Неделя для двоих - Кейт Крамбл

Подведя глаза, я прорисовывала тушью каждую ресничку, стараясь не склеить их в единое целое. Румяна на месте, помада, несколько капель ароматных духов, легкое летнее платье и в его тон босоножки, все было готово к выходу из номера.

Я не торопилась. Идя по коридору, мне казалось, что я вижу сквозь стены. Я вдруг отчетливо увидела, что Антон внизу и ждет меня. Спустившись в ресторан, я даже немного испугалась, ведь все было в точности моим видениям.

Антон стоял у нашего столика с букетом цветов в светлых брюках, белоснежной рубашке и во всю улыбался. Он смотрел только на меня, будто вокруг никого больше нет. Мое сердце забилось в разы сильнее. Я прибавила шаг, желая скорее оказаться около обворожительного парня, который не сводил с меня своих прекрасных глаз. С каждым шагом, мои распущенные волосы раскачивались за спиной все сильнее, а легкое летнее платье, чуть ниже колена, начинало путаться в ногах. Откуда не возьмись, на моем пути появилась маленькая лохматая собачка, волочащая за собой поводок. Я опешила, решила остановиться и пропустить торопившуюся куда-то беднягу, но мой тормозной путь оказался слишком большим. Поняв, что притормозить никак не получится и я вот-вот раздавлю своими босоножками лохматое чудо, я решила переступить через собаку. Похоже, Антон со стороны просчитал исход ситуации лучше меня и отбросив букет куда-то в сторону ринулся ко мне на встречу. Столкновение с собакой было неизбежно, она стояла и как вкопанная ждала своей участи. Откуда-то издалека были слышны крики хозяйки собаки, то и дело подзывавшей ее.

В итоге, все обошлось. Я, не сумевшая ни вовремя притормозить, ни переступить через собаку, споткнулась о ее поводок и рухнула в объятия Антона, вовремя подоспевшего на помощь. Собака осталась стоять на месте, лишь развернулась и наблюдала за нами. Подбежала круглая женщина, подхватила псину и делая строгий вид отругала ее, затем улыбаясь спросила все ли у нас в порядке и попросила прощения за произошедший инцидент.

Окружающие, видя все происходящее поаплодировали Антону, будто он спас землю и всех ее обитателей от смерти, а не меня с собачкой. Уже за столиком, присев на стул и осмотрев свою ногу я увидела, что разодрала колено.

— Больно? — с сочувствием поинтересовался Антон.

— Ерунда. Заживет, — не придавая значение царапине, ответила я.

Молодой человек, сидящий за соседним столиком, подошел к нам, пожал руку Антона и передал ему букет, что тот швырнул во время моего спасения. Мы все еще раз рассмеялись, вспомнив нелепую ситуацию, которая могла закончиться очень печально для лохматого пса.

Антон наконец-таки вручил мне слегка потрепанный букет, при этом нежно поцеловал мою руку. Мы понимали, у нас осталось несколько совместных часов, и омрачать их не было ни малейшего желания ни у меня, ни у Антона.

После завтрака мы отправились на прогулку, которая приятно удивила встречей с Томасом и его супругой Амелией. Я с радостью представила их Антону, который вел себя так, будто мы давно состояли в отношениях. Мне это безумно нравилось.

Антон и Томас пошли за коктейлем, мы с Амелией остались наедине. Опытная жизнью женщина сразу поняла и о моих чувствах к Антону и о том, что мое сердце не спокойно.

— Дебора, позвольте спросить, чем вы так встревожены?

Я немного замешкалась с ответом, женщина продолжила:

— Вы познакомились с Антоном здесь не так ли? И теперь переживаете, что это всего лишь курортный роман? — тихо и глядя вслед уходящим Томасу и Антону произнесла женщина.

Не понимаю, как она так быстро все поняла, и была почти права.

— Все сложнее, чем кажется на первый взгляд, — ответила я, не желая вдаваться в подробности болезни Антона.

— Вы отличная пара. Когда-то Томас смотрел на меня именно так, как ваш молодой человек смотрит на вас. Поверьте, это нечто большее, чем может показаться на первый взгляд, — успокаивала меня женщина.

В этот момент я была убеждена лишь в одном: любовь способна сотворить чудо, а значит, любовь Антона ко мне победит все болезни и невзгоды, и злой недуг обязательно отступит. Эти мысли придавали мне не только надежду, но и действовали успокаивающе. Улыбнувшись, сама себе, я все с той же улыбкой встречала возвращавшихся с коктейлями Томаса и Антона.

Каждый из мужчин, словно сговорившись заранее, подошел к своей даме, вручил коктейль, нежно поцеловав ее в щечку. Мы с Амелией рассмеялись, мужчины, переглядываясь, поняли, мы раскусили их сговор.

Проведя еще какое-то время с Томасом и Амелией, мы с Антоном засобирались в аэропорт.

— Нам пора, — произнес Антон, взглянув на часы.

— Итак, молодые люди, ждем вас в гости, в Праге, — добавил Томас, пожимая руку Антона.

— Будем безумно вам рады, — добавила Амелия.

— Спасибо вам за все, — ответила я, обнимая Амелию и прощаясь с Томасом.

Забрав чемоданы из отеля, мы вызвали одно такси на двоих и расположились на заднем сидении. Таксист послушно вел машину, мы с Антоном молчали. Он держал меня за руку, и я вновь почувствовала его переживания.

— Все будет хорошо! — произнесла я, решив, что это то, что сейчас ему необходимо.

Антон слегка улыбнулся, но его глаза говорили об обратном. В них была любовь, тоска, сочувствие, разочарование, боль, и еще такое количество чувств, что, глядя в них мне стало не по себе. Я хотела остановить такси, остановить время, и навсегда остаться рядом с ним. Жаль, что людям неподвластно все это. А в те самые часы, когда хочется, чтоб стрелки часов шли чуточку медленнее, они словно нарочно ускоряются, не дав насладиться самыми прекрасными моментами жизни, оставляя их в нашей памяти, как яркие точечные вспышки.

Мы прощались с Антоном в аэропорту. Его рейс был на час раньше моего.

— Я хотел подарить тебе кое-что, — произнес Антон и полез в карман.

Он достал маленький конвертик и вынул из него какое-то украшение.

— Я ношу его уже пару дней с собой, все почему-то жду удачного случая. Думаю, удобнее этого не будет. Его называют «Назар бонджю», это турецкий амулет, говорят, он бережет от злого глаза.

Антон надел украшение мне на руку, затянув веревочку покрепче.

— Теперь я за тебя спокоен, — добавил он и прижал меня к себе.

Я вновь почувствовала, как он уткнулся мне своим носом в макушку, затем нежно поцеловал меня в лоб.

— А у меня для тебя ничего нет, — тихо и виновато произнесла я.

— Подари мне свою улыбку, — попросил Антон и пристально посмотрел на меня.

Я непроизвольно улыбнулась. Мы не