Своевременное вмешательство - Тереза Саутвик

Этого не может быть! Стив же вернется только сегодня вечером…

— Совсем забыл обо всем этом, только неделю назад вспомнил.

Сомнений нет, Стив!

— Вас не было дома, когда я звонил, а информацию на эту тему не хотелось оставлять на автоответчике.

— Я не удивлена, — донесся до Рози голос матери. — Ты уверен, что нам стоит все это уничтожить? Что, если он вернется…

— Он не вернется. Здесь доказательства его финансовой заинтересованности в Рози. Он получил, что хотел, — деньги. Рози теперь в безопасности.

Великий Боже, о чем это они говорят? Что намереваются уничтожить? Неужели о Вэйне — теперь, когда прошло уже столько времени?..

Рози подошла к полуоткрытой двери и остановилась на пороге: мать сидит за столом, Стив стоит рядом с ней и что-то рассматривает. Поднял глаза, на долю секунды замер — и широко улыбнулся Рози, одновременно убирая то, что держал в руках, в плотный конверт.

— Ну, привет! — Рози остановилась перед столом.

— Рози! — Фло изумленно поднялась ей навстречу. — Как ты рано!

— Многое сегодня происходит рано, мама. Я ждала тебя к вечеру, Стив.

— А я вот закончил работу и прилетел первым подвернувшимся рейсом.

Бедный Стив — с первого взгляда заметно, что очень устал. Ее муж… как сильно она скучала по нему; обнять бы его, поздравить с завершением работы и возвращением домой… В то же время Рози дрожала от нетерпеливого желания узнать — что это они тут от нее скрывают?.. Что за доказательства в этом конверте? Какие такие секреты у Стива с ее матерью?

Между тем Фло — она уже овладела собой — встала из-за стола и подошла к дочери.

— Я рада, что ты приехала пораньше, Рози. Пойдем, я покажу тебе, как мы оформили к празднеству гостиную.

— Одну минуту! — Рози улыбнулась Стиву и вдруг неожиданным движением, не давая ему опомниться, вырвала у него из рук конверт. — Сначала хочу посмотреть, что вы со Стивом находите таким захватывающим.

Стив протянул руку, пытаясь забрать у нее конверт.

— Да ничего там такого нет, Ро, обычные деловые бумаги. Почему бы тебе не пойти сейчас с миссис Марчетти…

— Нет! — Рози ловко увернулась, теперь-то она уверена, что ей просто заговаривают зубы.

Раскрыла конверт, и на стол выпало несколько фотографий. Схватила одну: Вэйн страстно обнимает какую-то женщину… Нет никаких сомнений — это не Рози, а фотография сделана именно в то время, когда она с ним встречалась. Подняла другую фотографию: парочка выходит, держась за руки, из ресторана, украшенного к Рождеству; третью — они же входят в комнату мотеля. Рози почувствовала, как ее лицо заливается краской. Вэйн сделал ей предложение как раз за несколько дней до Рождества…

Теперь-то ей все ясно. Частный детектив Стива сел на хвост Вэйну и предоставил ее семье неопровержимые доказательства ее беспросветной глупости и наивности. Не зная, что она ждет ребенка, Фло послала Стива откупиться от Вэйна. Рози тяжело дышала, растерянная, пытаясь справиться с этим новым, обрушившимся на нее ударом. Но ее состояние не имеет никакого отношения к Вэйну; он никогда не был ей настолько дорог, чтобы подобное открытие причинило боль. Но все намного хуже, чем она себе представляла: Стив — свидетель всех самых унизительных моментов ее жизни, и все они не идут ни в какое сравнение с тем, что он теперь о ней знает.

— Мама, мне хотелось бы поговорить со Стивом наедине.

— Рози, милочка…

— Прошу тебя, мама!

Фло кивнула и неохотно покинула комнату. Проигнорировав новый приступ боли в спине, Рози подошла вплотную к Стиву.

— Полагаю, ты считаешь себя полностью оправданным, все свои поступки — безупречными. И у тебя есть неопровержимые доказательства, что ты не единственный мужчина, которому я не нужна!

— Рози, послушай…

— Давай называть вещи своими именами. Все это ты делал для меня под влиянием всего двух чувств — жалости и презрения!

— Никогда я не испытывал к тебе, Рози, чувства жалости! И уж тем более — презрения! Наоборот…

Безумно кружится голова, а боль такая острая — до потери сознания… Но чего бы ей это ни стоило, она узнает сегодня правду!

— Тогда объясни, почему ты… был близок со мной? Что побуждало тебя… меня целовать? С самого начала ты давал мне понять, что конец нашего брака не за горами. А чтобы тебе не было скучно, решил поиграть в благородство и заставил меня поверить, будто я еще представляю интерес для мужчины!..

— Мне и в голову не приходило ничего подобного! — Расстроенный, Стив попытался обнять ее за плечи.

— Не прикасайся ко мне! — Рози уже не чувствовала боли. Слова, которые столько раз жгли ей язык, теперь полились сплошным потоком: — Ты был близок со мной, и я надеялась, что у нас есть шанс. Ты целовал меня, и во мне жила мечта, что ты заботишься обо мне не только из жалости. Мне казалось, я могу что-то значить для тебя… А ты… ты просто не хотел огорчать наивную и никому не нужную дуру!..

Резкая боль внезапно пронзила тело, уже невозможно не замечать ее… Свело низ живота, по спине прошла судорога; она побелела и схватилась за край стола.

— Рози?… Ребенок?

Не в силах произнести ни слова, она только кивнула.

— О, Боже! — простонал Стив. — Это же слишком рано! Это моя вина… — Он осторожно взял ее на руки. Сквозь пелену страха и боли она услышала — он зовет ее мать, говорит, что срочно едет в клинику… Затем он вынес ее к своей машине, бормоча себе и ей: «Все будет хорошо… Все в полном порядке…» А мысленно ругал себя последними словами: нет ему прощения за то, что он с ней сделал!

Рози откинулась, отдыхая, на мягкую спинку сиденья; хорошо даже, что она испытывает сейчас эту боль от схваток и должна собрать все свои силы, направить всю энергию на рождение ребенка.

Это отвлекало ее от мыслей о Стиве, о неопровержимом доказательстве того, что он никогда не любил ее.