Снова влюбляюсь в тебя - Мелани Милберн

Неделю спустя, после того как они вернулись обратно в Милан, Габриэлю пришлось улететь в Рим для заключения очень важной сделки. Фрэнки удивилась и немного обиделась, что он не пригласил ее составить ему компанию, ведь он женился на ней в первую очередь для того, чтобы убедить своих коллег, что заслуживает их доверия. Но с тех пор как они вернулись из Марселя, она почувствовала в нем небольшие перемены. Он оставался таким же страстным и обходительным в постели, но казался погруженным в себя более обычного.

Фрэнки понимала, что он переживает за сестру и беспокоится по поводу этой сделки. Но она также задавалась вопросом, не послужил ли причиной его отстраненности тот разговор о его нежелании становиться отцом. Потому что она ощущала только физическую близость с ним, а не эмоциональную, которой ей больше всего хотелось достичь.

Фрэнки сидела в одиночестве перед телевизором на шикарной миланской вилле Габриэля, когда услышала, как открывается замок входной двери и кто‑то заходит в дом. Она вскочила с дивана и выбежала из гостиной.

— Габриэль? Это ты?

Но перед ней стояла стройная молодая женщина, крашеная блондинка, вся в черном и с таким же цветом глаз, как у Габриэля.

— Карли?

— Ага. — Девушка смерила ее презрительным взглядом с ног до головы. — А ты, значит, жена моего брата?

— Да… — Фрэнки протянула руку, чтобы поздороваться. — Я очень хотела познакомиться с тобой…

Карли проигнорировала протянутую ей руку и направилась в кухню, словно владела этим домом.

— Где Габриэль? — не оборачиваясь, поинтересовалась она.

— В Риме. Уехал по делам. — Фрэнки последовала за ней, чувствуя себя служанкой, обхаживающей высокомерного гостя. — Выпьешь чего‑нибудь? Или, может, ты хочешь поесть? У Марии сегодня выходной, но она приготовила…

— Ты любишь его? — неожиданно спросила Карли, буравя ее взглядом, словно лазером.

— Да. Люблю. Очень, — без малейшего колебания ответила Фрэнки.

Сестра Габриэля взяла яблоко из вазы с фруктами и с хрустом принялась есть его, не сводя глаз с Фрэнки.

— Знаешь ли, я не собираюсь симпатизировать тебе только потому, что ты замужем за ним.

— Я ничего такого и не жду. Но Габриэль был бы рад, если бы мы с тобой подружились, или ты так не думаешь? — Хотя Фрэнки знала, что он против их дружбы, но она чувствовала исходившее от Карли чувство одиночества.

И кто, как не она, был экспертом в подобных делах?

— Возможно, — скептически ответила Карли. Эта воспитанная по законам улицы и очень умная девушка напоминала Фрэнки щенка, которого слишком часто пинали, чтобы он снова приблизился к человеку. — Когда он вернется?

— Завтра. Он очень обрадуется твоему визиту и…

Карли внезапно поморщилась и схватилась за живот.

— Что случилось? — встревожилась Фрэнки. — Тебе плохо?

— Ничего страшного. У тебя есть обезболивающие? У меня болит живот из‑за месячных.

— Конечно. Сейчас поищу, а ты пока можешь подняться в одну из спален. Я сделаю тебе теплый компресс. Мне обычно помогает в такие периоды… — Фрэнки вдруг запнулась и прикусила губу, пытаясь вспомнить, когда у нее были месячные, и ей стало дурно.

У нее была задержка. На целую неделю.

Хотя такое случалось и раньше. Поэтому она и начала принимать противозачаточные, чтобы отрегулировать свой цикл.

Фрэнки решила, что завтра купит тест на беременность. А Габриэлю можно ничего не говорить. Какой в этом смысл, если результат окажется отрицательным? Хотя она очень сожалела, что Габриэль и слышать не хотел о том, чтобы становиться отцом. А кто лучше его подойдет на роль отца ее детей? Фрэнки не представляла себя рядом с другим человеком. Она не хотела делить свое тело с кем‑то, кроме него.