Неделя для двоих - Кейт Крамбл

— Прежде чем я все тебе расскажу, хочу, чтоб ты знала о моих истинных чувствах к тебе и о том, почему я не решался рассказать тебе все с самого начала.

Видя то, как Антону сложно говорить, я не перебивала его.

— Про то, что я сбежал от внешнего мира, это все чистая правда. Мне необходимо было побыть наедине и обдумать то, что со мной приключилось. В принципе, абсолютно все, что я тебе говорил, правда. Я не солгал тебе ни разу, но недоговаривал слишком много. Я не хотел, чтоб меня жалели, особенно ты.

— Я тебя опять не понимаю, — призналась я, сжав губы. Сердце дико забилось в груди, словно предчувствуя что-то неладное.

Периодически разносившееся по всему побережью раскаты грома и невероятной силы ливень не давали расслабиться ни на секунду. Я чувствовала себя не просто напряженно, была ощущение, что надо мной проводят некий эксперимент на выдержку, с которой я была не в ладах в последнее время. В эту минуту я поняла, что еще не поздно, что можно все остановить и не дать Антону продолжить рассказывать то, что он намеревался. Ведь впереди еще вся жизнь, и у нас будет время узнать друг друга получше. Почему сейчас, зачем, что за спешка, что изменилось? Неужели виной стал вчерашний поцелуй? Точно, поцелуй, о котором как-то Антон упоминал, как о моменте, из-за которого пойдет против собственной совести. Похоже именно совесть его и мучала в этот момент, и он, как благородный молодой человек не мог и дальше продолжить свое молчание. Я поняла, мне его не остановить, наоборот, лучше дать возможность ему выговориться и облегчить душу.

— Сейчас все поймешь. Я не планировал заводить курортных романов, не планировал влюблять в себя кого-то, но самое главное, не планировал сам влюбляться. Дебора, ты мне не просто нравишься, я по уши в тебя влюбился. Изначально, когда я только с тобой познакомился и увидел твои метания, твою борьбу самой с собой, то решил, что напоследок могу сделать что-то хорошее, что-то полезное не для себя, как это было всю мою жизнь, а для кого-то другого, пусть даже для совершенно незнакомого мне человека.

— Антон, о чем ты говоришь?

Мне жутко не нравилось то, что говорил Антон и каким именно тоном он это делал. Не смотря на свежесть и прохладу, принесенную грозой со стороны моря, мне стало ужасно душно. Я сделала глоток воды, но он комом застрял в горле, будто я проглотила кусок камня.

— Ты какая-то бледная, — подметил Антон, — с тобой все в порядке?

— Да-да, — откашлявшись, наконец произнесла я.

Только что парень признался мне в своих чувствах, а я вместо того, чтоб ответить ему тем же, ведь он смог дотронуться до самого моего сердца, зациклилась на иных его словах и не могла никак понять, почему в эту минуту необходимо было вообще упоминать о начале нашего знакомства?

— У меня рак, — коротко произнес Антон, глядя мне прямо в глаза.

О, его глаза. Какими они были в это мгновение: чистыми, искренними, любящими, с легким зеленоватым оттенком, смотрели на меня пристально и ждали ответа. Рак был у Антона, но его глаза жалели меня. Тепло, излучаемое ими, было столь нежным, что, даже не прикасаясь ко мне, я чувствовала его всем своим телом, каждой своей клеточкой.

Я обомлела, не зная, как реагировать на подобного рода признание. Весь мир вокруг меня замер в одно мгновение. Я не могла произнести ни слова. Думаю, по ошарашенному выражению моего лица Антон все понял, поэтому, не дождавшись ни единого слова продолжил:

— Ты спрашивала меня про мои отношения. Была удивлена, что у меня нет девушки. После того, как врачи озвучили мне приговор, она решила уйти, сказав, что не сможет вынести больничные палаты, капельницы и все, что меня ждет. Я поначалу злился на нее. Узнать про рак, лишиться из-за этого светлого будущего, да еще и любимой девушки оказалось не так просто. Но после ее предательства, я понял, что не должен обременять собой никого. Она, как и любой другой человек, заслуживает счастья.

— Все равно не понимаю, что мешало остаться с тобой и поддерживать тебя во всем? Пройти вместе весь этот путь.

— У меня последняя стадия. Мне осталось два месяца.

И тут я поняла, что потеряла над собой контроль. Мои руки и ноги словно онемели. Губы замерли, оставив слегка приоткрытым рот. Я редко моргала, мое дыхание резко замедлилось. Я вдруг поняла, мир, который я себе нарисовала разрушился у меня на глазах. Я не желала верить в то, что говорил Антон. Как минимум, это было не справедливо. Мы нашли друг друга, полюбили и сейчас, должны смириться с приговором судьбы? Нет, я готова была к чему угодно, даже к тому, что Антон все же окажется тем самым маньяком, о котором я думала в первые минуты знакомства, но только не все это.

— Но ведь наверняка есть какое-то лечение? — с надеждой поинтересовалась я.

— Есть один экспериментальный метод, но процент на то, что после всех процедур я останусь жив слишком мал.

— Какой? — я готова была цепляться за любую возможность, пусть даже самую малую.

— От пяти до десяти процентов.

— Не так уж и мало, — с оптимизмом произнесла я. — Что для этого необходимо?

— Дебора, я решил, что не буду проходить лечение.

Антон говорил так спокойно, что меня это даже злило. Лишь позже я поняла, что он жил с этими мыслями долгое время и вся злость, обида, разочарование на судьбу или быть может на жизнь давно были им пережиты.

— Как это не будешь? — я смотрела на Антона ошарашенно и не верила тому, что слышу.

— Пойми ты. Мне оставалось каких-то шестьдесят дней. Семь из который я прожил просто великолепно, благодаря одной удивительной девушке из Праги. Не хочу оставшиеся пятьдесят три дня потратить на больничные палаты, медсестер в белых халатах и капельницы.

— Что ты сейчас такое говоришь? — с моих глаз невольно начали скатываться слезы. — Ты ведь сам только что сказал, что шанс есть. Пусть и не большой, но вдруг все получится?

— Последние два года я потратил на лечение, вместо того чтобы просто жить и радоваться каждой оставшейся минуте. Я прилетел сюда, чтоб принять неизбежное. И сказать по правде, я принял свою ситуацию. Прошу, не заставляй меня передумать.

Антон пригнулся ко мне через небольшой столик и взяв мои