Неодолимая страсть - Сильвия Дэй

Он настойчиво двигался вперед, искусно маневрируя, заставляя ее видеть холодные жесткие факты. Проведя детство среди обмана и лжи, она, естественно, была благодарна ему за его искренность. Но в данном случае это лишь усиливало ее чувство вины и смущение.

– Это был приятный вечер, – ответила она.

– Гм… – Это прозвучало явно скептически. – Последнее время ты грустишь.

– И ты пришла поговорить об этом.

– Лорд Уэр вчера днем, на террасе, чуть не поцеловал тебя, однако ты не проявляла желания видеть его чаще, чем обычно. Как же я не могу спросить тебя?

Закрыв глаза, Амелия снова уронила голову на подушку.

– Если бы ты делилась со мной своими бедами, – терпеливо настаивала Мария, – может, я бы помогла. Я хочу помочь.

Открыв глаза, Амелия посмотрела на атласную подкладку балдахина и вспомнила прежние времена. Все в ее комнате было голубого цвета разных оттенков, от бледно-голубого до синего, именно такой была и ее детская спальня. Она сознательно выбрала эти цвета, чтобы лишний раз заявить о решении вернуться к тому моменту, когда их связь с сестрой была грубо разорвана. Отец украл у них целые годы, но в этой комнате Амелия чувствовала, что вернула их.

– Ничто мне не поможет, Мария. Ничего не вернешь, и ничего не переделаешь.

– А что за история с твоим поклонником в маске?

– Я больше не буду с ним встречаться.

Наступила тяжелая пауза, затем Мария сказала:

– Когда ты последний раз говорила о нем, в твоем голосе не было такой обреченности. Ты видела его во второй раз, да? Он нашел тебя?

Амелия повернулась и увидела устремленный на нее взгляд сестры.

– Я заманила его, и он рассердился на меня за это. Он хочет уехать из Лондона, хочет держаться на расстоянии, чтобы я снова не добралась до него.

– Этим он выразил заботу о твоей репутации, а тебя это расстроило. – В черных глазах Марии Амелия видела недоумение. – Почему?

Взмахнув руками, Амелия призналась:

– Потому что я не хочу, чтобы он уезжал! Я хочу узнать его, и мне страшно обидно, что мне этого не позволяют. Я расстраиваю Уэра и тебя, но я не могу отказаться от увлечения и не могу сказать, как я устала от того, что меня вечно оставляют в стороне. С меня довольно одного такого обращения. Так обращался со мной отец.

– Амелия… – Мария протянула к ней руку. – Что же такого в этом незнакомце, что тебя так притягивает к нему? Он красив? Нет… не сердись. Я только хочу понять.

Амелия вздохнула. Она почти не спала и не ела и теперь расплачивалась за это. Она не могла побороть чувство, что Монтойя ускользает от нее, что каждая напрасно потерянная минута все больше отдаляет ее от него.

– На нем опять была маска, – наконец сказала она. – Я понятия не имею, как он выглядит без маски, но мне это безразлично. Меня волнует то, как он говорит со мной, как касается меня, как целует. В его отношении ко мне чувствуется уважение, Мария. Тоска. Желание. Я не верю, что такую глубину чувств можно подделать.

Сведя брови, Мария отвернулась, погрузившись в размышления. Темные локоны беспокойно метались по ее обнаженным плечам, выдавая тревогу.

– Как он может испытывать к тебе такие чувства после нескольких минут знакомства?

– Он говорит, что я напоминаю ему его возлюбленную, которую он потерял, но у меня впечатление, что я нужна ему в действительности. – Амелия нервно перебирала пальцами край простыни. – Сначала он подошел ко мне из-за сходства с ней, но второй раз он пришел ко мне.

– Как ты можешь быть в этом уверена?

– Я ни в чем не уверена. – Амелия повернулась к двери будуара, опасаясь, что слишком многое можно понять по ее лицу.

– Потому что он уезжает. – Голос Марии смягчился. – Он сказал, почему и где будет путешествовать?

– Он сказал, что ему грозит какая-то опасность.

Смертельная опасность.

– От Сент-Джона? Или от кого-то другого?

Амелия впилась пальцами в покрывало.

– Он не имеет никакого отношения к твоему мужу. Он так сказал, и я верю ему.

– Тс-с, – остановила ее Мария, снова вставая. – Я знаю, ты расстроена, но не надо вымещать на мне свое настроение. Я хочу тебе помочь.

– Как? – усомнилась Амелия. – Ты поможешь мне найти его?

– Да.

Не в силах поверить, Амелия взглянула на сестру:

– Правда?

– Конечно. – Мария расправила плечи, верный знак ее решимости. – Люди Сент-Джона ищут его, но у нас есть преимущество. Ты единственный человек, который сумеет приблизиться к этому мужчине.

Амелия лишилась дара речи. Она не ожидала, что кто-нибудь поддержит ее желание найти Монтойю, и не могла бы выбрать для помощи более подходящего человека, чем Мария, которая ничего не боялась и имела неплохой опыт в поисках вещей, не желающих быть найденными.

– Уэр тоже ищет его.

– Бедный граф Монтойя, – сказала Мария, усаживаясь на край кровати рядом с Амелией и беря ее за руки. – Мне жаль его. Он обращает внимание на хорошенькую девушку, и из-за этого за ним начинают охотиться со всех сторон. Сент-Джон будет искать его криминальными методами. Уэр – дворянскими. Так что мы с тобой должны искать Монтойю женскими методами.

– Это как же? – недоверчиво спросила Амелия.

– Мы поедем делать покупки. Мы побываем у всех поставщиков масок и узнаем, не запомнил ли кто-то из них графа. Если он всегда скрывает свое лицо, то должен приобретать маски в большом количестве. Если нет, то, вероятно, это была недавняя покупка. Это немного, но это начало. Конечно, мы будем осторожны. Если ему грозит опасность, то, найдя его, и мы подвергнемся опасности. Ты должна довериться мне и беспрекословно слушаться. Согласна?

– Да. – Нижняя губа Амелии дрожала, и она прикусила ее, чтобы скрыть предательскую дрожь. Ее руки, которые держала сестра, сжались. – Спасибо, Мария. Я так тебе благодарна.

Мария прижала ее к себе и поцеловала в лоб.

– Я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе, малышка. Всегда.

Это тихое заверение придало Амелии сил, и она, ухватившись за него, выскользнула из постели и начала готовиться к предстоящему дню.