Лицензия на страсть - Илона Шикова

– Что ты здесь делаешь? – я не узнавал своего голоса. Чужой. Далекий.

Как будто снова вернулся назад. В тот кошмар, который едва пережил полтора года назад.

– Хотела посмотреть на ремонт, – Света боялась, глядя на меня огромными глазами. – Ты соврал мне.

– Я не обязан отчитываться, – голос все так же не мой, только взгляд следил за рукой девушки.

Дверь комнаты медленно открывалась, а я так и продолжал стоять столбом. Боялся сделать этот чертов шаг – больше года даже на второй этаж не поднимался, чтобы не поддаться соблазну зайти туда.

Единственная комната в доме, которой ремонт не коснулся. Все осталось как и прежде.

Именно так, когда они еще были живы…

– Туда можно зайти? – Света кивнула в сторону двери, из-за которой уже был виден шкаф, но я резко оборвал:

– Нет.

– Почему? – она продолжала давить на больное, а я едва сдерживался, чтобы не поддаться очередной вспышке агрессии.

Она обязательно будет, если сейчас не остановиться. Уже медленно накрывает меня с головой, но я все еще балансирую на грани. Держусь, чтобы снова не сорваться в пропасть отчаяния.

– Иди вниз, – я, как зачарованный, не отводил взгляда от щели. И шкафа-купе, где в зеркальной двери уже отразился огромный плюшевый тигр.

Нет, нет, нет!

Можно кричать сколько угодно, но боль все равно возвращается. Резко врывается в сознание и теперь с неимоверной силой давит на оголенные нервы. Я закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание. Кулаки сжимал, чтобы почувствовать боль физическую. Возможно, тогда душевная отпустит.

– Извини, – тихий женский голос, а после такие же тихие шаги по ступенькам.

А я так и пророс к полу, боясь пошевелиться.

Говорят, сильные мужчины не плачут – предпочитают держать боль в себе. Но иногда она рвет с такой силой тебя на части, что ты перестаешь контролировать себя. Я не помню, как громил дом. Как ревел раненым зверем, а потом выл на луну.

Желая лишь одного – вернуть тот чертовый день назад и защитить своих девочек.

А сейчас я расплачиваюсь за свои же грехи…

Открыл глаза, снова натыкаясь на полуоткрытую дверь. А может, стоит попробовать прошлое оставить в прошлом? Назад ничего не вернешь, так стоит ли загонять себя в угол? Никто мне не заменит семью, которую я потерял.

Но иногда надо дать себе еще один шанс…

Возможно, у меня получится.

«Папа, а ты купишь мне новый велосипед?» – голос маленькой Златы эхом раздавался в пустой комнате, когда я переступил порог.

«Отстань от папы», – смеялась Розалия, глядя на меня своими огромными светло-голубыми глазами.

Бескрайнее небо – в них реально можно утонуть. И несколько лет назад я попал в этот сладкий омут, о чем ни разу не пожалел.

«Папа, я себя хорошо вела», – голос девочки звенел, как колокольчик, когда я дотронулся до игрушек, стоящих не полочке.

Куклы, какие-то детские безделушки, машинки – моя дочь в свои пять лет заявила, что станет гонщиком, когда вырастет. А я пообещал ей подарить крутую машинку. Настоящую. Но только, когда станет совсем взрослой.

Фотографии в рамках – Розалия на каком-то приеме, Злата на утреннике в детском саду, и они вдвоем. Смеющиеся. Счастливые.

Еще живые…

– Не-ет! – я все-таки не выдержал и заорал, чувствуя, как боль разъедает меня изнутри. Ударил кулаком в стену. Еще раз, еще.

Остановиться не мог, хотя надо. В голове сплошной туман и полное отсутствие тормозов. Знаю, чем это может закончиться – второй раз я возвращаюсь в тот кошмар.

Еще остатком сознания достал из кармана мобильный и набрал номер брата, пачкая телефон кровью.

– Тимур, что…

– Приезжай! – прорычал и швырнул гаджет в стену.

А дальше полный провал – эти несколько минут, пока Марата не было, полностью испарились из моей памяти. Я все таки разгромил часть комнаты, хотя полтора года назад сил хватило сюда только доползти.

Лицо брата, его испуганный взгляд и громкий рык:

– Скорую, живее!

И сознание полностью покинуло меня…

Глава 30

Светлана

Перед глазами туман, а в доме начинается какой-то дурдом. Но сначала вой со второго этажа. Протяжный. Долгий. Как будто действительно зверь раненый.

И от этого мурашки по телу и дрожь в ногах. Подкосились, едва успела схватиться за перила, да так и осталась стоять возле самого края, не отводя взгляда со второго этажа.

– Твою мать! – только и произнесла, когда услышала грохот.

Хотела подняться, но не рискнула. Что-то там происходит, только вот именно сейчас не хотелось бы под горячую руку попасть. Тимур упорно не желал меня пускать в свою жизнь.

И доверять, черт бы его побрал!

Я не услышала, как Марат с охраной в дом вошли. Мимо пронеслись, как ураган, даже пискнуть не успела «привет» мужчине. Только вот сердце то и дело замирало, когда слышала хриплый голос на втором этаже.

Только его. Больше ничьи другие голоса мой мозг не воспринимал.

А после люди в белых халатах, Тимур на носилках и его брат с перекошенной физиономией.

– Останься здесь, Света, – бросил Марат на ходу, когда я рванула вслед за носилками.

Удержал меня за руку, а после больно сжал плечо. Мне сейчас реально плевать на это, лишь бы кто-то меня услышал. И хоть что-то объяснил.

– Я хочу поехать с ним, – вроде и твердо получилось, но Марат такой же упрямый, как и его старший брат.

– Здесь останься, я сказал!

– Но почему, черт возьми?! – я не сдавалась, так как опускать окончательно руки не в моих правилах.

Да, я могу иногда растеряться, на время выпустить ситуацию из-под контроля, чтобы взять небольшой тайм-аут и решить, как поступить дальше, но я никогда…

Никогда не пасовала перед трудностями!

Особенно, если это касалось близких людей…

И вот сейчас мне упорно и слишком агрессивно указывают на мое место. Просто не пускают в свою жизнь, черт бы их побрал!

– Здесь безопаснее, – выдал Марат, периодически поглядывая на дверь, за которой только что скрылся его брат. – Сейчас не время спорить, – отрезал, когда я открыла было рот, чтобы возразить. – Тимур придет в себя, объяснитесь.

– Что с ним?

Я не отводила взгляда, наблюдая, как Марат борется с самим собой. Все его эмоции на лице написаны – иногда очень сложно принять нужное решение. Но он все же решился, глядя мне пристально в глаза:

– Нервный срыв.

– Из-за чего? – я продолжала давить, хоть и видела, как Марат злится. И так много сказал, но я желала услышать всю правду.

До конца.

Какой бы болезненной она не оказалась впоследствии.

– Нельзя с вопросами повременить? – мужчина психанул,