Четырехлистный клевер - Лана Паркхилл

Противно звякнул дверной колокольчик. Сузан вздрогнула – после бессонной ночи она слишком нервно реагировала на резкие звуки. За окном лил и лил бесконечный дождь, бил в стекла.

В довершение всех бед заболела Джинни. Она почти не спала ночью, и Сузан пришлось бодрствовать вместе с ней. Временами девочка хныкала, заходилась в кашле. Малышка заболела еще вчера, но тогда это выглядело как легкое недомогание, и Сузан уговорила бабушку и Дэвида не отменять путешествия. Они так долго его планировали, а у Джинни наверняка просто легкая простуда, уверила их Сузан. Поэтому вчера около полудня счастливая чета отбыла на своей машине, а мать Джинни осталась одна в пустом доме. Все бы ничего, одиночества она не боялась, но наутро ребенку стало намного хуже.

Звонок прозвучал как раз в тот миг, когда Сузан старалась влить малышке в рот немного сиропа солодки, чтобы облегчить кашель.

– Да? – спросила она слегка растерянно, открывая дверь, и тут же попыталась ее захлопнуть, потому что увидела, кто стоит на пороге.

Это был Ричард – бледный, с синими тенями под глазами. Похоже, этой ночью он тоже не спал. С волос его стекала дождевая вода.

– Я хочу видеть Джинни, – сказал он бесцветным голосом, хватаясь за дверную ручку с другой стороны и не давая Сузан закрыть дверь.

– Ты пришел не вовремя. – Ответ прозвучал устало и безразлично. – Я собиралась…

Но закончить она не успела. Из детской донесся тоненький детский плач, прерванный сухим кашлем. Сузан развернулась и бросилась к Джинни, склонилась над ней… И только тут осознала, что Ричард стоит рядом.

Он коснулся широкой ладонью детского лобика. Лицо малышки было красным от жара.

– Сью, да она вся горит! – Ричард обернулся, и в серых глазах его мелькнуло что-то вроде паники. – Давно она болеет? Ты вызвала врача?

– Ну, это началось вчера вечером… – Голос Сузан был еле слышен.

Она так устала, что даже не имела сил выставить Ричарда из дому. Взяв дочь на руки, она прикоснулась губами к ее горячему лобику. Похоже, это была не простуда… По меньшей мере грипп. Кажется, температура росла прямо на глазах.

– Так ты звонила врачу?

– Я как раз собиралась…

Но опять Сузан не успела договорить. Ричард уже выбежал из комнаты, и через несколько секунд она услышала из гостиной его голос, говорящий по телефону. Потом он вернулся, опустился на стул.

– Доктор Оруэлл будет минут через пятнадцать. Он выезжает.

– Ты говорил с самим доктором Оруэллом? – изумилась Сузан, вспомнив, как трудно было даже записаться к тому на прием.

– Если надо, я и не на такое способен, – усмехнулся Ричард. – Слушай, дай-ка я подержу Джинни. Она ведь тяжелая.

– Нет! – Сузан инстинктивно отступила на шаг. – Не трогай ее!

– Ну тогда хотя бы присядь.

Он схватил ее за плечи и почти силой усадил в кресло. Теперь Джинни лежала у нее на коленях, хрипло дыша, закрыв глазки. Ричард смотрел на дочь, закусив губу, и лицо его было бледно.

– Ты что, тут одна? А где Пат и Дейви?

– Уехали… Я их уговорила. Бабушка так давно планировала это путешествие…

– Поступок вполне в твоем духе! Никогда не думаешь о последствиях своего дурацкого альтруизма, – процедил Ричард сквозь зубы. – А что бы ты делала, если бы срочно понадобилась помощь?

– Придумала бы что-нибудь. Позвонила бы знакомым… В конце концов, тебе-то какое дело до меня и до моей дочери?

– Но это и моя дочь тоже, – очень тихо произнес Ричард.

– Биологически, и не более того.

Сузан уже не боялась ранить его чувства. У нее так и стояло перед глазами, как этот человек поворачивается спиной и уходит, оставляя ее с ребенком на руках… Зачем щадить того, кто тебя не жалеет?

– Я, конечно, зачала Джинни от тебя. Но чтобы стать отцом, этого недостаточно. Отец – человек, который готов помочь, который всегда рядом…

– А ты дала мне шанс? – вскричал Ричард, сжимая кулаки. – Ты хотя бы сообщила мне, что забеременела?

Сузан, ошеломленная его натиском, не сразу нашлась с ответом.

– Хочешь сказать, что… Но я боялась… Я думала…

Она почувствовала, что глаза ее стремительно наполняются слезами. А вот этого категорически нельзя было делать – показывать свою слабость!

– О Господи, Сью, – простонал Ричард, будто раненный в сердце. – Неужели ты полагала, что именно этого я и добивался?

Сузан смотрела в его серые глаза и читала в них правдивый ответ – боязнь потерять Джинни… и боль.

Почему же она тогда считала, что этот человек ненавидит детей? Не хочет иметь ребенка? Неужели она могла так ошибиться?

Мертвую тишину прервал трезвон дверного колокольчика.

– Доктор… – прошептала Сузан, словно пробуждаясь ото сна и делая движение к двери.

Но Ричард не дал ей подняться.

– Сначала ответь мне: ты дашь мне шанс? Да или нет?

Сердце Сузан болезненно сжалось. Она переживала мучительную борьбу с собой. Наверное, Ричарда вообще нельзя было пускать на порог, позволять ему касаться ребенка… Но теперь она просто не могла отказать ему в такой простой и естественной просьбе. В конце концов Сузан видела, как он смотрит на дочь – с неутоленной тоской и с безграничной нежностью. Как зачарованная, глядя ему в лицо, она кивнула.