Жена по контракту - Анна Сафина

- Без очков и с распущенными волосами Вам невероятно идёт, - подаюсь вперед, не сдерживая порыв говорить комплименты.

- Давай уже на ты и просто Василиса, договорились? – открывает васильковые глаза и смотрит на меня с веселым прищуром, - и признавайся, придумала все с этим вечером? Рассказывай, что за авантюра такая.

Я покаянно опускаю голову и выкладываю все на духу – и про эту несносную Иру, источавшую яд с самого утра, и про то, что мы – одноклассники, и про проблему с лишним весом, хотя это сюда никаким боком не относится.

- Да уж, она змея подколодная еще та, - фыркает в конце моего рассказа Васька, которую я про себя так окрестила, - ладно, ей настроение подпортить и вечера не жалко, но с тебя за это – сладкий презент.

Быстро-быстро киваю, улыбаюсь аки котяра. Вот только грустные глаза ее не дают мне покоя. Решено, завтра же разузнаю, с чего она вдруг решила увольняться. Дальше мы работаем в тишине, и ближе к вечеру из кабинета является Глеб Андреич собственной персоной.

- Ну-с, дамы, - хлопает раз в ладони и подгоняет нас, - поехали, поехали, нам надо в пробку не попасть.

Я мигом подхватываю свой пакет и шикаю напарнице, чтоб не смела снова собирать свои волосы в этот безобразный пучок, а вот очки отбить так и не смогла. И ладно бы, они от зрения были бы, так нет же. Оказывается, обычные стекляшки, бутафория для отвода глаз. Все интереснее и интереснее, однако.

- Так, дамы, ЦУ на сегодня – быть максимально доброжелательными, - водит машину босс уверенно, аккуратно, я даже залипаю на его мускулистые руки, так выгодно подчеркнутые рубашкой, - на нашем маленьком междоусобчике Константин Палыч будет, Вы его должны помнить, Василиса Петровна, несколько месяцев назад он как-то был на нашем корпоративе.

Успеваю заметить, как она дергается при упоминании мужского имени, и навостряю уши, делаю стойку. Вроде ничего не значащее еле заметное движение ее корпуса, легкий тремор рук, а как много говорит о ее душевном состоянии.

- Он собирается строить новый бизнес-центр на Потоцкой, так что сами понимаете, нам нужно всеми силами заключить с ним договор, - смотрит на нас с зеркала заднего вида.

- Мы Вас услышали, Глеб Андреевич, - выпрямляет спину Васька и кивает с деловым видом.

Но шеф молчит, на меня смотрит. Я неуверенно тоже качаю головой, а сама вообще ни бум-бум, что происходит. Ну да ладно, на месте разберусь. Когда мы подъезжаем к какому-то ресторану, я от восхищения и удивления непроизвольно открываю рот. Вот это вам и междоусобчик.

- Наш зал – на минус первом этаже, - инструктрирует нас перед входом мужчина, пропускает первыми, придерживая дверь, - уборная на первом справа.

Я тут же устремляюсь в указанную сторону, оставляя их позади. Наспех переодеваюсь, складываю офисные вещи в пакет и придирчиво кручусь перед зеркалом. Выхожу, сдаю все в гардеробную и спускаюсь по лестнице. А там совершенно другая атмосфера. Приглушенный свет, тихая музыка, никакой суеты. Ноги у меня дрожат, сама я держусь за перила, не в силах удержаться на ногах. И, когда оказываюсь на последней ступеньке,  все взгляды устремляются на меня. Но я вижу только лица знакомых – Иры, Глебушки, Васьки и главгада Глеба. И смотрит он на меня как-то странно – тяжело, тягуче, с прищуром. Вижу, как дергается его кадык, а руки сжимаются в кулаки. И настолько это выбивает меня из колеи, что я вдруг теряю равновесие, подворачиваю каблук и падаю…падаю....падаю.

- Осторожнее, - раздается надо мной хриплый голос.

Крепкие руки перехватывают меня практически у пола и прижимают к своему горячему телу. Сглатываю и поднимаю ресницы. И почему так гулко бьется мое сердечко?

- Спасибо, - шепчу, сжимая широкие плечи главгада.

Какие у него красивые глаза. Темные, с широкой каймой вокруг зрачка, смотрят мне в самую душу.

- Глеб, пойдем, - прерывает наш зрительный контакт, что странно, другой Глеб, - Костя подошел, он ненадолго, у него вылет в Токио ночью. Маша, ты обворожительно выглядишь. Разрешишь украсть у тебя нашего Генерального?

От его комплимента у меня к щекам приливает кровь. Божечки, как приятно. Он заметил, как мне безумно идет этот наряд. Я киваю, что не против и всеми силами даже за, и через секунду уже наблюдаю за их удаляющимися спинами. Спускаюсь и подхожу к фуршетному столу.

- А ты времени зря не теряешь, - оказывается тут же рядом со мной Ира, - на кого целишься? На Глеба брюнета или нашего…Глеба?

И этот гнусный намек на то, что он общий, меня коробит.

- В чем дело, Ира? – больше не собираюсь прятать голову в песок, - я тебя раздражаю? Может, мешаю чем-то? В школе, помнится, ты и шагу без меня ступить боялась.

Знаю, что давлю на больное, но это ведь правда. В школе она была забитой серой молью, которую шпыняли все, кому не лень. И защищала ее только я.

- Все прошлое быльем уже поросло, - старается держать себя в руках и выдавливает из себя улыбку, а затем тихо шипит: а ты? Куда же подевалась королева школы? Где же та надменная, гордая красавица, за которой Миша ухлестывал? И как? Здорово было надо мной с ним за моей спиной смеяться? Как же, ботаничка и лохушка посмела влюбиться в главного красавца, м? И что сейчас? Давно в зеркало на себя смотрела?

Ее слова пропитаны таким ядом, что я не сразу понимаю смысл этого выпада. А затем непонимающе хмурюсь.

- Ты совсем своими диетами себе мозг высушила, Ир? Я поддерживала тебя, но сразу предупреждала, что Миша – человек сложный…

- Сколько ты с ним встречалась?

Перебивает меня агрессивно, наседает на меня на своих шпильках. Ростом она выше меня, что дает ей преимущество, как ей кажется, вот только я вскидываю подбородок и фирменным движением изгибаю бровь.

- Тебе сегодня явно стоит меньше пить! – фыркаю, глядя в ее осоловелые глаза, - сама себе придумала – сама обиделась? Теперь это твой репертуар?

Она открывает рот, чтобы выплеснуть на меня новую порцию яда, но в этот момент к нам подходит шеф.

- Ира, тебя Глеб Семёныч зовёт, - обращается к ней и протягивает в этот момент мне бокал со светло-желтой жидкостью.

Она оборачивается, машет нашему однокласснику рукой, что сейчас подойдет, а я от переживаний даже смотреть в сторону еды не могу, поэтому с благодарностью принимаю напиток из рук босса. Залпом выпиваю и вздрагиваю. Тело прошибает будто резко потом, а затем меня отпускает. Улыбаюсь, настроение просто отличное.

- Вы с ней явно не ладите, - говорит Глеб и протягивает мне ладонь, - потанцуем?

Я под действием дурмана, не иначе, раз охотно протягиваю ему свою руку и позволяю увести в центр под мелодичную музыку. Не слышу ни одного постороннего звука, только грохот своего сердца.

- Так, обычные школьные разногласия, - держу свои руки на мужских плечах и сдерживаю шаловливые пальцы, так и норовящие ощупать вверенное мне во временное пользование чужое тело, да еще и такое большое и крепкое.