Волчья кровь - Екатерина Богушева

Есть такое поверье, что на берегу океана человек становится другим. Говорят, это влияние океана, его красок, настроения, всего проявления постоянно меняющейся и обновляющейся жизни. Он шумит, движется, переливается на глазах, притягивает Любуясь им, понимаешь, что океан — это всегда тайна, наполненная шумом, ревом, валом разыгравшихся на его просторе набегающих и удаляющихся волн. Они играют с ветром, солнцем, каплями дождя, камушками на берегу, рыбами, всем, что создано Богом на небе и на земле

Солнце поднималось все выше и выше, оглядывая с высоты небес землю и ее окружение. Океан отчего-то мрачнел, словно ревнуя гуляющее по небу светило, и его бескрайняя водяная гладь покрылась волнами. Ноги просачивались утопая в мокром песке. Я медленно бродила по берегу вдоль океана, волны которого накатывали на песок, бились о скалы и разбивались в дребезги, прямо как моё разбитое сердце, как душа, которую у меня нагло отобрали. Я не хотела жалости других, поэтому и согласилась улететь.

Уехать туда, где не нужно будет ни перед кем оправдываться, туда, где никто не пожалеет, не приласкает и не почувствует. Я хотела этого, мне это нужно было. Полное одиночество и абсолютный уход в себя, это как побег от реальности вчерашнего вечера в манящую неизвестность завтрашнего дня… Мне уже не было больно, увы, я не чувствовала ни-че-го и это было даже ещё хуже, чем если бы меня пробило на слёзы, истерику или какой-то другой способ выпустить эмоции. А может. Я огляделась — ни души на милю

Не понимая, что делаю, я остановилась и….громко закричала. Так громко, что чайки, что сидели на каменном валуне стоящим посреди океана встрепенулись и не дожидаясь улова, взлетели вверх в небеса, теряясь в моём собственном крике… Кажется, слёзы только что хлынули из глаз, а голос уже начинал хрипеть, но я продолжала свою психотерапию.

Накричавшись всласть, я рухнула на колени, прямо посреди океана, в мокрый песок. Волны накатывая ударялись о меня, словно забирая остатки моей боли и унося её с собой далеко-далеко в океан….

Когда я вернулась в отель, было уже поздно, за окнами стемнело. Взяв у администратора ключ, я направилась к лифту, вошла в кабину и поехала…. Вышла на нужном мне этаже, подошла к двери, открыла её ключ-картой и наконец оказалась в своём номере. Скинула с плеч тонкую чёрную накидку и та осталась на полу, сама прошла в ванную и повернув кран, спустила воду, оголившись стала под прохладные, освежающие струи.

Смыв с себя песок и солёную, морскую воду аккуратно вышла из кабинки и утерлась мохровым полотенцем, переоделась в тонкий белый топик и того же плана светлые, пижамные, свободные брюки. Взяла в руки любимую книгу и села в кресло, решив почитать перед сном.

Замок Броуди. Это первый роман Арчибальда Кронина, который принес ему признание. Драма семьи Джеймса Броуди, работающего шляпным мастером. Будучи настоящим тираном, он превратил жизнь своих родных в настоящий кошмар. Старшая дочь и сын покидают отчий дом ради своего спасения. А вот жена Броуди, смирившись с деспотизмом мужа, остается с ним вместе с малышкой Несси… Вот как раз о жизни несчастной Несси и ведётся повествование моего любимого рассказа. Столько боли, столько злобы, и предательства…

Кажется, я попала в ситуацию очень напоминающую жизнь несчастной малышки Несси и её бедной матери, отец и муж которых не жалея их планомерно ради своих интересов, день за днём, превращал их жизни в ад…

Зачитавшись столь напряжённой драмой, я даже не заметила, как заснула…прямо в кресле, в ужасно не удобной позе. Не надо быть гением, чтобы сообразить, по пробуждении, когда я перевернулась на бок — конечно же должна была упасть с кресла, да и перевернуться у меня навряд ли получилось бы. Но, как оказалось, я спала на мягкой, двуспальной кровати. Вопрос. Как я могла оказаться в постели, если заснула в кресле? Да ещё и укрыта лёгким, тонким пледом… Вскочив, я присела, испуганно оглядевшись

Нет, в номере я была одна, никого постороннего не заметила. А потом, в глаза бросился цветок… Одна белая роза лежала на подушке, а под ней розовый листок. Поднеся к лицу розу, я с наслаждением ощутила её нежный, сладкий аромат, прочитала записку…

"Ты так сладко спала, подобно этой розе, чей аромат сводит меня с ума. Но у тебя как и у каждой дивной розы есть острые шипы, я не хочу пораниться. Не стал тебя будить, просто приходил на тебя посмотреть, отдыхай, скоро мы встретимся. Гедон."

Чёрт!!! Какого….вот же, он и здесь меня нашёл! Решив, не терять ни минуты, я кинулась к шкафчику, собирать вещи. Пора валить отсюда, пока он не заявился прямо сюда. Покидав вещи кое как в дорожную сумку, я быстро выбежала из номера, и помчалась к лифту. Нажала кнопку вызова, двери распахнулись, и я забежала в кабину. Нажала на первый этаж, двери начали медленно закрываться и тут…. Чья-то нога помешала дверям закрыться. А вскоре и весь широкий, мощный торс протиснулся в кабину

Двери пафосно так закрылись и…я увидела его. Нависшего надо мной подобно грозовой тучи. Взгляд голодного хищника. Глаза горят праведным гневом, а голос подобен сошедшей с горы лавине, пытается подмять под себя…

— Сбегаем?

Я замотала головой

— Вышла погулять…

— А, ну да… погулять… Хорошо

Задумчиво произнес мужчина. Двери со звоном разъехались в разные стороны и Гедон первым вышел из лифта, подавая мне руку

— Пошли, погуляем? Вместе

22

Волны монотонно бились о берег, донося брызги до моего тела. Я стояла, не отводя глаз с ночного неба. Дул лёгкий прохладный ветер, который, покачивая ветки кустов и деревьев, нарушал тишину ночи. Минут через пять я сменила положение, присев на корточки. Ветер трепал мне волосы, освежал лицо. Я закрыла глаза. Шум ветра и качающихся веток стал уже привычен. Бархатом по коже скользнул его голос, а воздух наполнился пряностью его мягкого дыхания, которое щекотало мою шею. Гедон опустился рядом.

— Почему ты считаешь, что этот подонок стоит твоих слёз?

Медленно открывая глаза, тихо прошептала

— Почему ты считаешь, что можешь вмешиваться в чужую жизнь?

Гедон аккуратно коснулся рукой моей ладони

— Потому что ты мне не безразлична

Его бархатный сопрано потонул в мареве солёных брызг. Я убрала свою руку и с вызовом на него посмотрела, понимая, что не переношу этого человека ни в каком месте и не при каких-либо обязательствах, грозно прошипела:

— А ты мне безразличен. Абсолютно. Ты