Малыши в подарок - Ксения Богда

Сидит, рука сжимает руль, а он потирает подбородок.

– С кем, Юлечка?

Боже… и как мне объяснить все тете Любе? С отцом моих детей, он хочет сделать тест, потому что не верит мне?

Хотя я и не говорила ему, что дети его…

Меня окутывает чувство, будто я запуталась в сетях со всеми этими недомолвками и секретами. И сейчас мне нужно что-то срочно придумать, чтобы выйти с наименьшими потерями.

– С отцом Егора и Евы.

Крестная ойкает. И перед глазами четко встает её образ, как она испуганно хватается за грудь.

– Не пугайся, – Захар усмехается, но не произносит ни слова, – я потом все тебе объясню, ладно?

– Хорошо, дочка. Жду вас тогда. Ева и Егор как раз уже поспали, и даже в хорошем настроении.

Не могу сдержать улыбки, при упоминании своих крошек. Хочется тут же оказаться рядом с ними и сжать в объятиях, чтобы никто не мог их забрать.

Сжимаю телефон, опускаю глаза.

– Куда ехать?

Выдыхаю.

– Прямо, первый поворот налево, – показываю рукой, чтобы Захар не перепутал.

Мы трогаемся, а у меня внутри пульс ускоряется от волнения. Я не знаю, чего ожидать от Захара.

– И что дальше будет? – с трудом разлепляю пересохшие губы, а голос звучит как-то хрипло.

– В каком смысле? – Захар тщательно следит за дорогой.

– Тут направо, – и снова указываю правильное направление.

Захар удивленно вздергивает бровь, но никак не комментирует.

– Что будет после того, как ты узнаешь результат? – продолжаю спрашивать.

Саму потряхивает. Я и боюсь услышать ответ, и мне жутко интересно, что именно он скажет.

– На данный момент мне просто нужна официальная бумажка, что дети мои. На случай, если ты решишь слиться или куда-то увезти их. Как ты это сделала с самого начала. И я не дам тебе свалить, Красная Шапочка. Найду. Из-под земли достану.

Мне перестает хватать воздуха. Легкие сжимаются и превращаются в сморщенное нечто.

– И что? Будет у тебя эта бумажка.

Меня простреливают колючим взглядом. Захар сжимает губы, и они превращаются в тонкую бескровную полоску. А на скулах появляются впадины оттого, как сильно он напрягся.

– А потом ты позволишь мне участвовать в жизни детей, – припечатывает он.

– Направо, – шепчу, хотя все силы вышибает.

Я совершенно беспомощна. И мне некуда бежать.

Я верю, что он не даст мне скрыться. Найдет, да. И я не понимаю, что же поменялось в его голове, что он сейчас готов взять на себя ответственность за детей.

Хотя… я очень надеюсь, что это просто временное помутнение и скоро он забудет, что у нас есть дети.

– Вот, бордовый забор.

Захар резко тормозит. За нами останавливается и минивэн. Волков поворачивается ко мне так резко, что я от неожиданности вздрагиваю. Хватаюсь за ручку двери. Серые глаза врезаются в меня. Разъяренный взгляд врастает в мое лицо. Он так резко обхватывает мою шею и дергает к себе, что весь воздух вышибает из меня. А мне ничего не остается, кроме как смотреть в эти серые омуты. Смотреть и бояться дышать, чтобы не выбесить его ещё сильнее.

– Есть вообще хоть что-то, в чем ты не соврала мне? А, Красная Шапочка?

«Много чего! – хочется мне заорать в его лицо. – Мои эмоции и чувства к тебе, тогда, полтора года назад!» Да и сейчас что-то начало вспыхивать… но Захар очень быстро это все потушил.

– У тебя, кажется, мало времени? И ты торопишься, – цежу сквозь зубы.

Не собираюсь я его переубеждать. Если думает, что я дрянь, то его право. Я не хочу менять его отношение к себе…

Захар рычит и отталкивает меня от себя.

– Какая же ты, – цедит сквозь зубы.

– Какая?

Молчит, оставляет мой вопрос без ответа и выходит из машины.

Собираю всю волю в кулак и выхожу следом за ним.

– Здравствуйте, – выдавливаю улыбку в ответ на приветствие девушки в медицинской форме.

Открываю калитку и пропускаю Захара с медсестрой во двор. Он придирчиво окидывает взглядом наш дом и мотает головой.

Да, это не особняк. Простой домик из кирпича. Во дворе стоят горки для близнецов и песочница под зонтом. Напротив этой импровизированной площадки расположился гамак, в котором я любила в выходные посидеть и понаблюдать за моими крохами. Много зелени, цветов – все, как я люблю…

И мне нечего стыдиться. Это дом Егора и Евы, и тут они счастливы. И пусть Захар только заикнется, что это не так… боюсь, что он отсюда выйдет с подбитым глазом.

– На пороге появляется крестная, и её глаза удивленно округляются, когда она видит человека в медицинской форме.

– Здравствуйте, – бросает на меня быстрый взгляд, – кто-то заболел? С малышами все хорошо, Юлечка.

– Все хорошо, ма. Мы зайдем, я потом все тебе объясню, хорошо?

– Конечно, – делает шаг в сторону и пропускает нас в дом.

– Добрый день, – за моей спиной раздается низкий голос Захара, и от этого по спине пробегается дрожь, – меня зовут Захар.

Протягивает руку, задевая мой бок.

– Тетя Люба, – после некоторой заминки крестная отвечает на рукопожатие, – очень приятно.

В этот момент я готова расцеловать её за то, что она так хорошо держится.

– Проходи, – снимаю балетки, – разувайтесь, пожалуйста, в доме все же маленькие детки.

И тут на мое удивление в коридор на полной скорости выползает Ева. Её взгляд тут же находит Захара. Она садится на попу и наклоняет голову. А потом на её личике вспыхивает радостная улыбка.

Перевожу на Захара удивленный взгляд. Он тоже слегка растерян поначалу, а потом на его лице замечаю неуверенную усмешку.

– Привет, Ева, – он присаживается на корточки, и дочь не задумываясь двигается к нему.

Сердце пропускает удар, когда дочка останавливается на расстоянии вытянутой руки. Захар протягивает ладонь, Ева хватает его за палец и улыбается во всю ширину рта.

А я справляюсь с шоком. Я просто не верю своим глазам. Ева не такой ребенок, который вот так просто пойдет к незнакомому, ещё и так доверчиво протянет руку.

Неужели она чувствует, что Захар её близкий по крови?

Девушка, которая приехала взять анализы, тихонько откашливается.

– Простите, но мне сегодня ещё нужно будет ехать на заказ.

Захар