Свидание напоказ - Барбара Уоллес

Так было до тех пор, пока плеча Дария не коснулась знакомая мужская рука.

– Позвольте? – произнес Армандо. Он смотрел на Розу.

Роза почувствовала, как Дарий крепче прижимает ее к себе, пытаясь защитить.

– Все в порядке, – сказала она ему. На самом деле она, вероятно, совершала ошибку, но желание оказаться в объятиях Армандо было непреодолимым.

– Вы двое, кажется, наслаждаетесь друг другом, – заметил Армандо, обнимая ее в танце. – Прости, что помешал вам. – Роза ощетинилась в ответ на его плохо скрываемую ревность. Почему он решил, будто имеет на нее какие-то права?

– Разве на свадьбе не принято веселиться? – спросила она.

– Я имел в виду другое, – ответил он. Он повел ее в дальний угол танцпола. – Нет. Я имел в виду именно это. Мне ненавистно видеть, как он тебя обнимает.

– Правда? А я с восторгом наблюдаю за тобой с Моной.

Он поморщился в ответ на ее язвительное замечание:

– Верно. Я не имею права ничего от тебя требовать, прости.

– Я тоже, – произнесла Роза. Возможно, это последние минуты, когда Армандо держит ее в своих руках, и она не желает тратить их на ссору. Просто она по-прежнему очень хорошо помнит события прошлой ночи, и воспоминания заставляют ее грубить Армандо. Она жаждала, чтобы он крепче прижал ее к себе. Она положила бы голову ему на плечо и притворилась, будто остального мира не существует.

Мелодия закончилась. Роза попыталась отойти от Армандо в сторону, но он крепче сжал ее талию.

– Еще один танец, – потребовал он. – Мне надо кое-что тебе сказать.

– Армандо?… – Он собирался говорить о Моне и обязательствах, о которых она хотела забыть.

– Пожалуйста, Роза, – попросил он.

У нее нет ни единого шанса ему отказать. Выдохнув, она расслабилась в его руках.

– Ты знаешь, что я ни в чем не могу тебе отказать.

– Я знаю, – ответил он.

Говоря, он обвел взглядом контур ее щеки, словно лаская. Роза затрепетала.

Казалось, они танцевали в молчании целую вечность. И наконец, когда Роза была готова что-то сказать, Армандо заговорил.

– Знаешь, что я делал прошлой ночью? – спросил он.

Она покачала головой.

– Я не мог уснуть, поэтому считал огоньки свечей, которые видны в окне моей спальни. Я насчитал семьсот четырнадцать. Только в одной стороне. А в целой стране их гораздо больше.

– О, Армандо. – Она не понимала, что происходит.

– Я ни разу с такой ненавистью не смотрел на эти свечи, – произнес он, глядя мимо нее.

– Ты не можешь их ненавидеть, – ответила она. – Ты их любишь.

Армандо вздохнул:

– Ты права. Хотя я желаю их возненавидеть. Жаль, что я не могу сделать так, чтобы мне было на них наплевать.

Он посмотрел на Розу, и она снова увидела в его глазах привычную меланхолию.

– Но я за них в ответе, – сказал он. – Я не могу о них не думать.

– Я рада. – Да, отчасти она не хотела, чтобы он так сильно заботился о благополучии людей, но Армандо преданно любил свой народ.

– Мона хочет улучшить медицинское обслуживание. Она собирается заняться этим, когда мы поженимся. Улучшение медицинской помощи в обеих странах. Мне придется заботиться еще о тысячах свечей…

Роза чувствовала, какая ответственность на него навалилась. Внезапно она все поняла. Армандо загнали в угол. Если он выберет долг и обязанности, то спасет жизни людей. Если он сделает выбор в свою пользу, то подведет две страны. Она перестала на него злиться.

– Ты правильно поступаешь, – сказала она. Он всегда поступал правильно. Ответственный юноша очень опекал свою младшую сестру. – Коринтии и Елгиерии повезло, что у них будет такой лидер, как ты.

– Может быть. – Он не выглядел убежденным. Он печально на нее посмотрел. – Я не имел права целовать тебя, Роза. Это было неправильно.

– Не надо так говорить.

– Но это правда. Я знал о своих обязательствах, но повел себя как законченный эгоист. Я уступил своим желаниям. Кто знает, что случилось бы, если бы Витторио нас не прервал?

Они оба знали, что произошло бы.

– Я ничем не отличаюсь от Фредо, – произнес он.

В ненависти к самому себе он зашел слишком далеко. Сбившись с ритма, она прижала пальцы к его губам, заставляя замолчать.

– Ты не похож на Фредо, – заметила она.

Армандо улыбнулся и поцеловал кончики ее пальцев:

– Нет? Правда? Ты достойна лучшего.

Вот только для Розы лучше Армандо не будет никого. Она никого не сможет полюбить так, как его.

– Если ты не заметил, мы целовались оба. Мы оба проигнорировали здравый смысл.

Армандо покачал головой:

– Дорогая, милая Роза, ты по-прежнему не считаешь себя жертвой.

– Потому что я не жертва. – Не в этот раз. – Прошлой ночью всего за пять минут ты заставил меня почувствовать себя особенной. Я никогда не испытывала таких ощущений. Ради них я была готова потерять голову.

– Если бы я мог, я бы ежесекундно дарил тебе невероятное наслаждение. Меньшего ты не заслуживаешь, помни об этом.

– Ты тоже, – ответила она.

Он грустно улыбнулся:

– По-видимому, заслуживаю.

Мелодия закончилась. Они перестали танцевать, но стояли, обнимаясь. Объятие слишком походило на то, каким они обменялись прошлой ночью. Когда взгляд Армандо упал на ее губы, она с трудом сохранила самообладание.

– Я люблю тебя, Роза, – сказал он. – Жаль, что я поздно это понял.

Он отстранился от Розы, и она вздрогнула. Она не верила своим ушам. Он сказал, что любит ее?

Послышался звон ложки о хрустальный бокал. Король Карлос вышел в центр зала.

– Дамы и господа, я прошу вашего внимания!

В зале мгновенно наступила тишина.

– Арианна попросила меня воздержаться от официальных тостов и речей во время вчерашнего ужина. Пока я управляю Коринтией, моя дочь управляет мной. – Гости приглушенно засмеялись. Роза украдкой взглянула на Армандо и увидела, что он не улыбается. – Тем не менее я не могу не сказать несколько слов в конце вечера, но не как король, а как отец.

Улыбка короля смягчилась.

– Наша семья переживала горе последние несколько лет. Моя жена. Принцесса Кристина.

Услышав имя сестры, Роза опустила глаза.

– Но теперь, когда я смотрю на лица в этом зале и вижу улыбку своей дочери, в моей душе просыпается надежда. Я надеюсь на новые начинания. Я надеюсь на рождение следующего поколения Санторо. Я очень горжусь своими детьми. И я горжусь своим новым сыном, Максвеллом. Я надеюсь также, что в ближайшее время у меня появится еще одна дочь.