Мужчина ее мечты - Барбара Картленд

– Потанцуйте со мной, – прошептал он. – Я не могу танцевать с вами у всех на виду. Я бы прижимал вас к себе слишком сильно, и слишком многое сделалось бы явным. Если нас увидят вместе, все поймут, что вы моя любовь, свет моей жизни.

– А я бы хотела, чтобы все узнали, как мы любим друг друга, – выдохнула Рона. – Я бы хотела кричать об этом на весь белый свет.

– Когда-нибудь мы сделаем это. Но не сейчас. Сперва мне нужно закончить работу. Когда я исполню свой долг, мы будем свободны. Но пока… потанцуйте со мной, любимая.

Музыка окутывала их, сладкая, томительная, непреодолимо соблазнительная. Он заключил ее в объятия и начал двигаться под звуки вальса. Рона закрыла глаза и полностью отдалась ему, следуя его воле и зная только, что принадлежит ему и будет принадлежать, пока существует этот мир.

Наконец музыка стихла. Арлекин снова обхватил ее лицо ладонями и посмотрел ищущим взглядом.

– У вас на щеках слезы, – сказал он. – Позвольте, я соберу их.

Жадными, ласкающими губами он принялся целовать ее щеки, веки, рот.

А потом Рона вдруг осталась одна. Когда она открыла глаза, Арлекина рядом не было.

* * *

– А, мисс Джонсон, вот вы где! А я вас ищу.

– Простите, Алиса. Я вышла подышать свежим воздухом.

Рона поняла, что пропадала слишком долго.

После того как Арлекин покинул ее, она не могла вернуться в бальный зал сразу, поэтому вышла в галерею и побродила немного в тени, пока не почувствовала, что успокоилась. Теперь же она поняла, что отсутствовала больше часа.

Алисе не терпелось поделиться новостями.

– Дядя Питер приехал. Правда, чудесно? Я знала, что он меня не забудет. Ему можно доверять, не так ли?

– Да, – улыбнулась Рона. – Он заслуживает доверия.

После короткой встречи с Арлекином ее переполняло счастье. Она чувствовала, что теперь ей ничего не страшно.

И все же когда Рона вернулась в зал и увидела Питера, танцующего с графиней, ее сердце сжалось. Эмилия была в темно-вишневом бархатном платье и откровенно выставляла его, а заодно и себя, напоказ. Пока они танцевали, она томно заглядывала Питеру в глаза, многозначительно улыбалась и что-то говорила. Он смеялся, и она продолжала говорить, опасно приближая свои губы к его губам.

Был ли он мужчиной из той комнаты? Мужчиной, который заплатил за ее платье, чтобы потом его снять?

Но таких вопросов Роне нельзя было задавать. Она обещала верить ему и не оступится на первом же испытании.

Подняв голову, она заставила себя улыбнуться.

– Мисс Джонсон! Наконец-то.

Рона повернулась и увидела графа Лансинга в великолепном вечернем костюме.

– Простите, сэр, я…

– Моя дорогая, я не требую объяснений. Просто после вашего исчезновения среди молодых людей начался переполох. Наверняка они сейчас ринутся к вам, так что мне, пожалуй, стоит поспешить пригласить вас на танец.

Улыбаясь, Рона шагнула к нему, и они стали вальсировать по залу.

– Вы так спокойны, – заметил он. – Пожалуй, вы поступили правильно, отвергнув мое предложение.

– Да.

– Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что вы по-прежнему затмеваете всех женщин в этом зале?

– Не обижусь, сэр, но это неправда. Да и не пристало вам так разговаривать с гувернанткой.

– Простите меня, – сказал граф Лансинг. – Вы правы, джентльмен не должен… Вы находитесь в невыгодном положении, и мне не стоило… Приношу свои извинения.

Трудно было поверить, что этот застенчивый, неуверенный в себе человек – граф. Под внешним лоском скрывалась порядочность, доброта и удивительная скромность. Никто из знакомых не нравился Роне больше, чем он.

Она сказала что-то, чтобы успокоить его, и граф улыбнулся ей так, словно солнце вышло из-за тучи. После этого ему хватило уверенности в себе пригласить ее еще на один танец.

Головокружительный вечер продолжался. Рона танцевала, смеялась, болтала. Один раз она даже заговорила с Питером. Он галантно поклонился ей, спросил, нравится ли ей бал, но танцевать не пригласил.

Трудно было поверить, что короткая встреча с Арлекином ей не причудилась, а действительно имела место.

* * *

На следующее утро все встали поздно, и день прошел в неторопливых прогулках и обсуждении успехов вчерашнего вечера.

– Я запомню этот бал на всю жизнь, – мечтательно вздохнула Алиса, когда дамы сели завтракать. – Там было так много красивых молодых людей, которым хотелось потанцевать со мной.

– Неудивительно, – сказала Рона. – И отныне их будет все больше. Вы станете царицей любого бала.

Глаза Алисы округлились, и она произнесла недоверчиво:

– Вы правда думаете, что со мной это случится?

– Разумеется, – ответила Рона. – Но вам нужно быть осторожной, потому что вы еще очень молоды и должны научиться выбирать. Когда мужчина станет добиваться вашего расположения, вам придется решать, нужны ли ему вы или деньги вашего отца-графа. И тогда однажды, когда вы, возможно, будете меньше всего этого ожидать, вы встретите мужчину, который полюбит вас за то, что вы – это вы. Он станет боготворить вас, потому что вы – та женщина, которую он искал всю свою жизнь.

– Ах, побыстрее бы это произошло! – вздохнула Алиса.

– Для начала вам нужно поработать над собой. Я думаю, вы уже поняли, что знание языков помогает понимать не только то, что говорят люди, но и что они думают и чувствуют. Иногда это не одно и то же. Человек может сделать вид, будто любит вас всем сердцем, а сам втайне будет искать выгоду.

– Как это верно, – неожиданно раздался чей-то голос, и Рона и Алиса оглянулись.

– Прошу прощения за то, что подслушал ваш разговор, – произнес граф Лансинг, выходя вперед. – Но я полностью разделяю вашу точку зрения и поэтому решил присоединиться к вам. Есть люди, которые за словами о любви скрывают черные мысли. Но есть и другие, которые думают о любви, но не смеют говорить о ней. Они распространяются о скучных, будничных вещах, потому что просто не знают, как рассказать о том, что творится у них в душе. Вот почему понять истинный смысл услышанных слов на родном языке бывает так же трудно, как и на иностранном.

– Но ведь только женщины скрывают свои чувства, правда? – спросила Алиса. – Женщина не может сказать мужчине, что любит его, а мужчина может сказать ей об этом.

– Такова традиция, – согласился ее отец. – Но представь, что бедняга застенчив и не умеет красиво говорить или же считает, что может скомпрометировать женщину и поэтому должен вести себя с ней очень осторожно.

Но юной девушке, которая только что пережила свой первый успех в высшем обществе, было не до тонкостей. Помолчав немного, она спросила Рону: