Голос моей души - Ольга Куно

– Моя жена – очень скромная женщина, – пояснил Андре. – Ее бы, несомненно, смутила необходимость раздеваться перед мужчиной-лекарем, тем более что за последнее время ее осматривали не единожды. И прошу вас, не надо спорить! – добавил он, слегка повысив голос в тот самый момент, когда Ролен попытался было сказать что-то в ответ. – Не стоит говорить, что она без сознания и даже не узнает, как проходил осмотр. Я уважаю мнение своей жены. К тому же, кто знает, может быть, она и сейчас, в своем нынешнем состоянии, способна видеть нас или слышать.

– Ты знал! – хихикнула я со своего места.

– Бросьте, доктор, вы ведь можете осмотреть ее, не раздевая, при помощи своих приборов, – продолжал Андре.

Ролен еще некоторое время буравил его взглядом, словно пытался понять, издевается ли над ним муж пациентки или говорит серьезно. Наконец со вздохом махнул рукой.

– Ладно, мы и вправду можем ограничиться приборами, если для вас это так важно, – сдался он. – Хоть я и считаю такой осмотр недостаточно добросовестным. Да, магическая аппаратура на сегодняшний день разработана отличная, и тем не менее в некоторых случаях ничто не может заменить классической проверки. Как ни крути, а прибор есть прибор, и не во всем он может сравниться с человеком. Но, – он вторично махнул рукой, – будь по-вашему.

После этого он чуть ли не с головой зарылся в свою глубокую сумку и стал извлекать из нее нужные предметы. Широкая металлическая пластина с какими-то красными огоньками, зеркало, с обратной стороны которого располагалось непонятное мутное стекло, прозрачная коробочка, наполненная странной на вид жидкостью. Все эти приборы были изготовлены с помощью магии и использовались для того, чтобы определить физиологическое состояние человека, включая такие параметры, как пульс, частота дыхания, давление, температура, наличие различных вирусов и прочее.

Да, при жизни я явно не была врачом, подумалось мне. В противном случае навряд ли бы я помнила такие подробности.

В течение получаса Ролен старательно работал, поднося приборы к разным частям моего тела. Держа их на расстоянии пары дюймов от моей кожи, приводил их в действие либо нажатием кнопки, либо заклинанием, а затем записывал результаты в специальный блокнот. Нередко он начинал перелистывать страницы, видимо сравнивая результаты разных проверок или сопоставляя цифры.

По окончании осмотра Ролен долгое время молчал, задумчиво глядя перед собой и время от времени бесшумно пощелкивая пальцами. Наконец, перевел взгляд на Андре.

– Ну что ж, – медленно произнес лекарь. – Такое состояние действительно может явиться результатом травмы головы.

– Вы знаете, что с ней? – вскинул голову Андре.

– Стазис, – непонятно ответил Ролен. – Она погрузилась в состояние стазиса.

– И что это означает?

Лекарь вздохнул, видимо раздумывая, как бы объяснить человеку, не искушенному во врачевании, сложный медицинский термин.

– Стазис – это подвид комы, – осторожно проговорил он. – Очень редкий подвид. Сказать по правде, я с таким не встречался ни разу, хотя в литературе читал. Это состояние считается крайне редким, практически несуществующим… И тем не менее, оно было описано. В стазисе организм как бы замораживается. – Ролен с трудом подбирал слова. – Не в буквальном смысле, конечно. Температура тела у вашей жены совершенно нормальная. Она дышит, у нее бьется сердце, хоть и существенно реже, чем это бывает у здоровых людей. Но… биохимические процессы замедлены, а некоторые и вовсе приостановлены. – Видя, как Андре недовольно хмурится, он прищелкнул пальцами. – Ну например, вы, должно быть, уже поняли, что она не нуждается в пище. Получать немного воды ей желательно, но она может жить и без этого. У нее не растут ногти и волосы. Словом… Организм как бы впал в спячку. Вошел в режим максимальной экономии ресурсов. При этом ресурсы, которые он все-таки продолжает использовать, – энергетические, а не физиологические. Отсюда способность обходиться без питья и пищи.

– Отчего такое происходит? – спросил Андре. – Почему человек впадает в стазис?

– Вы задаете очень сложный вопрос, – вздохнул Ролен. – Поскольку такие случаи исключительны, никто не имел возможности провести исследование и выявить закономерность. Известно одно: человек впадает в стазис, когда находится на грани смерти. Организм как бы застывает для того, чтобы сохранить жизнь.

– Однако обычно такого не происходит, – уточнил Андре, пристально глядя лекарю в глаза.

– Вы совершенно правы, – подтвердил лекарь, встретив его взгляд. – Обычно такого не происходит.

– И что теперь можно сделать? – перешел к следующему вопросу Андре. – Каковы прогнозы?

На сей раз лекарь все-таки отвел глаза.

– Видите ли, о выходе из состояния стазиса почти ничего не известно, – признался он. – Существует три стадии стазиса. На первой стадии состояние нестабильно. Человек может периодически возвращаться в сознание благодаря определенным воздействиям, таким как тепло, холод, резкие громкие звуки, вода. – На этом месте Андре понимающе кивнул. – Правда, как правило, это происходит ненадолго, состояние стазиса восстанавливается в течение максимум двух минут. На второй стадии человек более не приходит в себя. Его состояние стабильно, в организме не происходит никаких изменений.

Ролен замолчал.

– А третья стадия? – нетерпеливо спросил Андре.

– На третьей стадии наступает кризис, – неохотно сообщил лекарь. – Стазис и без того огромная редкость, но он не может продолжаться вечно. Рано или поздно используемые организмом ресурсы заканчиваются. Состояние человека резко ухудшается, и в конечном итоге сердце останавливается.

Под крышей фургона повисло тяжелое молчание. Возможно, Андре ждал от меня какой-нибудь реакции. Но мне нечего было сказать. Странно. Я с самого начала знала, что могу умереть в любую минуту. Да что там – знала, что по сути уже умерла и только моя душа получила маленькую отсрочку перед окончательным разрывом связи с телом. Почему же мне стало настолько тяжело сейчас, когда лекарь всего-навсего подтвердил и по-научному обосновал то, что мне и так было известно? Почему мне так сильно хочется плакать, хотя у призраков не бывает слез? Почему люди цепляются за жизнь, даже когда она не несет ничего, кроме боли и унижения, даже когда они – призраки? Эх, Андре, ты ведь так и не ответил на мой вопрос!

– Спустя сколько времени наступает кризис? – хрипло спросил Андре.

Ролен лишь развел руками.

– Это неизвестно. Насколько я понимаю, такие вещи чрезвычайно индивидуальны. Кто-то пребывает в стазисе лишь несколько дней, за этот период успевая пройти через все три стадии. Не исключено, что кто-то другой может находиться в состоянии стазиса годами. Но есть кое-что еще, – добавил он на более оптимистичной ноте, видя, как Андре опустил голову, прикусив губу. – Существует лекарство, способное поддерживать человека в состоянии стазиса, не позволяя ему переходить из второй стадии в третью. – Андре заинтересованно подался вперед. Что и говорить, я тоже слушала, если так можно выразиться, затаив дыхание. – Этот препарат изготавливается при помощи магии и обеспечивает организм необходимой энергетической подпиткой. Таким образом, даже когда собственные энергетические ресурсы подходят к концу, кризис не наступает.