Дамир. Любой ценой - Юлия Бонд

Гудки. Один, два, три, четыре.

Отвечает, на заднем фоне слышится какой-то гул:

– Да?!

–  Я извиняюсь за поздний звонок, – захожу издалека.

– Дин, что случилось? Что-то срочное? Просто я занят.

– Нет. Совсем нет. Хотела предложить свою помощь, если нужно, – грустно вздыхаю.

– Ты в курсе? – отзывается Давид.

– Немного. Знаю, что Анита в больнице. Больше ничего.

– Двадцать минут. Успеешь?

– Что?

– Я буду у тебя через двадцать минут. Собирайся!

Давид завершает вызов, не прощаясь. Я, как ненормальная, ношусь по всему дому. Переодеваюсь, завязываю волосы в тугой хвост, даже успеваю почистить зубы зачем-то.

Раздается трель телефона. Отвечаю на звонок.

– Под подъездом через пять минут, – коротко сообщает и снова не прощается.

Выхожу из квартиры раньше, чем планировала. Стою возле подъезда, выглядывая мерседес. Из-за угла показываются огоньки. Приближаются с каждой секундой.

Наконец-то машина останавливается. Иду к ней. Открываю дверь с пассажирской стороны и плюхаюсь на сиденье. Поворачиваю голову в сторону Давида. Смотрю на него долго, пронзительно. Бледный весь, замученный. Выглядит уставшим, обессиленным.

Я тянусь к его руке. Провожу извилистую линию снизу вверх, но...

Давид резко поддаётся вперёд. Заключает меня в объятия. Прижимает к своей груди. Крепко-крепко. Зарывается лицом на моём плече, шепчет:

– Спасибо, что ты у меня есть.

Его голос звучит грустно, отчего в моей душе надрываются струны.

Обнимаю его. Прикасаюсь губами к шее, покрывая лёгкими поцелуями:

– Всё будет хорошо. Слышишь?

– Да, – отзывается хриплым голосом.

Глажу его спину. Скольжу между лопаток. Вверх. Вниз. Не считаю секунды, минуты. Сейчас ему это нужно, а значит, я не остановлюсь.

– Ей только двадцать лет, – грустно вздыхает. – Как не убить его, а, Дин?

– Не убьёшь. Оно тебе не надо.

– Это будет трудно.

Давид отстраняется. Обхватывает ладонями овал моего лица, гладит скулы:

– Что в нём такого, а? Чем цепляет этот придурок, что ради него готовы наложить на себя руки?!

Вздрагиваю. Внутри отзываются импульсы. В подкорке всплывают никогда незабытые картинки. Три года назад я тоже хотела покончить с собой. Любила до одури, до сумасшествия, но сейчас…

Прошло.

Переболело.

Выздоровела и больше им не болею!

– Любовь зла – полюбишь и козла, – ухмыляюсь. – Всё пройдёт. Вот увидишь.

– Спасибо, – Давид шепчет на ухо, покрывает поцелуем мой висок.

– За что?

– За то, что ты рядом. Для меня это очень важно.