Констанция. Книги 1-6 - Жюльетта Бенцони

Констанция усмехнулась.

— Наверное, нужно захватить с собой побольше денег, — съехидничала она.

Шаваньян тут же принялся отрицательно размахивать руками.

— Нет, нет, денег не нужно вовсе. Граф Калиостро испытывает такое глубокое уважение к госпоже де Сен-Жам, что согласился провести спиритический сеанс совершенно бесплатно.

— Спиритический сеанс?

— Да, да. Моя хозяйка сказала, что сегодня ее гости будут общаться с духами. Вам непременно стоит пойти туда, ваша светлость. Уверяю вас — половина Парижа мечтает увидеть у себя в гостях графа де Калиостро. Говорят, что он творит совершенно необъяснимые чудеса. Моя хозяйка много слышала о нем от кардинала де Роана и даже была свидетельницей одного такого спиритического сеанса у великого капеллана Франции. Ей так хотелось увидеть графа де Калиостро у себя в гостях, что она послала ему драгоценный подарок — привезенную откуда-то из Италии драгоценную табакерку, усыпанную камнями.

Констанция понимающе кивнула:

— Теперь мне понятно, почему граф Калиостро не берет денег за вход на спиритический сеанс у госпожи де Сен-Жам. Значит, ваша хозяйка послала вас сюда за тем, чтобы пригласить меня на этот званый вечер?

Шаваньян словно только сейчас вспомнил о том, что перед ним графиня. Он мгновенно вскочил и, низко, до земли кланяясь, произнес:

— Да, да, именно так. Простите, ваша светлость, что я отвлек вас глупыми разговорами — ведь не так часто случается поговорить по-человечески с людьми такого высокого положения, как вы. Госпожа де Сен-Жам просила непременно передать, что будет счастлива видеть вас у себя в салоне. Слава Богу, это соседний дом, и вам не придется специально снаряжать карету. Госпожа де Сен-Жам наказала мне обязательно дождаться вас и проводить к нам в дом.

— Если, конечно, я соглашусь, — надменно ответила Констанция. Первой ее мыслью было отказаться от приглашения, однако затем, немного поразмыслив, она решила, что не будет ничего дурного в том, если она посетит это довольно забавное сборище. В конце концов, там будет сам великий автор «Женитьбы Фигаро» Бомарше. Да и кардинал де Роан обладал немалым влиянием при дворе. А значит, ей необходимо хотя бы познакомиться с ним. Если же в салон госпожи де Сен-Жам придет сам генеральный контролер господин де Калонн, это будет весьма кстати. Судя по всему, решение о том, что она останется при дворе королевы Марии — Антуанетты, уже стало известно всему Парижу. Значит, необходимо вести себя соответственным образом. Кроме того, времени на особенное раздумье у нее не было. Либо она немедленно выставит за дверь этого болтливого гасконца, либо примет приглашение его госпожи и отправится на встречу с графом Калиостро и прочими гостями госпожи де Сен-Жам. Решено, она отправляется на спиритический сеанс.

ГЛАВА 4

Констанция решила, что на вечере у госпожи де Сен-Жам она должна выглядеть вполне достойно тому представлению, которое о ней сложилось в высшем обществе Парижа. Мари-Мадлен получила распоряжение принести одно из лучших платьев, а сама Констанция тем временем занялась украшениями. Достав шкатулку с бриллиантами, Констанция принялась перебирать броши и колье.

— Пожалуй, вот это подойдет.

Она остановила свой выбор на небольшой бриллиантовой брошке, изображающей бабочку с крыльями из нефрита и двумя рубиновыми глазками. Брошь удачно гармонировала с голубым батистовым платьем, а от колье Констанция решила отказаться, благоразумно полагая, что вполне достаточно будет медальона с жемчужиной. К броши Констанция решила добавить нефритовый браслет в платиновом обрамлении. Хотя эти украшения были не столь кричащими, как многое из того, что имелось в шкатулке, Констанция решила остановиться именно на них. Они были достаточно дорогими и в то же время не содержали в себе никакого намека на претенциозность. В любом случае, до тех пор, пока Констанция не завоевала себе прочного положения при дворе, следовало вести себя более-менее сдержанно.

Спустя полчаса Констанция была готова. Шаваньян, терпеливо дожидавшийся ее в комнате для гостей, вскочил в изумлении, когда увидел, как графиня де Бодуэн показалась в дверях, завязывая на шее шнурок от плаща. — Мы можем идти, — сказала она. — Я надеюсь, вы не будете возражать, месье Шаваньян, если я попрошу проводить меня и Жана-Кристофа. Хоть до вашего дома и недалеко, однако, вечер сегодня темный.

Слуга госпожи де Сен-Жам с готовностью поклонился.

— Я прекрасно понимаю вас, ваша светлость. Если вы позволите, я хотел бы сделать вам комплимент.

Такой красивой и нарядно одетой женщины, как вы, я не встречал за все те годы, которые мне пришлось прожить на этом свете. Констанция улыбнулась.

— А как же ваша госпожа?

Шаваньян, который проникся к Констанции чем-то большим, нежели обычное преклонение, доверительно произнес:

— Говоря по правде, госпожа де Сен-Жам — выскочка. Мой род, между прочим, куда более знатного происхождения, чем тот, к которому принадлежит моя хозяйка. Однако ей в жизни повезло больше, чем мне.

Констанция рассмеялась.

— А как же пресловутая солидарность слуг и господ?

Шаваньян замялся.

— Понимаете, ваша светлость, есть люди, которые вполне соответствуют тому положению, которое занимают. Мы с вами общались совсем недолго, но я прекрасно вижу, что передо мной женщина, полная величия, достоинства и красоты.

— Неужели ничего этого нет у вашей хозяйки? — осторожно поинтересовалась Констанция.

Ей понравилась та откровенность, с которой Шаваньян отзывался о госпоже де Сен-Жам, и она боялась одним-двумя мимолетно брошенными словами отпугнуть этого забавного человечка. Конечно, лучше иметь среди союзников людей влиятельных и располагающих связями, однако никогда не следует забывать о таких, как Шаваньян. Каждый человек, каким бы бедным и безродным он ни был, заслуживает того, чтобы к нему относились хотя бы со снисхождением. В конце концов, самой Констанции пришлось провести много лет среди таких людей, и она знала, что их бескорыстная помощь — часто то единственное, на что можно рассчитывать в тяжелой ситуации.

По всей видимости, Шаваньян также почувствовал расположение к себе со стороны этой благородной госпожи, потому что ни чуть не смущаясь ответил:

— Я уже вам говорил и еще раз повторю: моя хозяйка — выскочка, напыщенная курица, в руки которой попало огромное богатство, но которым она не умеет как следует распорядиться. — Но ведь вы служите ей.

Шаваньян развел руками.

— А что мне остается делать? Я бедный простолюдин, которому в наследство остались