Рай на краю света - Барбара Ханней

— Думаю, Сет, ты делаешь из мухи слона. Если ты боишься меня поцеловать, может быть, тебе станет легче, когда я поцелую тебя?

Он попробовал замаскировать стон смехом:

— Легче?! Да мы оба окажемся в беде.

Эйми явно не намеревалась отступать:

— Давай по-честному выясним, что между нами происходит.

— Эйми, не играй со мной.

— Я играю? — Молодая женщина посерьезнела. Прошло несколько мучительных мгновений, потом она с изумлением покачала головой и вздохнула: — Ладно, буду вести себя прилично. Но я считаю, взамен ты обязан придумать более внятное объяснение.

Итак, вечер они продолжили на диване, а не в кровати, как надеялась Эйми. Она степенно сидела на краешке дивана, расправив юбку на коленях, Сет расположился на приличном расстоянии от нее, вытянув длинные ноги и скрестив их.

Театральным жестом она выстроила между ними границу — ряд красных и полосатых подушек.

— Запретная зона, видишь? Это удержит нас от сложностей, которые так тебя беспокоят.

Он с трудом улыбнулся.

Проблема заключалась в том, что теперь, поскольку Эйми зашла весьма далеко, она так нервничала, что могла упасть в обморок. Неужели она в самом деле попросила Сета Риардона объяснить, почему он не хочет рисковать ее чувствами? Нужно ли ей это?

Женщина не могла поверить в то, что ведет себя столь настойчиво. Должно быть, в тропиках она лишилась ума.

— Каких именно объяснений ты от меня ждешь? — поинтересовался он.

В этот самый момент Эйми захотелось броситься наутек. Но куда это приведет?

— Полагаю, мне нужна откровенность, — проговорила она. — Похоже, мы оба более или менее согласились, что нас тянет друг к другу, но ты заявляешь, что мы не должны ничего предпринимать, так как…

Она кивнула, предлагая ему продолжить.

— Так как я живу один, на краю света, а ты в Мельбурне. У тебя отличная работа, и маленький ребенок, и родственники…

— Подожди минуту. — Эйми показала на веранду, на сад. — А если мне понравился этот самый край света?

Сет округлил глаза:

— Тебя скоро начнет от него тошнить.

— На мысе Йорк живут и другие женщины.

Сет не ответил сразу, но, увидев вспышку боли в его глазах, она обо всем догадалась и заставила себя задать вопрос:

— Именно это произошло с той девушкой, которая… разбила твое сердце?

Он кивнул:

— Дженнифер поехала домой, чтобы закончить кое-какие дела, и не вернулась. Она одумалась.

— Но ты в самом деле любил ее?

— Я просил ее руки. Мы были помолвлены.

Итак, Сет действительно любил ту девушку. У Эйми болезненно сдавило горло.

— Где она живет?

— В Нью-Йорке.

Она присвистнула:

— «Безмятежность», конечно, стала культурным шоком для девочки из Нью-Йорка.

— Не больше, чем для тебя или Беллы, — отрезал Сет.

— Считаешь, что здесь нет места женщине? Или ей нет места в твоей жизни?

Он нетерпеливо вздохнул:

— Слушай, я по-прежнему залечиваю сердечную рану. Дело не во мне или моем изнеженном эго. Я хочу защитить тебя. Дженнифер нелегко дался наш разрыв. У нее даже началось своего рода расстройство. Ей и правда пришлось тяжко.

— Извини.

У Эйми саднило горло, пока она сдерживала слезы. Она ощущала страдания незнакомой ей Дженнифер, как свои. Более чем ужасно любить Сета, знать, что он отвечает на любовь, дать согласие на свадьбу, а потом обнаружить, что свыкнуться с жизнью вдалеке от цивилизации невозможно.

Эта Дженнифер, должно быть, чувствовала себя опустошенной, разорвав помолвку.

— Дженнифер поступила правильно, Эйми. Она осознала, что не станет счастливой, поселившись здесь.

— Она счастлива на Манхэттене?

— Насколько я знаю, вышла замуж и родила двух детей.

Неужели женщина не может стать счастливой, живя в «Безмятежности»? Эйми вспомнила, с какой болью Рейчел рассказывала о своей любви.

— Я не прижилась бы там, — говорила она. — Там так жарко, дико и далеко от цивилизации… Я свела бы беднягу с ума.

Дело в том, что Эйми не понимала, почему «Безмятежность» представляла такую проблему для Дженнифер и Рейчел. Ранчо уединенное, но у Сета есть самолет, и вокруг живут люди. Дом и сад просто восхитительные. И если двое любят друг друга…

— А как же Селия? — спросила Эйми.

Сет нахмурился:

— При чем здесь Селия?

— Она тут живет. Дом Барни такой же уединенный, как и твой, правда, не столь большой и удобный. Однако Селия блаженствует.

— Селия — другой человек.

— Конечно. Мы все разные. — Произнеся это, Эйми внезапно все поняла, словно распутался клубок ее мыслей. — Сет, ты кое-что забыл. Не каждая девушка похожа на Рейчел или на твою американскую невесту. — Затем прибавила чуть мягче: — Или на твою мать.

Аргументы показались ей совершенными, однако спустя какое-то время Сет покачал головой.

— Селия выросла здесь, — сказал он.

Эйми тяжело вздохнула. Разговаривать с Сетом все равно что общаться с кирпичной стеной. У нее появилось ужасное предположение, что они могут проговорить всю ночь, а переубедить его так и не удастся. Даже если она сорвет с себя одежду и затащит Сета в постель, он по-прежнему будет настаивать на ее возвращении в Мельбурн. Судя по всему, Сет не передумает.

— Ладно, — тихо проговорила Эйми. — Что хотела, я сказала. Вероятно, теперь мне следует заткнуться.

Она с ужасом ощутила слезы на глазах и вскочила на ноги:

— Ты не приглашал меня в «Безмятежность», и я, похоже, только усложняю тебе жизнь. — Сет не оспорил ее слова, и она с отчаянием посмотрела на дождь и бросила: — Извини. — Он по-прежнему молчал, а у Эйми не было сил взглянуть на него. — Если погода утром будет не слишком ненастной, я буду очень тебе признательна, если ты отвезешь нас в Тамундру.

Не дожидаясь ответа, молодая женщина повернулась и поспешила уйти.