Увертюра к счастью - Элизабет Кейли

– Почему я хоть иногда не могу побыть слабой женщиной? – обиженно спросила она.

– Потому что ты сильная женщина, и этого не изменить. – Уильям улыбнулся и накрыл ладонью ее кисть.

Он не собирался вкладывать в этот жест и капли сексуальности! Это была всего лишь дружеская поддержка. Но почему же тогда так сладко забилось сердце?

Фелиция вздрогнула и неохотно, но все же убрала руку. Они и так сегодня наговорили друг другу бог знает что!

– Кстати о безопасности, – неловко кашлянув, сказал Уильям. – Я хотел бы, чтобы ты сменила код замка на своем сейфе.

– Зачем?

– Просто потому, что я тебя об этом прошу.

– Тебе невозможно отказать! – усмехнулась Фелиция. – Вот только что бы мне придумать на этот раз? – Она прижала палец к губам и задумчиво посмотрела на потолок, словно там должны были появиться долго-жданные цифры. – Точно! – воскликнула Фелиция. – Когда ты родился?

– Двадцать пятое ноября шестьдесят пятого года.

Фелиция кивнула и встала с кресла. Она подошла к пасторальному пейзажу на стене и отодвинула его в сторону. За пейзажем появилась дверца небольшого сейфа. Фелиция быстро набрала прежний код и на всякий случай заглянула в сейф. Бархатные коробочки были на месте. Она закрыла дверцу и перепрограммировала сейф.

– Почему дата моего рождения?

– Вряд ли кто-то узнает эту комбинацию. А если попытается подобрать, будет искать важные для меня даты. Ну не свой же день рождения мне брать!

– Резонно, – отозвался Уильям, польщенный доверием. – Надеюсь, ты сама не забудешь…

– О нет! – усмехнулась Фелиция. – Я уже давно придумала собственный код для запоминания чисел. Каждой ноте я присвоила по цифре: до – единица, ре – двойка – ну и так далее. Когда мне нужно запомнить какое-то число, я просто перевожу его в ноты и мысленно пропеваю. У меня профессиональная память, я ни разу не забыла ни одной нотки даже из тех нудных упражнений, которым меня ежедневно подвергала мать.

– Интересно, а как звучит мой день рождения…

Фелиция улыбнулась, сложила руки, чуть прикрыла глаза и пропела восемь нот.

– Приятно, – заметил Уильям.

– Да, и еще поэтому я его не забуду и не перепутаю.

– Послушай, а какие у тебя планы на вечер? – спросил он.

– Отдыхать.

– Может, прогуляемся? – предложил Уильям. – На самом деле мы в последнее время слишком мало времени проводим вместе, могут поползти неприятные слухи…

– Я с удовольствием схожу куда-нибудь с тобой, Уильям, только, прошу тебя, не в пафосное место. Ужасно не хочется делать укладку и макияж.

– А разве ты без макияжа? – искренне удивился Уильям.

Фелиция усмехнулась.

– Ты умеешь делать комплименты!

– Кстати, я видел один бар, совсем недалеко отсюда…

– Я буду готова через десять минут.

Фелиция упорхнула, и Уильям долго смотрел на дверь ее спальни. В последние несколько недель он часто думал, как бы все могло сложиться, познакомься они при других обстоятельствах. Думал и понимал, что на этот вопрос нет ответа. А даже если и есть, лучше его не знать.

Она появилась ровно через семь минут в романтичном нежно-кремовом платье.

– Ну как?

– То, что нужно, для жаркого июльского вечера, – одобрил восхищенный Уильям. – Ты как всегда неотразима!

– Только договоримся: весь вечер мы просто на свидании. Ни слова о твоем расследовании!

– Договорились, – охотно согласился Уильям. Он чувствовал, что так или иначе, но эта игра придет к финалу очень скоро, и ему хотелось насладиться последними днями.

– Тогда вперед! – заявила Фелиция и взяла его под руку.

Уильям немного удивился тому, каким привычным оказался этот жест.

Уильям был абсолютно прав, говоря, что Фелиция неотразима в своем наряде. Когда они вошли в небольшой, очень уютный бар, все мужчины, как по команде, повернули головы в их сторону. Уильям сразу же почувствовал, что Фелиции приятны эти восхищенные взгляды. Что бы она ни говорила, без всеобщего внимания она не прожила бы и дня! – Я боюсь, что к концу вечера мне придется устроить драку, – шепнул ей на ухо Уильям.

– Почему же? – удивилась Фелиция.

– Потому что почти все они на тебя откровенно пялятся.

– Тогда и мне придется расцарапать несколько мордашек.

Уильям приподнял бровь, как бы прося объяснений.

– Потому что и ты пользуешься успехом у дам. Посмотри на этих охотниц у бара! Так и пожирают тебя глазами!

– Тогда можно остановиться на том, что мы – прекрасная пара.

– Идет! – весело ответила Фелиция.

Они сели за столик у окна и открыли меню.

– Это и правда милое местечко, – сказала Фелиция Уильяму, пока он придирчиво изучал меню.

– Я рад, что тебе нравится.

– Я хотела сделать тебе комплимент.

– Спасибо, но, честно говоря, об этом баре я узнал совсем случайно: подслушал чужой разговор.

– Старые привычки? – поинтересовалась Фелиция, но тут же зажала себе рот рукой. – Ой, я первая и нарушила договоренность.

– Ничего удивительного, – хмыкнул Уильям, – ты же женщина. Только не обижайся! – попросил он, увидев, как Фелиция преувеличенно сурово нахмурила брови. – Давай расслабляться.

– Отлично! А как мы будем расслабляться?

– Для начала выпьем по бокалу вина. Как ты думаешь, какое вино стоит заказать?

– Я совершенно не разбираюсь в винах!

– Получается, что ты доверяешь моему вкусу? Тогда мы будем пить белое вино восемьдесят пятого года, виноград был собран в одной из долин Калифорнии. Тебе должно понравиться.

– Откуда в баре такая карта вин? – поинтересовалась она.

– Я так понимаю, это достаточно престижное местечко, несмотря на то что называется баром. Карта вин, действительно, шикарная. Надеюсь, и сами вина нас не разочаруют.

– Послушай, где ты научился разбираться в винах?

– Мы ведь условились не говорить сегодня о моей работе, – отшутился Уильям.

Он заказал вино и сыр, и уже через несколько минут на столе появилась пыльная бутылка, бокалы и тарелка с кусочками разнообразного сыра.

– Я вообще-то не жалую алкогольные напитки, – робко сказала Фелиция, беря бокал.

– Глупости! Я не знаю, у какого человека повернулся язык назвать алкоголем вино! Алкоголь – все, что крепче шестидесяти градусов! То есть – медицинский спирт.

– А все остальное?

– А остальное – приятные напитки, которые дарят легкость и радость человеку. Просто не следует ими злоупотреблять.