Безнадежная - Аника Громова

Наташа была бы более готова к знакомству, если бы знала. Может, купила бы каких-то подарков, чтобы втереться в детское доверие.

— После мороженого их нужно будет еще чем-то занять, — тихо предупреждает Наташа, когда Кирилл приближается к ней. — Иначе их сложно будет даже уложить спать.

— О, это всегда не просто, — улыбается Кирилл. — Но, знаешь, ты права.

Он оборачивается на сыновей.

— Мужики, кто готов пойти на аттракционы? — спрашивает он.

Близнецы отвечают ему восторженными криками, выражающими согласие. Таким образом Наташа понимает, что весь выходной день уйдет именно на это. А после, когда им удастся уложить близнецов спать, у них самих не будет сил на то, чтобы хоть как-то функционировать в пределах квартиры.

Кирилл мимолетно устраивает ладонь на ее талии и наклоняется к ней.

— Мне кажется, из тебя получится отличная мать, — также тихим голосом произносит он. — Снова.

Наташа возмущенно вскидывает голову. Пускай первый ее детский эксперимент с Даней можно считать относительно удачным, она все равно не думает, что хотела бы вписываться в это снова.

Даже с Кириллом, который явно хорошо обращается с детьми. Близнецы, например, на нем виснут совершенно свободно.

Ну, точно не в самое ближайшее время.

— А мне кажется, что нам пока рано строить долгоиграющие планы, — резонно отмечает Наташа.

Кирилл только посмеивается. И следом легким поцелуем скользит по ее волосам.

* * *

— Расслабься, ты меня даже не заметишь, — заявляет Карина, когда проходит по квартире Кирилла в сторону кухни.

Где занимает место за столешницей и раскрывает свой ноутбук.

Дверь она снова открывает своими ключами, когда заезжает, чтобы вместе с Кириллом отправиться на деловую встречу. И, пока сам Логинов быстро приводит себя в порядок в душе, Карина располагается в квартире, как у себя дома. По Наташе она скользит безразличным взглядом, будто по предмету интерьера.

Ощущения так себе.

Наташа нарочито громко хлопает дверцей холодильника, откуда достает коробку с молоком. Гремит кружками. Оборачивается на Карину, чтобы с некоторым удовольствием отметить, как напрягаются под резкими звуками ее плечи.

И, заслышав, как прекращает литься вода в душевой, Наташа направляется туда. Чтобы дождаться, когда Кирилл выйдет.

Чтобы прямо поинтересоваться, как долго посторонние женщины будут иметь свободный доступ в его квартиру.

Себя к таким посторонним она точно уже не приписывает.

— Карина приехала, — говорит Наташа, едва Кирилл появляется на пороге ванной комнаты.

Благо — в домашних штанах, а не в одном полотенце на бедрах.

— О, что-то рано, — отзывается он. — Ну, ладно. Раньше выйдем, раньше закончим, раньше я перехвачу тебя на обед.

— Мне не нравится, что она так приезжает, — Наташа вскидывает подбородок. При посторонних женщинах в квартире она точно не поведется на его флиртующую ухмылку. — Со своими ключами.

Кирилл моргает, будто не понимая.

Нет, ей не кажется, что ее недовольство беспочвенное. Это — просто территориальный момент.

— А если я захочу пройтись по квартире без одежды? — спрашивает Наташа. — А если мы с тобой будем заняты, когда она в следующий раз явится?

А если ей просто не нравится такое положение? В конце концов, Карина даже не ассистентка. Ей не обязательно иметь доступ к квартире. Совсем.

Кирилл кладет ладони на ее плечи.

— Запомни обе эти мысли, — говорит он. — Особенно первую. Я скорее вернусь, если буду знать, что ты ждешь меня без ничего.

— Кто сказал, что я собираюсь тебя ждать? — Наташа поднимает одну бровь в вопросительном жесте.

Кирилл проезжается по ее губам коротким поцелуем, а затем следует в сторону кухни.

— Кариш, ключики оставь на столе, — слышит Наташа его голос.

Она выдыхает.

Вот это — точно победа.

* * *

На Кирилла Даня смотрит с нескрываемым любопытством. Куда более внимательно, чем в карту меню ресторана, в котором они все втроем и встречаются.

— Я думала, что раньше вашей свадьбы с вами и не познакомлюсь, — заявляет Даниэлла Кириллу, откладывая наконец меню.

— Дань, — ровным предупреждающим тоном обращается к ней Наташа.

Впрочем, замечания дочери вполне себе понятны. Она выстраивает вокруг себя и своей небольшой семьи слишком жесткие границы. Наташа ведь даже для формального знакомства Кирилла с Даниэллой выбирает ресторан, а не квартиру. Как-будто за пределами личного пространства все должно стать проще.

Но не становится, на самом деле. Она ведь впервые знакомит кого-то с дочерью. Успевает уже познакомиться с сыновьями Кирилла, а на такой шаг решается с трудом.

— Да ладно, — улыбается Даниэлла. — Представляете, Кирилл, она к вам так сбегала, будто сама подросток. Типа беспалевно.

И ничего она не сбегала.

— Не отчитываться же мне перед тобой, — отвечает Наташа.

Ситуация какая-то дискомфортная. Подготовить себя к ней Наташа так и не смогла.

Кирилл накрывает ее ладонь поверх стола своей, словно призывая таким образом расслабиться.

— Это очень мило, — заявляет он. — Я был уверен, что она тебе заранее выдает расписание своих свиданий на неделю вперед. Как минимум.

— Если бы, — смеется Даня. — Каждый раз уходила тогда, когда я была или в ванной, или в наушниках.

Дочь, кажется, расслабляется. Похоже, все проходит достаточно гладко. Пускай Наташе и кажется вся эта ситуация минным полем. Но это — реакция ее неподготовленного к таким шагам сознания. Не более того.

Все хорошо, никто ни с кем не цапается, никакого напряжения. Можно расслабиться.

И никакой свадьбы для неловкого знакомства не требуется.

* * *

— Думаю, нам и правда стоит пожениться, — заявляет Кирилл, когда после формального знакомства с Даниэллой едет в сторону своего жилищного комплекса.

Что?

Наташа поворачивает к нему голову и смотрит с самым искренним недоумением. Она сама еще не всегда понимает, когда Кирилл паясничает, а когда говорит на полном серьезе. И сейчас ей хочется, чтобы он именно паясничал, потому что внутри все панически натягивается.

Но интуиция говорит об обратном.

— Ты это ведь несерьезно? — спрашивает Наташа.

— Совершенно серьезно, — отвечает Кирилл.

Наташа сжимает пальцами ткань юбки на своих