Сцены страсти - Дина Джеймс

Почему ты так спешишь?

О'Тул замер. Затем его тучное тело начало тихонько раскачиваться в такт песни, глаза увлажнились.

Тише, милая, послушай,

Он сказал, зардевшись жарко.

Плавной, легкой походкой Шейла поднялась на маленькую сцену и повернулась к очарованному капитану. Кружевной зонтик оттенял ее милое личико. Майк Лониган поднялся за ней следом и сел на авансцене, скрестив ноги. Его лицо было абсолютно серьезным, пальцы бегали по клавишам гармоники.

Лишь луна взойдет над лесом,

Лишь луна взойдет над лесом,

Будем мы с тобою вместе,

Лишь луна взойдет над лесом.

Встав боком, Шейла продемонстрировала свою пышную грудь и тонкую талию. Потом она мило улыбнулась.

Шрив Катервуд тронул капитана за рукав.

– Так мы будем подписывать контракт, капитан О'Тул? Мы бы хотели получить его на шесть недель. У нас обширный репертуар. Публика будет возвращаться сюда снова и снова, чтобы поесть, выпить и развлечься.

Когда Шейла запела второй куплет, О'Тул раздраженно кивнул.

– Мы бы хотели получить аванс за первую неделю, чтобы заплатить за жилье.

О'Тул заморгал глазами.

– Мисс Тайрон может остаться здесь в «Алмазной королеве». У меня есть удобные каюты на верхней палубе для особых гостей и всего прочего.

Шрив удивленно поднял бровь.

– Ну да, для особых гостей.

– В таком случае миссис Кокс останется с ней в качестве ее дуэньи.

– Что?

Шепот слышался в долине,

Как печальный стон кукушки.

Шрив приблизил губы к самому уху капитана.

– Я ни в коем случае не могу позволить мисс Тайрон оставаться здесь одной.

– Что? Но… О, конечно, конечно. Я все понимаю. Такая леди, как она… Ни в коем случае. – О'Тул заморгал глазами, когда Шейла закончила пение. – Ни в коем случае, – прошептал капитан.

Имея в кармане тридцать пять долларов аванса, Шрив повел мужчин в гостиницу. Сняв им две комнаты, он предоставил своим товарищам возможность устраиваться и принимать ванну с дороги.

Вернувшись к фургонам, он поманил пальцем Миранду.

– Спускайся. Я хочу поговорить с тобой. Она медленно спустилась на землю. Когда она предстала перед ним, Шрив взял ее за руку и повел к садовой скамейке на веранде гостиницы. Из оставшихся у него денег он достал два доллара.

– Я хочу, чтобы ты взяла это и села на первый же поезд до Чикаго.

Она посмотрела на деньги, потом перевела взгляд на спешивших по улице прохожих.

– Нет.

– Не глупи. Подумай о своей семье. У тебя есть семья. Я знаю, что есть. Наша жизнь очень тяжелая.

Она робко улыбнулась.

– Я это вижу. Но вы сказали капитану О'Тулу, что я буду работать даром.

– Ты не участвуешь в нашем договоре, потому что ты едешь домой.

– Не еду.

– Почему? И не лги мне. Я все равно узнаю, если ты солжешь.

Она поежилась.

– Это мой отчим. То есть человек, за которого моя мать собирается выйти замуж. Он не любит меня.

Шрив раздраженно фыркнул.

– Довольно. Придумай что-нибудь более оригинальное, чем история о злой мачехе. Или отчиме.

– Эта правда. – Миранда пожала плечами. – Вы не обязаны верить мне. Вам вовсе не обязательно знать что-то обо мне. Просто позвольте мне у вас работать.

– Как долго?

Его вопрос заставил ее замолчать. Мысль о том, что она будет делать со своей жизнью после, ни разу не пришла ей в голову.

Шрив прочитал сомнение на ее лице.

– Никогда не думала об этом, верно?

– Я… я могла бы научиться делать то, что делает Ада. А когда она станет старой, я заняла бы ее место.

Он покачал головой.

– Ты столько не продержишься. Черт, труппа столько не продержится. Многое может случиться. Мы собрались вместе всего полтора года назад. В любой момент труппа может распасться, и каждый из нас пойдет своей дорогой.

Миранда посмотрела на деньги.

– Я не могу вернуться, – прошептала она. – Дома меня не ждет ничего хорошего. Он собирается разлучить меня с моей матерью и сестрой.

– Уверен, если бы ты поговорила с матерью…

– Нет, она согласилась бы с ним. Он собирался послать меня в школу.

Шрив запрокинул голову и захохотал.

– Боже ты мой, – насмешливо произнес он. – Не в школу. Наверняка не в школу.

Миранда вскочила.

– Я не вернусь домой и точка. Пристальный взгляд его жестких черных глаз скользнул по ее фигуре. Миранда смутилась. Опустив глаза, она начала теребить свою измятую юбку.

– Мне нужно принять ванну, я знаю. И мне надо переодеться. У меня есть другая одежда в саквояже.

Шрив не спеша поднялся и теперь возвышался над ней во все свои шесть футов три дюйма. Черная шляпа с плоской тульей была сдвинута на затылок. Он снял ее, пригладил волосы, а затем надел вновь, надвинув на лоб.

– Миранда, – мягко сказал он. – Я думаю тебе лучше вернуться к своему отчиму, если ты хочешь себе добра.

– Нет, я…

Он протянул руку и обнял ее за талию. Его губы прижались к ее губам, а сама она оказалась в его объятиях. Девушка попыталась оттолкнуть его. Какие-то нечленораздельные звуки вырвались у нее изо рта.

Руки Шрива скрестились у нее на спине, и она вдруг почувствовала, как они сжимают ее ягодицы. Она попыталась закричать, но ее рот был зажат его ртом, и она смогла издать лишь слабый стон. Она сжала руки в кулаки и стала молотить его по плечам и по голове, но удары не имели большой пользы на таком близком расстоянии.

Он легко приподнял ее. Оказавшись над землей, девушка была бессильна помешать ему сделать вместе с ней несколько шагов до стены гостиницы, где она оказалась стиснутой между его сильным телом и стеной. Освободив одну руку, Шрив положил ее на грудь Миранды и больно ущипнул ее.

В отчаянии она пошире открыла рот и вцепилась зубами в его губу.

Он отпрянул, отпустив ее так резко, что она почти упала.

– Проклятье! – Он прижал руку к своим губам и, взглянув на нее, увидел кровь. – Боже! Ты укусила меня!

Девушка отодвинулась на самый край веранды и приготовилась спрыгнуть на землю.

– Изо всей силы, – добавила она.

– Догадываюсь. – Он провел языком по губе. – Черт! Кажется, кожа прокушена в двух местах.