Не думай обо мне - Алёна Снатёнкова

Второй раз за последние сутки Козловский относит меня в кровать на руках.

Может, и правда на диету сесть?

Если мне еще раз придется в его руках поваляться, не хочется, чтобы он спину себе надорвал из-за моей любви к чипсам.

Артём.

– Ты домой собрался, что ли? – слышу голос Яра за спиной. – Заболел?

Смотрю на пакет из аптеки и киваю головой.

Ага. Заболел.

Только непонятно, чем именно, но, судя по признакам, точно не чумой.

Очень жаль, что не чумой. С ней хотя бы знаешь, чем все закончится.

Я ведь никогда не уходил с работы раньше времени. Оставался допоздна – да. Уходил раньше – нет. На носу сдача проекта, проблемы на стройке, а что делаю я? Оставляю заказ в аптеке и, когда курьер привозит его, срываюсь и иду к машине. Идиот. Комиссаровой ничего не угрожает, если она сама не предпримет попытку что-то сделать. Если будет смирно лежать, то до вечера город не пострадает. Что я творю? Почему веду себя как придурок и те несколько часов, которые провел на работе, постоянно смотрел на часы?

– Тебя там Настя по всему офису ищет. Ей дизайн одной комнаты не понравился, хочет переделать.

Власов пальцем тыкает по экрану телефона, убирает его в карман и с интересом смотрит на пакет:

– Так, что с твоим лошадиным здоровьем? Травой отравился?

И это у меня еще дурацкое чувство юмора?

Комиссарова, надеюсь, ты сейчас икаешь.

– Ты слышал, что у приколистов бывают проблемы с зубами? – спрашиваю.

Власов напрягается, наверное, пытается осмыслить услышанное, а я, закинув пакет с лекарствами в багажник, закрываю машину.

Если пару минут назад я отговаривал себя от идеи вернуться домой, то сейчас у меня есть повод. Работа, чтоб ее. Она останется, а Комиссарова уже скоро уедет.

Все очевидно.

И меня не должно волновать, что Влада там одна и в плохом самочувствии. Я – не сиделка. И ее больной вид не должен всплывать перед глазами и заставлять мозг переживать по этому поводу.

Едва подумал, в памяти всплыл момент, как она заснула на моем плече. Фарфоровая кожа, немного приоткрытые губы….

Черт.

Не поеду.

Нет.

Не сорвусь сейчас домой.

Я взрослый мужик. Вся эта фигня не для меня.

Власов не соврал, когда про Настю говорил. Полтора часа я пытался понять, что ей не нравится, а какой результат она хочет видеть в итоге. Потом дошло – она сама не знает, чего хочет.

Детский сад.

– У меня нет столько времени, чтобы целый день убить на разговор о камине в комнате, – срываюсь, закрывая ноутбук. – Скинь на почту все свои идеи, я потом посмотрю.

– Тогда получится, что я зря сюда приехала. А я не любитель заниматься бессмысленными вещами.

Да ладно?

А сейчас мы чем занимаемся?

Уж лучше бы домой уехал. Ведь была возможность. Чем думал?

Там бы тоже вынесли мне мозг, но сделали бы это красиво. Да и мне было бы весело. Не то что сейчас.

Настя продолжает болтать, не понимая, что я давно перестал ее слушать. Я ведь мог и из дома поработать. До приезда Влады часто так делал. Какого черта сегодня захотел вырваться?

– Тём, может, мы сменим обстановку? Здесь так душно.

– Будет лучше, если мы перенесем встречу на другой день.

– Как же так? В другой день не получится. Ты забыл про мой день рождения? Я хочу разобраться со всеми делами до праздника.

Как же болит голова.

И на месте уже не сидится.

Встаю с кресла, зная, что Настя идет за мной. Ну и ладно. Провожу ее до машины, тем самым избавлю себя от общения с ней.

Не тут-то было.

У меня ушло минут двадцать на то, чтобы попрощаться. Уезжать она не собиралась, поэтому пришлось пообещать перезвонить ей через пару часов, чтобы потом выбрать место для встречи.

В тот момент я был согласен на все.

Хоть башкой и понимал, что звонить точно не буду.

Поступок козла? Ну, по словам Комиссаровой, свою фамилию я оправдываю.

Интересно, что она сейчас делает?

Выдыхаю с облегчением, когда подъезжаю к дому. Вроде и головная боль сразу же прошла. Комиссарова – моя таблетка.

Черт.

Как я докатился до такой жизни?

Никогда наивным дураком не был, а тут…

Знакомая фигура выходит из подъезда, улыбается, машет кому-то рукой и запрыгивает в машину.

Что за фигня?

Только раздражения мне сейчас не хватало.