Тайный брак - Вирджиния Хенли

Король издал декларацию: «Я сделал замок Лидс примером, чтобы никто в будущем не осмеливался сопротивляться мне».

В течение следующей недели все замки Бадлсмира сдались королю, и осталось только найти Бадлсмира, который где-то укрылся.

– Приближается большая кавалькада, – объявила Брианна. – Наверное, это архиепископ Кентерберийский. Звучат фанфары.

Изабелла бросилась к высоким окнам. Она и ее дамы жили в замке Тонбридж уже больше месяца и ничего не знали о том, что происходило за его стенами.

– Это король. – Изабелла не делала попыток скрыть свое разочарование.

Брианна также услышала нотку тревоги в ее голосе.

– Не бойтесь, Изабелла. Вы должны спуститься и приветствовать его в главном зале. Если ему придется искать вас здесь, это будет выглядеть так, будто вы прячетесь. Мы все останемся с вами, когда вы будете принимать его, ваше величество.

Полчаса спустя королева Изабелла, царственная и спокойная, стояла в главном зале. Свет пламени, потрескивающего в огромных каминах, играл на драгоценностях, наспех одолженных у придворных дам.

Эдуард с важным видом вошел в зал, за ним дюжина придворных. Он сделал знак управляющему замка:

– Вина всем! Я победил своих врагов, и мы выпьем за мою великую победу. – Это был первый военный успех короля с момента коронации, и он был опьянен им и раздувался от гордости.

Демонстрируя великое самообладание, Изабелла наклонила голову, а ее дамы присели в реверансе.

– Я рада приветствовать вас, сир.

Он раскинул руки.

– Я отомстил за жестокое нападение на вас, Изабелла. Я отобрал у замка Лидс все ценное, включая провизию, и привез, чтобы бросить к вашим ногам как возмещение того сурового испытания, которое вам пришлось вынести там.

– Благодарю вас, сир. – Голос Изабеллы был спокоен, скрывая бурю эмоций внутри ее.

– Когда Лидс сдался, владение им перешло к короне. Это мой подарок вам.

Его придворные зааплодировали – это был щедрый жест.

Ни словом, ни взглядом Изабелла не выдала своего презрения. Он отдал ей замок Лидс, когда он не принадлежал ему, и он не имел права его дарить. Теперь, когда замок был действительно его, она его не хотела.

– Где вино, которое я приказал принести? – потребовал Эдуард.

Дюжина слуг поспешили в зал, неся серебряные подносы с наполненными вином серебряными кубками, и со стороны придворных Эдуарда послышались радостные восклицания.

– Я сейчас упаду в обморок, – прошептала Изабелла. Брианна взяла бокал вина и сунула его в руку королеве.

– Нет, вы не должны!

Изабелла сделала два быстрых глотка и почувствовала, как восстанавливающее тепло разливается по венам. Она допила бокал до дна, и в груди расцвела красная роза. Это придало ей уверенности, и она ясно поняла, что ко времени, когда подадут ужин, Эдуард будет изрядно навеселе, как и в большинство вечеров.

«Вот тогда я и спрошу его, нельзя ли мне вернуться в Виндзор, потому что я хочу быть с детьми. Если я спрошу, когда он будет пьян, перед своими льстивыми придворными он не сможет отказать мне».

На следующий день Уолтер Рейнолдс, архиепископ Кентерберийский, прибыл в свой замок Тонбридж. Его свита была даже многочисленнее, чем у короля Эдуарда.

Королева, в сопровождении своих дам, поцеловала кольцо архиепископа.

– Ваше святейшество, пожалуйста, примите мою глубокую благодарность за гостеприимство, которым вы так щедро одарили меня, моих придворных дам и всех моих слуг.

– Для меня честь, что вы выбрали замок Тонбридж для убежища в час нужды. Для меня истинная привилегия предложить мое скромное гостеприимство обожаемой королеве Англии. – Рейнолдс прекрасно знал, что в его замке не было ничего скромного. – Пожалуйста, оставайтесь так долго, как пожелаете… Мой замок – это ваш замок.

Король ответил за королеву:

– К несчастью, моя жена должна завтра вернуться в Виндзор. Она больше месяца не видела детей. Граф Пемброк и остальные дворяне, которые проявили благородство и приехали в Кент на ее защиту, обеспечат ей надежный эскорт. Я, однако, намереваюсь насладиться вашим гостеприимством здесь, в Тонбридже. Я никогда не устану смотреть на сокровища, которые вы собрали здесь за долгие годы.

Уолтер Рейнолдс сразу же понял, что Эдуард чего-то хочет. Еще когда Эдуард был принцем, он состоял при его дворе, они оба тогда были еще детьми, и своим назначением архиепископом Кентерберийским он был обязан королю. Он знал, что ему придется терпеть Эдуарда, если он хочет продолжать жить в благоденствии.

Королева Изабелла со свитой уехала следующим утром, и в тот же вечер Эдуард заперся с Рейнолдсом в его обширной библиотеке.

– Я хочу, чтобы ты созвал церковный совет в соборе Святого Павла, чтобы официально аннулировать приговор об изгнании Деспенсеров.

– На каких основаниях можно объявить его потерявшим законную силу, ваше величество? – осторожно спросил Уолтер Рейнолдс.

– Это же ты архиепископ Кентерберийский! Я уверен, что ты найдешь обоснованный повод, Уолтер. – Эдуард налил себе дорогого французского вина из запасов друга.

Рейнолдс сцепил пальцы, мысленно ища религиозный повод, который сможет выдержать критику. Наконец он сказал:

– Приговор об изгнании можно аннулировать на том основании, что он не получил единогласной поддержки епископов.

– Великолепно! – Эдуард снова наполнил инкрустированный драгоценными камнями потир и поднял его. – Не трать времени даром. Созови их в соборе Святого Павла к первому декабря. Уверен, мне нет необходимости подчеркивать, что до тех пор, пока факт не совершился, я рассчитываю на твое благоразумие в этом деликатном деле, Уолтер.

– Я настаиваю, чтобы вы ехали рядом с вашей женой, лорд Пемброк. Мари так мало видела вас в последнее время. – Изабелла не хотела слышать кровавых подробностей сдачи замка Лидс. Ее ужасало, что леди Бадлсмир и ее дети были заключены в тюрьму, и она устала слушать причитания Мари о том, что старая ведьма заслуживает повешения.

Однако прежде чем королевский кортеж покинул Кент, еще два видных графа вместе со своими войсками присоединились к ее свите. Ричмонд и Арундел поехали вместе с Изабеллой, и она милостиво поблагодарила их за верность и поддержку.

К тому времени, когда они въехали в Суррей, их нагнали молодые сводные братья короля, Кент и Норфолк, и решили, что они тоже поедут в Виндзор. Эдмунд, граф Кентский, пленился светловолосой голубоглазой Маргаритой Уэйк и так направил своего коня, что оказался между Маргаритой и Брианной.

– Леди Маргарита, то, что вам пришлось пережить у замка Лидс, наверное, было ужасно.

– Так это и было, милорд. Меня бы убили, если бы леди Брианна не схватила мою лошадь за поводья и не заставила ее скакать назад по мосту.