Не возвращайся - Дана Блэк

— Кто? — приподнялся на постели. Сразу подумал про Асю, мысленно представил жену и стянул через голову галстук. Встал и упал, выронил трубку. Нашарил ее на полу и прижал к уху. — Ася?

— Нет, девушка сказала, что ее зовут Тамила. Вы спуститесь?

Тамила. Какого х*я ей надо? Сама ведь напрашивается, идет в руки.

Ладно.

— Сейчас спущусь.

Глава 23

ПАША

Когда спустился вниз, сразу Тамилу увидел — она одета в красное платье с белыми крупными бутонами, с воланами. Красиво. Стоит, с ноги на ногу переминается, внимание к этим самым ногам привлекая — длинным, худым.

Яркая, цыганская красота.

Но бесит неимоверно! Я в гостиницу приехал, чтобы не видеть никого, даже случайно чтобы не сталкиваться — с той же Асей — не сорваться бы. А тут эта!

— Какого хрена ты здесь делаешь? — рявкнул.

— Я-а-а…

— Ты как узнала, где я? Следила? — схватил ее за руку.

Девчонка приоткрыла рот, вдохнула глубоко. На лице паника. Думал, врать станет, а она вдруг, сдаваясь, кивнула покаянно.

— Домой езжай, Тамила. С университетом я решу, Глеб больше тебя не тронет. Завтра. А сейчас — уходи.

— Ты был с какой-то женщиной — кто она? И почему ты поехал сюда? — голос Тамилы дрожит, но выглядит девушка хоть и взволнованной, но решительной.

Как ревнивая жена.

Да чтоб вас всех!

— Не много ли на себя берешь? — спросил вкрадчиво.

— Я тебя… вас… тебя люблю!

— Раз любишь — идём, — подвел Тамилу к ресепшн, а затем мы вместе пошли наверх.

Я специально молчу, нагнетаю, даю возможность девчонке назад повернуть. Если войдем в комнату — мой урок ей не понравится, он будет болезненной оплеухой для эго соплюшки, но после она точно отвяжется от меня.

Отпустил её ладонь, но Тамила сама вцепилась в моё запястье. Идёт за мной.

— Не передумала? — дал ей шанс, остановившись у двери в номер. Она покачала головой. — Ты знаешь, зачем я тебя зову?

Кивнула, покусывая губы. И я открыл дверь. Прошел внутрь, снова игнорируя Тамилу, взял бутылку виски, налил себе. Девушка несмело мнётся неподалеку от двери — и уйти не решается, и подойти. А я режим мудака включил:

— Ухаживать за тобой не собираюсь. Хочешь пить — наливай сама.

Молчит.

— Поняла?

— П-поняла. Но я не пью.

— Тогда делай то, зачем пришла, — обернулся к ней, разглядывая без стеснения.

Красивая девка. Волнующая, хоть и раздражающая. Когда губы не дует, Тамила — воплощение эротизма, даже сейчас, когда трясется, как цыплёнок. Тем, как она лямку платья в пальцах покручивает, можно долго любоваться, представлять как она потянет лямки вниз, грудь оголит, едва прикрытую полупрозрачным бюстгальтером, а ниже — плоский живот с красивой вертикальной полоской — так называемой «белой линией»…

— Раздевайся, — подсказал.

И Тамила выполнила мой приказ точь-в-точь, как я и представлял — спустила лямки по плечам, потянула ткань вниз, обнажаясь передо мной. Платье туго шло до округлых бедер, а затем свободно упало кругом вокруг ступней, и Тамила осталась в микроскопическом серо-синем атласном белье.

— Подойди, — поманил её, а сам пошел с бутылкой к креслу, и сел, широко расставив ноги. Тамила подошла, покачивая бедрами. — Опустись на колени, — отдал новый приказ.

Девушка секунд десять смотрела мне в глаза, но решилась, опустилась передо мной на колени.

— Ширинку расстегни и соси, дальше без подсказок, — сказал, поднес к губам бутылку и сделал глоток.

Жду, что будет дальше, пью. Тамила у моих ног, к ширинке не тянется, но не встает и не уходит. Не шевелится, замерла будто.

— Либо соси, либо вали.

— Я… сейчас, — промямлила она, потянулась ладонью к моему паху. И всхлипнула.

Ну наконец-то у девчонки мозг очнулся! Но дожать стоит, чтобы больше не видеть её.

— Будешь сосать и плакать? Меня это не возбуждает.

— Я… я… — Тамила хватает ртом воздух, захлебывается, — я сейчас, я…

— В прошлый раз ты была смелее.

— Тогда ты меня не унижал. Я… я желанной себя чувствовала! — воскликнула она, плача. И тут же испуганно спросила: — Я всё испортила? Прости, просто у меня еще не было никого, и я думала, что в первый раз всё случится не так. Но я готова, правда, — Тамила вернула ладонь на мой пах, нашла ширинку, вцепилась в неё с пугающе-решительным видом, словно палач в топор.

А может, трахнуть её? Плюнуть на то, что урок хотел ей преподать, и взять то, что мне так настойчиво предлагают — перестать пугать девчонку, действовать нежно, пар спустить.

Почему нет? Я уже обвинён в неверности. Ладно бы, я из года в год Асе повод давал флиртом, спорными ситуациями. Но я, сука, на сторону даже не смотрел! Да, Ася увидела меня и Тамилу в острый момент, и верить мне на слово была не обязана, но она ведь даже не усомнилась в моём предательстве. Будто только и ждала как бы поскорее от меня избавиться.

И раз я по мнению жены мудак — так какого черта я должен быть приговорён за то, чего даже не совершал? Тамила — вот она: свежая, сексуальная, утешить её, поцеловать пару раз, и она успокоится, всё что захочу сделает. А я хоть раз за эти тяжелые месяцы смогу забыться…

… и стопроцентно лишусь семьи.

— Тамила, — обхватил её ладонь своей, сжал, отстранил от себя, — остановись.

— Но…

— Просто остановись, — поставил бутылку на пол, поднялся из кресла, потянул девушку вверх. Она дрожит, тихо плачет. — Зачем тебе такой первый раз — унизительный, с женатым мужчиной?

— Я тебя люблю.

— И ты готова ради этой любви терпеть то, как я срываю на тебе своё настроение? Грубо ставлю на колени и трахаю в рот, в анал без смазки, а потом возвращаюсь к жене, которую люблю нежно? И так каждый раз — ты, правда, готова?

Она ничего не говорит, мелко кивает, губы кривятся — Тамила унижена, в истерике.

А я ошибался на её счет, сейчас я это признаю — если бы ради денег ко мне подкатывала, не тряслась бы сейчас и не рыдала, от подобного только у юноши член не упадёт, и прожженные девки это знают. Тамила не