Сущий дьявол - Данелла Хармон

— Вот так-то, дорогая. Плачь и рыдай по мне, содрогайся от экстаза, истекай любовным соком под моей рукой, кричи от восторга.

«Скотина, я убью тебя за это!»

Он снова поцеловал Гвинет — крепко и страстно.

«Боже, только не останавливайся на этом!»

Его губы отпустили губы Гвинет и двинулись ниже. Его руки оглаживали ее тело, словно драгоценную скульптуру, произведение искусства. Они касались ее ребер, талии, бедер, ног, лишь на мгновение прикоснулись к кипе юбок, лежавших на ее животе. Гвинет смотрела на него, полная чувственной истомы. В ответном взгляде Морнингхолла светилось торжество. А затем он начал исчезать из ее поля зрения. Гвинет слегка приподнялась и увидела, что он опустил голову к ее ногам и поглядывает на ее лицо поверх вороха верхних и кружевных нижних юбок.

Он положил крепкие горячие ладони ей на бедрами, несмотря на ее сопротивление, легко их раздвинул. Глаза его возбужденно поблескивали, и Гвинет стало ясно, что он намерен предпринять. Она понимала, куда именно сейчас устремятся его губы.

— Нет!

Морнингхолл засмеялся и нагнул голову к ее лобку. От его жаркого дыхания щекотливо шевельнулись завитки волос. Затем Гвинет почувствовала, как его язык проник между влажных лепестков и кончиком коснулся того самого узелка, который до этого он ласкал пальцем.

Он стал неистово лизать, покусывать и ласкать трепещущий бугорок. Изнемогая от избытка сладострастных ощущений, Гвинет попыталась сомкнуть бедра, однако из этой попытки у нее ничего не вышло.

— Ах, мадам, вы такая сладкая… даже слаще меда, который я сейчас пью… Боже мой, я хочу вас… хочу всю… сейчас.

Он снова жадно припал ртом к этой влажной расщелине, сжал губами тугой пульсирующий узелок — средоточие всех ее ощущений и желаний — и принялся ласкать его языком.

Гвинет стонала, извивалась и била кулаком по матрасу.

На мгновение прервавшись, он большими пальцами раздвинул влажные складки ее плоти и стал с новой силой атаковать языком узелок сладострастия.

— Проклятие, Морнингхолл!

Гвинет вновь почувствовала приближение оргазма — все усиливающееся ощущение того, что сейчас произойдет взрыв — и она потеряет сознание. Она обхватила затылок Морнингхолла, притянула к себе и прижалась лобком к его лицу. Волны сладострастия накатывали на нее, она кричала и билась в сладостных мучениях.

Приникнув ртом к пульсирующему гроту, Морнингхолл выпил сладостный нектар до последней кайли.

— А теперь, — прохрипел он, — признайтесь, что хотите мне окончательно отдаться.

— Никогда!

— Скажите же!

— К черту, Морнингхолл! Нет!

Взревев от злости, он вскочил на ноги, одернул ее юбку, прикрыв колени, и отскочил в сторону. Гвинет успела мельком увидеть, как оттопырились у него брюки в определенном месте: Грудь его часто вздымалась, глаза метали молнии, лицо потемнело от ярости.

Гвинет смотрела на него, чувствуя, как затихают в ней последние волны оргазма. Он обольстил ее, заставил кричать и стонать — как и обещал, однако она не пустила его к себе. Не позволила ему излить семя в свое лоно.

И это было причиной его ярости.

А затем она увидела, как нахально и презрительно он смотрит на ее обнаженные груди и возбужденные соски, — и почувствовала внезапный приступ гнева. Она вдруг осознала, что, хотя ему не удалось овладеть ею так, как хотелось, он тем не менее унизил ее.

Он низвел ее до уровня уличной шлюхи.

— Вы разыграли впечатляющий спектакль, — насмешливо сказал он, глядя, как она поправляет лиф платья. — Однако, полагаю, я выглядел в нем лучше.

Он совершил ошибку, повернувшись после этой фразы к ней спиной.

Слепая ярость лишила Гвинет способности думать, рассуждать. Она схватила стоявший на столе небольшой латунный телескоп и что было сил запустила его в спину Морнингхоллу.

На мгновение повернувшись, он увидел летящий в него предмет — и успел отклонить голову. Инструмент попал ему углом в висок, и Морнингхолл рухнул на боковину вращающегося стула, отчего тот со страшным грохотом свалился и ударился о стену.

Несколько мгновений Гвинет ошеломленно смотрела на распростертое на полу могучее тело, на лежащий неподалеку телескоп. Если ей повезло, она вышибла из него мозги. А если нет…

Она не стала попусту терять время. Мгновенно спрыгнула с кровати, обошла лежащего на полу маркиза, который зашевелился, и бросилась к двери.

Выбежав из каюты, Гвинет попала из огня да в полымя — на юте она едва не столкнулась с двумя караульными.

Гвинет дрожащей рукой отвела упавшие на лоб волосы и, собрав все свое мужество, прошествовала мимо. Она пребывала в слишком большом смятении, чтобы обратить внимание на похотливые взгляды караульных. К тому же она не подозревала, что оба караульных подслушивали у дверей и были изрядно возбуждены ее страстными стонами и криками.

— Извините, я попросила бы вас помочь мне сойти с судна.

Матрос оперся о приклад мушкета и лениво оглядел ее.

— В чем-то проблема, мэм? Гвинет нервно оглянулась.

— Никаких проблем. Мне нужно уйти. Немедленно. Сердце у нее колотилось с такой силой, что, казалось, даже ожерелье подпрыгивает на груди. Должно быть, со стороны она выглядела несколько странно, но в тот момент она могла думать только о спасении своей жизни, о бегстве — и еще о Морнингхолле. В любой момент разъяренный Князь Тьмы мог вылететь из каюты и затащить ее в свой Аид.

— В таком случае сюда, мэм, — сказал караульный, беря ее под локоть своей ручищей.

Слава Богу, слава Богу. Гвинет испытала чувство облегчения, ей с трудом удалось сдержать слезы, которые наворачивались на глаза. Преисполненная благодарности к караульному, она позволила ему увести ее подальше от каюты. Его напарник шел позади. В полной тишине были слышны только их гулкие шаги. Подол платья при каждом шаге хлопал по ногам Гвинет, напоминая ей о том, как он уцепился рукой за него и задрал ей платье выше бедер. Надо не думать об этом сейчас. Она заставила себя поднять голову вверх. Хотя Гвинет все еще пребывала в полном смятении и сгорала от стыда, она вдруг отчетливо осознала, что Морнингхолл занимался с ней любовью, что он изнасиловал ее языком, ртом и руками и что она фактически потворствовала этому.

О Господи, да ведь она испытывала наслаждение!

Гвинет на мгновение закрыла глаза от ужаса, а когда снова открыла их, увидела, что караульный уже подходит к трапу, по которому можно сойти с судна.

Однако караульный прошел мимо трапа.

Гвинет остановилась, ощутив, как его пальцы впились ей в локоть.

— Простите, но я хотела бы сойти с судна, — запротестовала она, пытаясь освободить локоть;

— Вы сможете уйти, когда его светлость позволит. — Матрос потянул Гвинет вперед, еще крепче сжав ее локоть. — А пока что мы поместим вас в каюту ожидания.