Свирепый Гонитель Микаэлы - Тиджан

И эту эмоцию я все еще боялась назвать.

Я почувствовала, как он уходит, его мысли возвращались к другим разговорам, которые тот вел.

— Ты моя сегодня вечером, не так ли? — спросила Никки, отстраняясь.

Я услышала неуверенность в ее голосе, и на мгновение меня пронзила вина.

Мне не нравилось слышать это от моей лучшей подруги.

Я кивнула:

— Да. В твой дом?

Она рассмеялась, в ее голосе чувствовалось облегчение.

— Черт возьми! Ральф тоже здесь. Я сказала ему, что вернусь с мейтом Киерана Рауля, потому что вряд ли он позволит ей проводить время без присмотра. — Она закатила глаза, улыбаясь. — Да ладно, я вру. Я этого не говорила, но любой, кто есть в нашем мире, знает о тебе.

Мы вышли.

Я почувствовала Киерана через нашу связь, и ощутила, как он прощается со мной.

Я попрощалась с Киераном, взяла за руку Никки, и мы сели в машину.

— Ого, — Никки, забравшись внутрь, начала оглядываться по сторонам.

Это была та самая машина, в которой я ехала с Киераном к Кесадильи. Тогда я абсолютно не обратила внимания на машину, больше беспокоилась о Никки и отвлеклась на Киерана, но сейчас оценила грандиозность этой машины.

Кожаные сиденья.

Тонированные окна.

Была целая панель, на которую мы могли нажать, и появился бы любой напиток. Однажды я использовала ее для приготовления кофе-американо.

Потом для латте.

Потом для чая.

И для эспрессо.

— Так, — всю дорогу Никки была полностью расслабленной, наблюдая за мной. — Ты любишь его?

Мое сердце екнуло.

Теперь я чувствовала Киерана через нашу связь.

«Ты подслушиваешь».

«Об этом? Блядь, да».

Я улыбнулась.

— А ты любишь Брэда?

У Никки отвисла челюсть.

— Ты серьезно? Мы уже говорили о Брэде. Он уже как черствый хлеб. Чересчур черствый, хотя я люблю хлеб и всегда буду его любить. Ты и Киеран Рауль. Все говорят об этом. У него есть мейт? И этот мейт в нашем полушарии? Это единственное, о чем говорят все люди или не только люди. Если ты понимаешь, о чем я.

Я почувствовала толчок Киерана.

«Ну? Ну!»

Я подтолкнула его в ответ, отвечая:

— Да. Я его люблю.

И почувствовала, как он улыбнулся.

«Я тоже тебя люблю».

Мы так быстро нашли общий язык.

Все произошло так быстро, но я уже успела его полюбить.

Я любила его.

«Это только начало, Микаэла».

«Я знаю».

Мысленно я опять вернулась в машину, потому что Никки визжала, хватала меня за руку и немного пинала ногами. Я подождала секунду, затем присоединилась к ней, потому что это был тот момент, когда мне нужно было побыть девчонкой.

***

Это произошло позже той же ночью, после того как Никки отрубилась, а я почувствовала, что Киеран едет за мной.

Я знала, что у него были дела, но я устала, поэтому пошла в комнату для гостей, хотя не смогла заснуть.

Киеран вошел и склонился надо мной.

Скользнул руками под мое тело.

«Я ждала тебя».

Он прижал меня к своей груди и пошел к двери.

«Я рад, что ты ждала».

Он привел меня к себе домой, и не просто снова и снова рассказывал, как меня любит.

Киеран также показывал это.

ГЛАВА 23

ХЭЛОУИН

ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

— Давай. — Я подтолкнула Раки вперед, кивнув на дверной звонок. — Звони в дверь.

Он посмотрел на меня, глазами Киерана, а вот подбородок был от моего отца.

— Мама, давай это сделаешь ты?

Он снова прижался к моим ногам.

— Боже мой! Я сделаю это.

Дракаина была полной противоположностью своего брата.

Одинакового возраста. Те же глаза. Те же волосы.

Но совершенно разные личности. Разве что у нее был мой подбородок.

Она подалась вперед и нажала пальцем на дверной звонок.

К двери кто-то подошел.

Повозился немного с дверной ручкой, а затем открыл ее нам.

Там стояла Никки, держа годовалую девочку на бедре. Дверь-сетка открылась, и Микаэла побежала прямо к Дракаине. Обе девочки столкнулись, обняв друг друга и начав визжать.

— Идем ко мне в комнату! Посмотришь на картинку, которую Бадди нарисовал для меня.

— Погнали!

Обе рванули с места, и Никки отступила назад. Она внимательно посмотрела на меня, прежде чем опустила взгляд на Раки.

— Эй, маленький мужчина. Как дела?

Раки таял от слов Никки каждый раз. Его щеки покраснели, и он склонил голову вниз, его ладонь еще крепче сжала мой мизинец. Он пробормотал в пол:

— Привет, тетя Никки.

Она растаяла в ответ, обмахиваясь, когда одними губами говорила мне: Такой милый.

Я знаю, тут же ответила я.

Она опустилась на колени, приподняла Брэдли повыше и прошептала Раки, который теперь потянулся к ней:

— На столе есть конфеты, если хочешь первым выбрать какие хочешь, то не говори пока девочкам.

Он хихикнул, взглянув на меня. Я кивнула, и он убежал.

Никки встала, и мы обнялись.

— Я скучала по тебе.

Я сразу же ответила:

— Я скучала по тебе больше.

На правах крестной я потянулась к маленькому Брэдли.

Он пошел ко мне на ручки, смеясь и ликуя. Затем отпрянул назад, его глаза почернели, и ударил меня по обеим щекам. Если бы он мог сжать мое лицо, он бы это сделал.

— Он сын своего отца.

Никки рассмеялась, закрывая за нами дверь.

— Конечно. Ты готова к угощениям или смерти?

Киеран и я большую часть года жили в Восточном полушарии. Остальную треть года мы проводили здесь.

Мы всегда планировали все так, чтобы быть здесь на Хэллоуин.

Раньше я думала, что это праздник полный отстой.

Теперь он был лучшим. Именно на него я встретила своего Свирепого Гонителя.

«Я говорил тебе, что это было только начало». Киеран.

«Да. Когда ты закончишь дела?»

«Как только ты будешь готова для меня».

«Хорошо. Люблю тебя».

«Люблю тебя».

И от Ракона:

«Люблю тебя».

Я улыбнулась.

КОНЕЦ