Со всей дури! - Екатерина Вильмонт

– Боже мой, Ладошка, что ты такое говоришь!

– Кстати, мама, помочь ей сможешь ты.

– Каким образом?

– Ты к этой истории с Пашкиной женитьбой отношения не имеешь, Ксюха тебя обожает, ей явно сейчас хреново, она чувствует себя одинокой и непонятой, а ты могла бы попытаться вызвать ее на откровенность. Посочувствовать ей, пожалеть… Может, с профессиональной точки зрения это не очень правильно, но с общечеловеческой вполне может сработать. Кстати, дам тебе один совет, чтобы подобраться к ней, попробуй наехать на меня. Не сообщать радостно, что Ладошка выходит замуж за красавца генерала, а поделиться со старшей дочерью своими опасениями по поводу неосмотрительности младшей…

– Ладошка, ты с ума сошла!

– Я-то нет, а вот Ксюха… И потом, это будет как бы интродукция, повод для задушевной беседы. Она сейчас зациклена на себе и своих горестях, и твои волнения по моему поводу могут показаться ей недостойными ее великой печали. Ксюха вообще склонна жалеть себя, а тут… Короче, я разрешаю тебе ругать меня вместе с ней как угодно! Лишь бы привести ее в чувство!

– Ну, мне это не слишком нравится, но, похоже, это и впрямь выход. Но я должна собраться с духом.

Восьмого марта, когда мы с мамой завтракали, раздался звонок домофона.

– А это не твой генерал?

– Без звонка? Вряд ли!

Я крикнула в трубку домофона:

– Кто?

– Мне нужна госпожа Гудилина, Лада Владимировна!

– Это я! А вы кто?

– Мне приказано доставить вам подарки!

Я нажала на кнопку. Приказано? Значит, это от генерала! Я даже подпрыгнула от радости. И выбежала на площадку. Подъехал лифт. Оттуда вышел молодой человек в военной форме. Он держал в руках какие-то пакеты и длинную коробку.

– Вы Лада Владимировна?

– Да. А вы от генерала Столетова?

– Так точно!

– А генерал когда возвращается?

– Не могу знать!

– Ладно! Спасибо вам большое!

– Разрешите идти?

– Разрешаю!

Я забрала у него подарки и помчалась в квартиру.

– Ладошка, кто это был?

– Мама! Этой мой генерал прислал подарки к Восьмому марта! Иди скорее, будем потрошить!

Мама тут же примчалась.

– Ой! Что это? Ну, в коробке, скорее всего, цветы. Открывай!

В коробке действительно лежали изумительные светло-красные розы. Крупные, свежие.

– Ох, красота! – воскликнула мама. – А в пакетах что?

– Даже не глядя скажу! – заявила я.

– Ну?

– В одном конфеты, а в другом шампанское!

– Нормальный набор, – засмеялась мама. – Но с одним пакетом ты ошиблась. Тут не шампанское, а «Бейлис»! А тут и впрямь конфеты. Ты ему говорила, что я обожаю «Бейлис»?

– Да вроде нет… А может, и говорила. Мам, давай по рюмашке «Бейлиса» за здоровье моего генерала!

– А лед у нас есть?

– Вроде был.

– Ты прежде всего напишешь своему генералу, что подарки получила и мы обе пьем «Бейлис» за его здоровье! Немедленно!

Я так и сделала.

Однако мое сообщение зависло.

– Не проходит, – сказала я маме.

– Наверное, он в самолете. Но как бы там ни было, а это очень мило с его стороны.

– Ага! Мам, а принес молоденький парнишка в военной форме, краснел, бледнел, говорил все эти «так точно!», «не могу знать!». Так забавно!

– Наверное, адъютант его превосходительства. У него есть адъютант?

– Понятия не имею.

– Ну, должен быть… У меня была ученица, дочь генерала, и там точно был адъютант.

– Значит, говоришь, его превосходительство? Ну надо же! Кто бы мог подумать, – счастливо засмеялась я.

Опять зазвонил домофон.

– Кто?

– Лада Владимировна, извините, я забыл отдать вам конверт!

– Поднимайтесь! Там еще какой-то конверт!

Я почему-то встревожилась.

Выскочила на площадку. Молодой человек, весь пунцовый от смущения, сунул мне в руки конверт и отдал честь.

– Ладошка, что там?

Я открыла конверт, там лежала бумага, отпечатанная на компьютере.

– «Госпожа Гудилина! Вас просят десятого марта сего года прибыть к десяти тридцати по адресу… Форма одежды парадная! Генерал-майор Столетов».

– И что ж это значит, мама?

– Дитя компьютеров, проверь, что находится по этому адресу, хотя я, кажется, и так знаю.

– И что?

– Элементарно! ЗАГС!

– Погоди, я проверю! Черт, и вправду ЗАГС! Дикая идея!

– Да почему? Очень красиво и романтично. Скорее всего, он прилетит ночью или рано утром, как раз успеет к этому часу. Он же занятой человек. Подадите заявление, и он помчится на свою службу.

– Но почему форма одежды парадная? Зачем подавать заявление в парадной форме?

– А в самом деле? Нет, Ладка, тут что-то другое!

– Что?

– Я полагаю, что вас прямо там сразу и распишут.

– Ой!

– Что? Испугалась?

– Нет! Просто мне в голову не пришло! А вообще очень похоже на него… Отдал приказ, добавил для непонятливых «это не обсуждается», и все!

– Чему ты радуешься, чудачка? – смеялась мама.

– Мам, а ты считаешь, он сперва должен был просить моей руки у тебя?

– Что за чепуха! Вы более чем взрослые люди. Знаешь, я думаю, он боится…

– Что ты его не одобришь и станешь меня отговаривать?

– Может быть.

– Мам, а давай ты десятого пойдешь со мной.

– Господи помилуй! Зачем?

– Ну… Как без мамы в такой день…

– Нет! Это абсурд! Вот после ЗАГСа, пожалуй, вам надо бы приехать сюда. Ой, я же не смогу, у меня занятия. Тогда вечером.

– Ох, мама, я подозреваю, что предстоит какое-нибудь свадебное путешествие…

– А тебя и спросить не надо?

– Не надо! Мне все равно куда, лишь бы с ним, мамочка!

– Так влюбилась?

– Нет. Так полюбила. И знаешь, мне его иной раз даже жалко бывает… Он ужасающе одинокий человек. Не доверяет женщинам. Боится быть откровенным. Он очень ранимый, настрадавшийся в жизни. Невероятно честный…

– Ладка! Ты тут нарисовала портрет просто идеального героя. Так не бывает. А недостатки у него есть?