Когда мы мечтаем - Энн Петцольд

Я: Любимое блюдо?

Чжэ Ён: Чачжанмён.

Чжэ Ён: НЕТ, подожди!

Чжэ Ён: Нэнмён.

Чжэ Ён: …Пицца? У меня ведь могут быть три любимых блюда?

Я: Ты можешь выбрать только одно, и тебе придется есть его до конца своих дней…

Чжэ Ён: Тогда токпокки.

Я: И снова что-то новое?! :D

Чжэ Ён: Сама сначала попробуй выбрать что-то одно.

Я: Элементарно – шоколад.

Чжэ Ён: Хорошая попытка, но шоколад – это не блюдо.

Я: Тогда шоколадный торт. Лучше?

Чжэ Ён: Мне стоит переживать из-за количества потребляемого тобой сахара?

Я: …Возможно. Но! Я сравняла счет, поужинав салатом!

Чжэ Ён: …

Чжэ Ён: По-моему, это не совсем так работает.

Я: Тс-с-с.

Пряча улыбку, я перечитывала ночную переписку. Снова и снова прокручивала вниз, будто могла так заставить Чжэ Ёна ответить. В Корее сейчас должно быть около полуночи, и мне интересно, лег он уже или еще работает.

– Прие-е-ем, земля вызывает Эллу.

Лив помахала рукой прямо у меня перед глазами и отвлекла меня от размышлений. Я моргнула, чтобы вернуться в настоящее. И отозвалась:

– Да?

– Я спросила, что ты об этом думаешь, – повторила она.

Не слишком помогло.

Последние несколько минут мое внимание занимали телефон и каша на столе – не могу сказать, что уловила хоть что-нибудь из разговора, в который Лив пыталась меня втянуть.

– О чем?..

Я понадеялась, что на моем лице в равной мере отобразились раскаяние и просьба кратко ввести меня в курс дела. Правда, в последнее время я, кажется, слишком часто прибегала к этому способу.

– Да где ты витаешь? Уже не первый день! Ты даже тише, чем обычно, а это надо еще ухитриться, – поморщившись, проворчала Лив.

Я пожала плечами, надеясь как-нибудь соскочить с темы. Запас отговорок постепенно подходил к концу.

– Думаю о тестах на следующей неделе.

Тут уже нахмурилась Мэл.

– Кому-кому, а тебе волноваться не стоит. Ты ведь постоянно ночами не спишь и зубришь.

Ну да. Я пытаюсь. Но в девяносто девяти процентах все заканчивается перепиской с Чжэ Ёном, хотя об этом лучше не распространяться. Когда у меня ночь – у него дело к вечеру, и, как правило, находится час-другой свободного времени, когда мы можем пообщаться. Хотя «свободного» – это преувеличение. Просто времени, когда нет интервью, концертов, репетиций, встреч или тренировок, которое можно посвятить таким занятиям, как еда, работа над новыми песнями или общение. Я так и не выяснила, когда именно он успевает спать. Но теперь, кажется, поняла его слова о том, что, если выбора нет, можно привыкнуть спать и поменьше.

– Да, – уклончиво протянула я. – Только материала так много, и я не знаю, смогу ли все удержать в голове.

Или хотя бы заставить себя его выучить.

Мэл ободряюще улыбнулась мне. Ей казалось, волноваться не о чем.

– Куда после начала учебы делась твоя уверенность в собственных силах?

Вероятно, туда же, куда испарилось желание учиться.

Я пожала плечами.

– Ты справишься, Элла, – сказала Лив.

Встав, она отнесла пустую тарелку в раковину и повернулась к Мэл.

– Теперь мы можем пойти к Чарли?

Мэл кивнула и, тоже поднявшись, ободряюще потрепала меня по плечу:

– Она права, Элла. Ты справишься. Лив, я быстренько переоденусь и можем идти.

Они разошлись по комнатам, а я осталась сидеть на кухне, прокручивая в голове их слова.

Ты справишься, Элла.

Я ковыряла кашу. Съела нарезанные в нее кусочки банана. Сестры верят в меня – казалось бы, должно успокаивать. А вместо этого у меня свело живот и пропал аппетит.

А я вообще хочу справиться?

Стоило подумать в этом направлении, как у меня разболелась голова. Если не учеба, то что? Именно за нее я так крепко цеплялась с тех пор, как… Как, собственно, что? Как мы с Лив переехали к Мэл? Как умерли родители? Учеба стала константой, которая помогала мне держаться. Которая оставалась простой и неизменной, пока все остальное вечно несется вокруг, будто в смерче.

Мои размышления прервал будильник на телефоне. Если я хочу успеть на работу, то у меня всего двадцать минут, чтобы одеться, расчесать гнездо на голове и добежать до автобусной остановки. Со стоном я отодвинулась от стола и встала. Хорошо, что я уже наловчилась собираться со скоростью света.

– Для воскресенья ты какая-то загнанная, – поприветствовала меня Лана, откладывая вязальные спицы.

В итоге ценой пропущенного автобуса и небольшого опоздания я все же добралась до музея.

– Для воскресенья я слишком уж далеко от моей кроватки.

Я рухнула на свободный стул рядом с ней.

– А вот ты выглядишь слишком бодрой для человека, который вчера обогнул половину земного шара.

Она откинулась на спинку стула и скрестила ноги.

– У меня иммунитет к смене часовых поясов.

– Разные туфли на тебе по этой же причине? – я кивнула на ее шпильки: одна туфля черная, другая – красная.

Лана тоже посмотрела на свои ноги.

– Видимо, с самой посадки я действовала на автопилоте, а сейчас так бодра, потому что каждые полчаса принимаю кофе.

– Очень здоровая замена сну, – сухо отметила я. – Но, пожалуйста, открой секрет: как тебе, несмотря ни на что, удается выглядеть так, будто ты за всю жизнь ни единой ночи не спала меньше восьми часов?

– Хороший уход за кожей и многолетний опыт маскировки кругов под глазами.

– Ты поделишься знаниями с наивными маглами или это из разряда тайн, которые уносят с собой в могилу?

– Ну, во-первых, поздравляю! Ты наконец-то примкнула к фанатам «Гарри Поттера», да? – она усмехнулась. – А во-вторых, все зависит от размера вознаграждения.

Пожалуй, на будущее надо поискать друзей, с которыми потом не надо расплачиваться.

– Как насчет такого? – я наклонилась к ней, будто собираюсь предложить потрясающую идею. – Ты сможешь через две недели взять мою смену, да еще и получить за это деньги!

Я сложила руки в умоляющем жесте, понадеявшись, что жалостный взгляд получился достаточно убедительным. Лана открыла было рот, но тут же закрыла.