, улыбаясь разбитыми губами, приблизился ко мне.

— Привет, милая. Извини, что задержался. Сама видишь.

— Что случилось?

— Упал.

— Упал? — поразилась. — На чьи-то кулаки?

— Это всё неважно, Лиля, — Давид глянул по сторонам. Неловко поправил драный пиджак. — Главное — я пообещал. И я здесь.

— Что-нибудь выпьешь? — изогнула бровь.

— Пожалуй. Умоюсь только, ладно?

Проводила мужа рассеянным взглядом. На красноречивые лица знакомых только головой покачала.

Невероятно.

В любой другой день я бы перепугалась и потащила мужа в больницу, охала бы над ним, жалела.

А сейчас внутри какие-то смешанные чувства. От мстительного удовлетворения до желания забрать Давида домой.

Мы только начали.

Не время давать слабину.

Наткнулась на высокую мужскую фигуру, шагнувшую в зал, и невольно улыбнулась. Двинулась навстречу.

Макс в простой черной футболке и брюках, таким я его видела сегодня утром. Похоже, сразу с работы сюда.

Подмышкой он держит большой букет роз.

— Всё-таки приехал? — приблизилась и потрогала его татуированную руку. — Ну как тебе?

— Праздник, как праздник, — усмехнулся он и окинул взглядом зал. — А где хозяйка?

— Соня… — тоже оглянулась. — Не знаю. Уехала, кажется.

— Тогда это тебе, — Макс вручил мне букет. — Самой красивой скрипачке из всех, кого я знаю.

— Много скрипачек знаешь? — хихикнула и прижала к груди цветы.

— Я тоже слушаю музыку, Казанцева, — он усмехнулся. — Куда присядем?

— Пойдем, — повела его к столику.

Нарядная официантка принесла меню. Раскраснелась от комплиментов Макса, пока заказ записывала.

Он лениво откинулся на стуле и в упор посмотрел на меня.

— Ну?

— Что? — смутилась.

— Как с Давидом? — спросил он. И глянул поверх моей головы. В темных глазах мелькнуло удивление. — Да ладно.

Обернулась.

Муж вернулся в зал. Но умывание не помогло, его спасет только живая вода. Скулы распухли, нос тоже, Давид снял рваный пиджак, но и рубашка пострадала. Воротничок оторван и пара пуговиц.

— Кто его так?

— Один справедливый человек, — ответила, не сводя глаз с мужа. К нему подошел Даня, шутливо пихнул в бок.

Стоят и разговаривают.

Давид смотрит на меня.

Не мог он не заметить Макса, Марков бесит его еще с тех времен, когда мы с мужем разводились. Сейчас Максим снова рядом.

— Волнуешься за него? — спросил Макс.

— Что? Нет, — отмахнулась и развернулась к столу. — Заживет.

— До свадьбы?

— До развода.

Встретились взглядами.

От неловкости жарко, уши горят.

Я рада, что Макс пришел. И что мы начали проводить много времени вместе. Улыбнулась и опустила глаза на бокал, который передо мной поставила официантка.

— В пятницу у тебя какие планы? — Макс придвинулся и сложил перед собой руки. — Есть предложение. Друзья на концерт зовут. Пойдешь со мной?

— Что за концерт? — подняла бокал.

— Скрипка, конечно.

Ладошкой спрятала очередную улыбку.

Может, Макс врет, что любит скрипку и хочет меня соблазнить.

Хотя, Давид вот не врал, сразу признался, что от моей игры у него голова побаливает. И я все равно вышла за него замуж.

Обернулась на мужа.

Стоит у стены, в окружении любопытной толпы. Травит какую-то байку, почему он в таком виде сюда заявился.

Смотрит на меня.

— Я тебе не мешаю, Казанцева? — хмыкнул за столиком Макс.

— Прости, — снова повернулась. — Просто…

— Волнуешься за него, — решил Марков и вдруг поднялся. — Ладно, у меня еще дела. На пять минут заскочил. Цветы не забудь в воду поставить, завянут.

— Макс…

— Беги к мужу, Лиля.

Обиделся.

С раздражением оттолкнулась от стола и тоже встала.

Дура я.

Сама пригласила его, и сама же пялюсь на мужа. А ведь Макс говорил, что не будет такое терпеть. Взглядом проводила его крупную фигуру и покачала головой, когда подошла официантка.

— Ничего не надо, унесите, пожалуйста.

— Твой друг быстро ушел, — рядом вырос Давид. Подхватил цветы со стола. — Какой букет, любимая, — муж обнял меня за талию и прижал к себе. — А я так торопился. Что даже цветы забыл. Поедем домой? Я бы не отказался прилечь.

— Поехали, — буркнула.

Что-то не то со мной творится.

— Кто тебя побил, дорогой? — спросила, когда Давид открыл для меня машину. — Нужно заявить на этого мерзавца в полицию.

— Я решил его простить, — великодушно заявил муж. — Все оступаются. Испортить жизнь человеку легко. Но простить — важнее, — сказал он философски и сел за руль.

— Как же ты в таком виде на работу пойдешь?

— Возьму небольшой отпуск. Я же хозяин клиники, могу себе позволить. Зато будем больше времени проводить с тобой. Сходим куда-нибудь.

— В театр, — поддакнула. Представила эту картинку и хрюкнула в воротник пальто.

Муж с изумлением глянул на меня.

— Кажется, тебе смешно, любимая?

— Кажется.

Оставшуюся дорогу до дома Давид молчал и хмурился. Заволновалась, что он подозревает меня, но отмахнулась от этих мыслей.

Ему и в голову не придет.

Поверил, что Ника замужем.

Едва мы зашли в квартиру — под ноги мне бросился щенок. Он так отчаянно заскулил, что я тут схватила его на руки.

— Ты чего, маленький? Испугался, что мы тебя тут одного бросили? — зажмурилась и подставила лицо под шершавый язычок.

— Подумала, как назовем? — Давид оттаял. И ревниво заметил. — А ты ему больше нравишься.

Он улыбнулся. И тут же поморщился, потрогал пальцем разбитую губу.

— Назовем Давушка, — поставила щенка на пол и сбросила пальто.

— Это как меня? У меня собачье имя?

— Ага. Кобелинное.

— Лиля! — Давид стянул через голову испачканную кровью рубашку. — Ты